Допинги в собаководстве (Всё о собаках) 3161K   (купить) - Э. Г. Гурман - В. Г. Кассиль - И. Н. Годзиева - И. Р. Бродецкий

Э.Г. Гурман, В.Г. Кассиль, И.Н. Годзиева, И.Р. Бродецкий Допинги в собаководстве Фармакофизиологическая коррекция экстерьера и продуктивности 
ГЛАВА 1. ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ 

Главной задачей этой книги является удовлетворение реальной потребности всех интересующихся в знаниях способов исправления недостатков и улучшения качества уже имеющейся собаки. В этой книге мы почти не касаемся селекционных и генетических методов получения прекрасных особей в будущем.

Тема этой книги практически не раскрыта в широкой литературе, а разрозненные сведения передаются собаководами из уст в уста, что делает весьма вероятными многие ошибки. Мы надеемся помочь читателю в конкуренции с другими собаководами, тем или иным способом добывшими отдельные данные для того, чтобы уравнять стартовые возможности конкурсантов по уровню спецподготовки.

Достичь чемпионских высот в собаководстве можно за счет двух, не исключающих одна другую, тактик: выбором достойного животного с соответствующим генетическим потенциалом (1) и формированием максимально привлекательных признаков в ходе выращивания конкретной уже выбранной особи (2). Советы относительно получения и выбора элитных животных представлены значительной литературой и интересующийся собаковод знает, где искать помощь. Поэтому опытные собаководы и новички потенциально примерно равны — было бы желание! Конечно, другое дело, как каждый реализует свои возможности: готов ли платить высокую цену за элитного щенка, готов ли тратить время и силы на поиск выдающегося экземпляра, готов ли планомерно собирать объективную информацию о поголовье, готов ли предоставить подобающие условия для развития щенка и т.д. Но если в отношении знаний, советов, доступности литературы по этим вопросам все собаководы и не равны, то по крайней мере распределение их возможностей достаточно справедливо.

Иная ситуация складывается для специальных способов формирования индивидуальной особи в ходе ее выращивания. Правда, общие сведения по усредненно правильному кормлению, моциону, тренировке щенков обильно представлены в массовой кинологической литературе. Но что касается особых фармакологических приемов подготовки собак к выставочным баталиям и форсированной эксплуатации животных, по сути допинговым приемам конкуренции, массовой доступной всем собаководам литературы нет вовсе.

Можно априори осуждать применение допингов в собаководстве, но нельзя делать вид, что этой проблемы не существует. Умолчание прячет проблему, но не ведет к ее решению. Эксперты-кинологи и опытные собаководы знают, что некоторые владельцы выставочных красавцев используют допинги для достижения высоких результатов на выставках и в повседневной эксплуатации собак. Их честные и наивные соперники своей неосведомленностью только облегчают более ловким конкурентам достижение их целей. А это уж точно несправедливо.

Когда книга только задумывалась и ее наброски обсуждались с коллегами, мы слышали предостережения против пропаганды применения допингов в собаководстве. Мы заведомо отвергаем такой упрек. Наоборот, поднимая эту новую для официальной литературы тему, мы привлекаем внимание кинологической общественности к важной реально существующей проблеме, даем экспертам, законодателям и деятелям кинологической сферы информацию для принятия решений о допустимости и рамках возможного применения допингов и приемов форсированной эксплуатации собаки. В случае принятия запретов на использование тех или иных видов допинговой стимуляции животных, книга послужит источником знаний, необходимых для организации антидопингового контроля.

Следует заметить, что применение фармакофизиологических воздействий с целью коррекции экстерьера и улучшения рабочих качеств собак не так уж бесспорно и всегда должно осуждаться. Не надо автоматически переносить нормы, выработанные в спорте для человека, на правила, применяемые в собаководстве.

Во-первых, цели кинологической селекции отличны от целей физической культуры по формированию здорового человека и выявлению его предельных возможностей. Надо признать, что расовое собаководство зачастую придает здоровью собаки второстепенное значение. Разве выведение собак с дегенеративными изменениями черепа, укороченными ножками, шарпеистостью кожи, лысых или покрытых колтунами, предельно мелких или, наоборот, громадных размеров отражает заботу о здоровье этих животных?

Человек как бы заключает договор с Природой: я селекцией умышленно изуродую группу животных, но зато возьму на себя заботу о компенсации причиненных неудобств (буду сам ухаживать за шерстью и кожей, буду согревать, готовить специальную еду, помогу при вязке и родах и т. п.). Подразумевая допустимость такого договора, почему бы не распространить его на некоторые фармакологические условия: я воздействую в желательном мне направлении на организм собаки с помощью фармакологических или физиологических приемов, но зато сделаю это грамотно, без вреда и мучений, а при необходимости применю соответствующие реабилитационные меры.

Во-вторых, обществом с пониманием принимается уродование или нанесение иного вреда животному человеком ради его «хозяйских» целей. По отношению к животному ущерб при этом в ряде случаев может существенно превосходить вероятный ущерб от многих жестких приемов фармакофизиологической коррекции, однако это традиционно не осуждается. Например, ради удобства и покоя хозяина кастрируют собаку (этот прием ограничения численности собак-париев находит бурную поддержку зеленых и защитников животных), для эстетического удовольствия делают вычурную стрижку, купируют уши и хвост, ради успеха на ринге гасят природные инстинкты и т.д. На фоне этих примеров традиционной этики собаковода так ли уж однозначно подлежит осуждению применение фармакологических средств наращивания мускулатуры, успокоения или возбуждения пса психотропными препаратами, стимуляции роста, изменения пигментации и т.д.? Цель ведь та же — получение особи, восхищающей глаз и ум искушенного зрителя творческим достижением человека, оперирующего живой материей.

Наиболее весомый аргумент в пользу запрета применения допингов в собаководстве это то, что фенотипическая маскировка осложняет выявление на выставке генетической базы. Основой этого тезиса является закон генетики: приобретенные признаки не наследуются. Учитывая роль выставочных достижений собаки в широте ее племенного использования, аргументация в пользу запрета всех фармакологических средств стимуляции и тонких физиологических приемов коррекции формирования у собаки ценимых признаков была бы почти бесспорна. Но если последовательно руководствоваться этим правилом, то тогда не следовало бы учитывать выставочные кондиции животного, качество стрижки или купировки хвоста и ушей, отсутствие из-за травм зубов, приобретенные недостатки и достоинства движений и т.д.! Размышления на эту тему подводят к тому, что назрело введение в кинологическую практику полного разделения «собачьих» соревнований на племенные выставки (ставящие сугубо генетические задачи и соответственно не учитывающие все приобретенные признаки) и выставки-шоу, на которых соревнуются собаки как таковые без учета их происхождения и прочих факторов. В этом случае на выставке-шоу соревнование, в отличие от племенной выставки будет идти по сиюминутным результатам комплексного творения селекционера, воспитателя, дизайнера, косметолога, хендлера и т.д. Путаница понятий, высветленная проблемой допингов, достаточно принципиальна: сегодня селекционеры-кинологи теряют ценный генетический материал из-за того, что какого-нибудь выдающегося щенка неправильно кормили, тренировали, готовили к выставке или ему не повезло и оказался сломан клык или порезано сухожилие. И напротив, посредственные в генетическом отношении экземпляры, попав в умелые руки, становятся лидерами рингов, выходят на простор племенной деятельности.

Сегодня, когда научно обоснованного разделения правил племенных и шоу-выставок нет, аргументы противников применения приемов, которые можно считать допингами, существенны. Тем более кинологам и экспертам необходимы знания возможных приемов имитации генетических достоинств и признаков использования допинга, а задачей кинологического официоза является разработка норм объективной оценки генотипа собаки по ее фенотипу и рамок допустимых вмешательств.

Ссылки на традиционность одних способов украшения собаки и повышения ее продуктивности и запретность считающихся новыми фармакологических приемов не верны. Тривиальные передозировки витаминов и микроэлементов, применение спецрационов для отдельных пород собак в принципе ничем радикально не отличаются от допинговых приемов коррекции внешности и работоспособности собаки. Результаты же селекции ущербных по отдельным генам пород (бедлингтоны с их наследственной патологией печени, обусловливающей синюшный цвет кожи; чау-чау с их генетически нарушенным липидным обменом и ожирением; карликовые той-породы с их наследственным дефицитом гормона роста; шарпеи, щенки которых не могут открыть глаза без помощи хирурга и др.) не превосходят нарушений здоровья собаки, вызываемых допингами.

Фармакофизиологические приемы, приведенные в этой книге, строятся на понимании тонких деталей реального механизма, обеспечивающего тот или иной признак собаки. Многие из этих приемов могут считаться вполне адекватными, приемлемыми с точки зрения физиолога для конкретной породы и особи. Например, как будет показано ниже, только регуляция времени появления щенка на свет выбором продуктивной для вязки течки может существенно предопределить качества и успехи собаки на будущих выставках. Дело, конечно, не в «гороскопе» будущей собаки (табл. 1.1.). Просто подгадав со сроками рождения щенков, собаковод одновременно задает характер ультрафиолетовой инсоляции в определенный период формирования скелета собаки (а значит, и обеспеченность витамином D), длительность светового дня (а значит, степень активации гипофизарной продукции гормона роста в чувствительный к нему период), вероятность холодов и дождей (а значит, и условия для прогулок и возможность простуд) и т.д. Этот прием никак не может подпасть под запрет, но ведь по механизму это настоящее фармакофизиологическое регулирование качества вашей собаки!
Таблица 1.1. Гороскоп собаки

Примечание. Количество «плюсов» условно отражает степень благоприятности, а «минусов» — неблагоприятности для соответствующего фактора условий выращивания щенка. Оценка степени благоприятности сделана для климата средней полосы России. Соотношение благоприятных и неблагоприятных факторов для карьеры собаки меняется в различные сезоны. Важен не только их суммарный баланс, но и «вес» того или иного фактора для конкретной породы и собаки. Так, щенку ротвейлера предпочтительней родиться под знаком Тельца, а чи-хуа-хуа — под знаком Льва. Коккеру, предназначенному на роль шоу-дога, желательно быть Близнецом, а коккеру-охотнику — Козерогом или Водолеем.

Можно ли осуждать применение средств, компенсирующих нехватку тех или иных веществ в организме собаки, необходимых для достижения пика выставочных кондиций, компенсации избытка или дефицита нагрузки, нивелирующих иммунную недостаточность породы или перегруженность ее генами, понижающими жизнеспособность и причиняющими мучения собаке? Например, шарпеи склонны к кожным заболеваниям почти в такой же степени, в какой выражена «шарпеистость» (складчатость) их кожи. Применение дерматопротекторных средств у собак этой породы улучшает выставочный вид и одновременно защищает животное от мучений, причиняемых кожными заболеваниями. Применение транквилизаторов не только улучшает вид и поведение излишне возбудимых собак на ринге, но и защищает их от опасного стресса. Ноотропы и психостимуляторы ускоряют дрессировку медлительных, туповатых особей, чем облегчают жизнь собаки и дрессировщика. Применение контрацептивов и стимуляторов половой активности, приводя график размножения в соответствие с планами хозяина, снимает многие проблемы. Таким образом, грамотное применение фармакофизиологических методов коррекции экстерьера, поведения и размножения, включающее знание механизмов, допустимых дозировок, побочных эффектов и мер предосторожности, улучшает здоровье породистой собаки.

Хорошую книгу или диссертацию отличает то, что главную мысль труда можно выразить одной-двумя фразами доступно для непрофессионала. Если такой главной мысли нет, то нет и книги, а есть набор сведений.

Главной идеей этой книги для нас является анализ методов коррекции значимых для кинолога признаков индивидуальной собаки на базе современных представлений о физиологических механизмах, формирования признака и достижений фармакологии. Акцент на индивидуальности совершенствуемого животного весьма важен. Одна из особенностей кинологии заключается в том, что любые модуляции признаков могут носить в одних случаях желательный, в других нежелательный характер. Имеющиеся руководства по выращиванию, кормлению, воспитанию щенков, несмотря на слова о необходимости учета особенностей каждого животного, все же дают рекомендации, рационы, нормы нагрузки и т.д. для некой средней собаки. Лучшие руководства носят более узкий характер и их советы адресованы владельцам отдельных пород. На наш взгляд и этого недостаточно. Необходимо для каждой особи подбирать ее индивидуальный режим формирования. Естественно, этого можно достичь только с помощью самого собаковода, для чего его надо вооружить не только знанием готовых рецептов, но и приемов их создания применительно к конкретным условиям. Это во многом определило характер и стиль изложения.

Книга написана в общенаучном жанре, т.е. точно в соответствии с данными современной науки, но без ее традиционно громоздкого аппарата цитирования, методических подробностей, полемики, узко специальных концепций и сложной терминологии. Конечно, специальная терминология облегчает общение профессионалов, для которых за каждым термином стоит совершенно определенное понятие, явление, система фактов и отношений между ними. Однако в ряде случаев использование профессиональной терминологии ограничивает доступ к знаниям практикам и ищущим знания, но не получившим формального образования. Мы сохраняем специальную терминологию там, где нужно однозначно определить вещество, способ воздействия или эффект. Там, где можно без ущерба для сути, явления и механизмы описываются языком, доступным рядовому собаководу или поясняются примерами. Так, сложная схема процессов и явлений, лежащих между наследственностью и внешним проявлением ее у особи, заслуженно тщательно изучается весьма продвинутыми науками — анатомией, морфологией, биохимией, генетикой, физиологией и др. Для целей читателя, однако, достаточно разобраться в некоторых общих свойствах живого (рис. 1.1.).

Каждая клетка организма животного, начиная с самой первой, образующейся слиянием отцовского сперматозоида с материнской яйцеклеткой, имеет и передает своим потомкам закодированную наследственную программу. Эта программа записана на весьма устойчивом носителе. Копирование программы для клеток-потомков выполняется с минимальными ошибками. Подавляющее большинство этих ошибок, искажая программу, снижает жизнеспособность организма. Иногда случайные «описки» при копировании программы придают смыслу команд программы новый оттенок, приносящий организму пользу в новых условиях существования.

Наследственная программа команд дублирована — одна копия от отца, одна от матери. Части программы в материнской и отцовской копиях почти идентичны, различаясь в основном характером «описок» — мутаций. По какой из копий считываются команды для исполнения — определяет специальный механизм. Целенаправленно менять команды в программе возможно только методами генной инженерии. Основной из них — пересадка природных генов от одного вида животного к другому. Технически эти методы настолько сложны и дороги, что в ближайшее время нет надежды на применение в кинологии методов направленной коррекции наследственной программы особи.
 
Рис. 1.1. Схематическое представление механизмов реализации биологических свойств организма.

1 — сперматозоид с половинным набором хромосом, несущих отцовскую версию наследственной программы;

2 — яйцеклетка с материнской версией программы;

3 — зигота с дублем наследственных программ;

4 — соматические клетки организма, имеющие такой же комплект наследственных программ, как и зигота; 5—7 — стадии формирования половых клеток:

5 — наследственные программы разделяются на блоки файлов (хромосомы), 6 — обмен блоками файлов между версиями наследственных программ, 7 — образование новых половинных наборов программ, 1а и 2а — половые продукты следующего поколения: (1а — сперматозоиды, если клетки 3—7 принадлежат самцу, 2а — яйцеклетки, если клетки 3—7 принадлежат самке).

На А — схема жизнедеятельности соматической клетки: по командам программы в специальных приспособлениях строятся различные (91… 94) клеточные инструменты (каналы, ферменты, рецепторы и др.) и структурные элементы; 8 — потоки обрабатываемых веществ, поступающих извне.

Смысл команд, выполняемых клеткой по ее наследственной программе, заключается в том, когда и какие материалы, инструменты и молекулярные приборы готовить. Эти «инструменты» (ферменты, превращающие одни вещества в другие; транспортеры, переносящие определенные вещества в нужный отсек клетки; рецепторы, улавливающие сигналы; сократительные элементы, осуществляющие механические движения, и др.) способны выполнять определенные операции по переработке и перемещению веществ, поступающих в распоряжение клетки из внешней среды. Преобразованные клеточными механизмами вещества образуют тело клетки. Клетки, произошедшие от первой и сохранившие дублированную программу, образуют организм с присущими данной особи свойствами. Клетки в организме совместно обрабатывают вещества. Их хорошо скоординированная работа обеспечивается сложными регуляторными связями. Форма частей организма, свойства его составляющих и всего организма в целом зависят от того, какие клеточные механизмы работают, и в конечном счете диктуются характером, интенсивностью и графиком поступления команд в соответствии с конкретной наследственной программой. Формирование любого значимого для кинолога-эксперта признака (например, окраса) в соответствии с этой схемой выглядит следующим образом. Окрас — это по сути количество, качество и расположение красящего вещества (пигмента) в наружных покровах тела собаки. Для образования пигмента необходимо поступление в организм определенных исходных веществ и работа специальных механизмов, преобразующих и перемещающих нужные вещества, полупродукты и продукты производства пигмента. Наличие и работа этих механизмов заданы типом и графиком поступления команд из наследственной программы особи.

Конечно, эта схема процессов, приводящих к реализации генотипа в фенотипе собаки, достаточно примитивна, но это обобщение позволяет наглядно представить, что происходит в организме животного, строящего себя в жестком соответствии с заданной программой, и определить возможные пути целенаправленного вмешательства в конечный результат. Очевидны следующие возможности:

1) воздействия на потоки поступающих в организм исходных веществ;

2) воздействия на готовые механизмы клеток;

3) вмешательства в систему регуляции, управляющей жизнедеятельностью клеток и систем организма;

4) провокация включения «спящих» участков программы действий или досрочное выключение «работающих»;

5) искусственное изменение содержания в организме отдельных молекулярных «инструментов», полупродуктов превращения веществ или допереработка продуктов жизнедеятельности клеток.

Как видим, даже не имея возможности редактировать текст наследственной программы, остается достаточно большой выбор путей коррекции фенотипа при заданном генотипе особи. Одновременно становится ясно, что для удачного вмешательства в каждом случае нужно отчетливо представлять физиологический и биохимический механизмы, лежащие в основе формирования данного признака и свойства организма, или хотя бы то, сколь сложную систему взялись подправлять.

Важно также заметить, что фактически команды наследственной программы не носят характер однозначного приказа, а всегда подразумевают некоторое обусловливание его выполнения. Дело даже не в том, что для того, чтобы из вещества А сделать вещество Б, кроме соответствующих «инструментов», нужно само исходное вещество А. Как правило, наследственная программа реализации признака включает комплекс команд, содержащих файл-условие: «при таких-то условиях делай так-то, при других — делай иначе!». Так, программа «одевания» тела собаки шерстью сводится к тому, что при низкой температуре окружающей среды следует производить столько-то шерсти, а при повышенной — существенно меньше. Иными словами, в генотипе во многих случаях кодируется не сам признак, а норма реакции на условия существования. Например известно, что у собак, типичных хищников, в генотипе заложено превалирование пищеварительных ферментов, необходимых для переваривания животной пищи (зоолитические ферменты), над ферментами, необходимыми для усвоения растительных продуктов (фитолитические ферменты). Оказалось, что, выращивая щенка на хлебе и кашах, можно существенно усилить фитолитическую активность желудочно-кишечного тракта, оставив программу производства зоолитических ферментов не до конца реализованной. Конечно, сдвиги возможны лишь в определенных рамках, простор которых генетически запрограммирован (пищеварительные способности собаки никогда не уподобятся возможностям кролика, хотя за столетия жизни возле человека фитолитическая активность ферментов желудочно-кишечного тракта собаки в среднем существенно возросла). Все же, оперируя с поставками различных исходных веществ в организм, можно заметно изменить многие черты экстерьера, поведения и работоспособности собаки. Воздействия на работу готовых «инструментов» клеток (ферментов, рецепторов, транспортеров и т.д.) могут быть оказаны путем замедления или ускорения их разрушения или созданием препятствий к их нормальному функционированию. Так, связывание ряда веществ с ферментами, рецепторами или транспортерами способно существенно изменить их работу или блокировать выполнение ими своих функций. Изменение температуры, кислотности среды, доступности энергии и кофакторов существенно отражается на продуктивности работы многих механизмов клеток. При соответствующем подборе воздействий или их комплекса удается достичь сдвига в работе организма в направлении, нужном человеку.

Велики возможности коррекции форм и свойств организма собаки путем направленного вмешательства в регуляторные связи функциональных систем. Внося в организм дополнительное сигнальное вещество, разрушая вырабатываемое естественным образом или нарушая восприятие сигналов, можно резко нарушить нормальный ход процессов в организме — замедлить или ускорить половое созревание, рост скелета, развитие мускулатуры и т.д.

Корректировка темпов считывания частей наследственной программы — довольно сложный, но вполне доступный прием. Для этого могут быть использованы как фармакологические средства (стероидные гормоны и пр.), так и физиологические методы. К последним можно отнести многие факторы выращивания собаки (тренировки, физиотерапевтические методы, стресс). Так, показано, что в условиях стресса резко ускоряются темпы созревания желудочно-кишечного тракта щенков-сосунков и, вероятно, других систем организма. Используя эту способность организма, можно влиять на темпы созревания собаки и сохранение в ее облике инфантильных черт, столь характерных для некоторых пород.

Примерами искусственного внесения в организм резервных веществ или клеточных «инструментов» могут служить переливания крови или введение в организм готовых ферментов (лучше ранее накопленных и сохраненных от того же животного), дезинтоксикация организма освобождением его от вредных веществ и недоокисленных продуктов (например, перенасыщением организма кислородом) или освобождением от полупродуктов жизнедеятельности (например, диализом), а также различные косметические процедуры.

Для точного воздействия тем или иным способом в желаемом направлении для каждого из корректируемых признаков нужна огромная вполне конкретная информация. Во многих случаях нужная информация о физиологии и биохимии клеток и организма долгое время отсутствовала, поэтому практики шли путем проб и ошибок.

Классическая фармакология действовала индуктивным методом (от частного к общему): регистрировали последствия воздействий различных веществ на организм, а затем на основании многих наблюдений строили предположения о том, как усилить эффект, как избавиться от побочных эффектов, какое новое вещество, сходное с известными, испытать в качестве возможного лекарства. Такой подход в информатике называют методом черного ящика — что в нем, как он устроен — неизвестно, но по ответам на те или иные воздействия создаем гипотезы, удобные для описания и пользования данным способом лечения.

Другой подход — дедуктивный (от общего к частному) — закладывается фармакофизиологией. Изучая детали, конструкцию и свойства физиологического механизма, строят концепцию технологии функционирования организма или органа. Понимание технологии функционирования системы открывает во всей многогранности разумные способы коррекции ее работы. Оба подхода — коллекционирование результативных наблюдений и конструирование приемов воздействия на биологический механизм на основе понимания физиологии живой системы продуктивны. Один ближе (быстрее) к практическим потребностям сегодня, другой глубже, шире и продуктивней по конечной отдаче.
* * *

Для понимания механизма формирования признаков экстерьера и рабочих качеств собаки достаточно общих знаний, свободных от специальных терминов и концепций. Для точных, «иголочных», вмешательств в хитросплетения процессов, реализующих конкретный признак, необходимо детальное знание конкретных механизмов, на которые направлены воздействия.

Фармакофизиология, родственная классической фармакологии целенаправленностью интересов, расширила арсенал своих методов привлечением физиологических подходов и традиций понимания биотехнологии явлений. Большинство рекомендаций предлагаемой книги близки фармакофизиологическому подходу, т.е. фармакологическому по используемым средствам и решаемым задачам и физиологическому по логике их решения.

Краеугольным камнем фармакофизиологии станет концепция универсальных функциональных блоков, комбинацией которых Природа создает все разнообразие живых систем. Помимо прочего, эта концепция, разработанная выдающимся ученым Александром Михайловичем Уголевым (1926—1991), дает понимание того, сколь неимоверно многопланово каждое воздействие на организм животного. Ясные представления о сложности изменений, вызываемых любым фармакологическим или физиологическим воздействием, и о неизбежной множественности эффектов любого вмешательства в работу организма (так называемые побочные эффекты) должны дать читателю осознание риска нежелательных последствий и опасности пользования непроверенными советами и безграмотными приемами, бытующими среди собаководов. Такое понимание позволит пользователю осознано решать, стоит ли рисковать и платить ту или иную цену здоровьем питомца за желаемый допинговый эффект.
ГЛАВА 2. ПРИНЦИПЫ И МЕТОДЫ 

На первый взгляд глава, посвященная теоретическим соображениям и формализации знаний, кажется излишней в книге, адресованной широким кругам кинологов. Однако, уважая своих читателей, мы считаем необходимым соблюдение коллегиальных отношений со всеми кинологами. В конце концов собаковод-практик, нежелающий обсуждать формально-теоретические аспекты проблемы, может перелистнуть эти несколько страниц (мы будем кратки), хотя мне кажется, что для правильного пользования рекомендациями глубокое понимание проблемы и идей настоящей главы полезны.
2.1. ПРИНЦИПЫ ФАРМАКОФИЗИОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ 

Разнообразие аспектов фармакофизиологической коррекции не противоречит соблюдению нескольких основополагающих принципов. Иногда эти принципы присутствуют в подходах к решению практических задач неявно, но лучше, если рекомендующий и изучающий четко договорятся по принципиальным вопросам.

Этический императив. Медицина и ветеринария, которым служит фармакология, как никакие другие естественные науки близки к этическим и нравственным проблемам. При этом известное изречение о том, что медицина лечит человека, а ветеринария — человечество как нельзя более уместно для кинологии и книги, подобной нашей. Альберт Эйнштейн, чье имя стало синонимом научной преданности и гениальности, ставил нравственность выше науки. Давая рекомендации, беря в руки шприц, кинолог должен четко сознавать нравственную ответственность за свои действия перед животным и перед коллегами. Этот этический принцип, который каждый должен соблюдать сам и который все сообщество кинологов в целом должно принять как основу формальных правил, требует уважения Природы и коллег-соперников, обдуманности и осторожности в поступках. Применительно к себе авторы видят соблюдение этого принципа в том, что мы четко оговариваем все плюсы и минусы обсуждаемых методов, доверяем порядочности своих читателей, не ограничиваем их свободу и обнажаем актуальную проблему. Последнее обстоятельство, надеемся, приведет к разработке формальных положений, отграничивающих допустимое. от запретного, регламентирующих контроль и наказание за недозволенное нарушение этических норм в кинологии.

Принцип целеопределенности требует детерминации цели того или иного воздействия на организм. Если кинолог четко сформулирует, хотя бы для себя, чего он стремится достичь своими действиями, то тем самым в ряде случаев ему удастся очертить круг приемлемых средств для достижения цели и проверить: ту ли цель он имел в виду, которую получит с помощью фармакофизиологической коррекции. Например, сравните две цели: иметь лучшую собаку и иметь победителя выставки. На первый взгляд эти цели совпадают, но только на первый. Для того, чтобы иметь лучшую собаку нужно, чтобы она обладала не только отличным фенотипом, но и генотипом (последний, как известно, подправить нельзя). Для того, чтобы быть победителем определенной выставки, может оказаться достаточным отсутствие достойных соперников, подвод собаки к выставке в пике формы, умелое хендлерство и т.д. Даже цель «стать победителем выставки», часто вольно или невольно скрывает иную истинную цель — получить приз, прославиться, получить доход от рекламы собаки и более интенсивного ее племенного использования. Следовательно, прежде чем прибегать к помощи фармакофизиологических методов коррекции, убедитесь в том, чего вы хотите достичь в результате. Иначе может получиться так, что выставку, к примеру, ваша собака выиграет, но заплатит за это плодовитостью и вы, надеясь использовать своего пса-чемпиона на племя, навредите достижению своей конечной цели.

Принцип оптимальной стоимости средств и результатов достижения цели обеспечивает адекватность воздействий и средств. Он достаточно близок с предыдущим принципом. За все нужно платить — не обязательно деньгами. Интенсифицируя некоторыми методами обмен веществ или эксплуатацию собаки собаковод иногда оплачивает это достижение сокращением срока ее службы. Улучшая экстерьер шоу-дога собаковод может оказаться вынужденным оплатить это достижение потерей собакой ее служебных качеств и т.д.

Принцип комплексности отражает обязательное понимание того, что в Природе на каждое действие следуют многочисленные ответы. С детской мечтой фармакологии о возможности создания «волшебной пули» (в современном образном мышлении — «самонаводящейся крылатой ракеты») приходится расстаться. Универсальность блоков, ограниченный набор которых используется для построения самых разных биомеханизмов, делает нереальным создание лекарства, которое воздействовало бы строго на одну какую-либо функцию клеток или организма. Принцип комплексности существует в двух ипостасях: комплексности реакций на воздействие и комплексности воздействий, способных приводить к сходному результату. Примеров воплощения обеих вариаций принципа комплексности слишком много в последующих главах книги для того, чтобы не возникала необходимость иллюстрировать их здесь. Всегда, когда вам дают какой-нибудь совет, постарайтесь выяснить все стороны, все последствия рекомендуемого приема. Следствием этого принципа является также понимание предпочтительности комплекса щадящих мер, направленных на достижение единой цели, перед единственным мощным воздействием. Суммируя положительные слабые эффекты различных воздействий, можно достичь нужного результата при меньшем риске побочных эффектов (часть которых, к тому же, может компенсироваться эффектами других воздействий) от одного сильного воздействия. Нельзя, например, ограничиваться одним назначением антибиотиков (они убьют заодно с болезнетворными микробами полезную микрофлору кишечника) — вслед за антибиотиками следует обязательно назначить прием бактериальных препаратов для засева положительной микрофлорой опустошенных ниш обитания.

Дозирование воздействия как очевидный принцип базируется на понимании того, что в зависимости доза-эффект для любого лекарства или фактора существуют три различные зоны: зона доз, не вызывающих заметных изменений (эффекты гомеопатических воздействий, по-видимому, тонут во флуктуациях естественных состояний организма); зона доз, в которой в ответ на увеличение дозы изменяется величина вызываемого воздействием эффекта; зона доз, при которых эффект переходит в новое качество (например, лекарство превращается в яд). Понятно, что для разных веществ масштаб зависимости может существенно различаться — зона эффективности для одних лекарств может находиться в области граммов, тогда как для других — милиграммы уже запредельны. Выяснение дозы, при которой эффект явно выражен, а последствия передозировки отсутствуют — актуальная задача подбора метода коррекции. Соблюдение этого принципа диктует постепенность в наращивании воздействия, проведение пробных анализов, учет индивидуальных реакций.

Принцип хронологичности состоит в том, что любой эффект любого воздействия проявляется в виде развернутых во времени изменений. Единственный стабильный результат, который может быть достигнут фармакологией — прекращение жизни. Все остальные результаты не только формируются постепенно, но и преходящи. Следствием понимания этого принципа является тот факт, что любое долгосрочное состояние организма, достигнутое фармакофизиологическими приемами, требует хронического применения поддерживающих мер. При этом следует учитывать, что исходное для последующих изменений состояние организма отличается от первоначального, т.е. должен постоянно идти процесс согласования достигнутых изменений и необходимых корректив.

Принцип универсально-индивидульного дуализма заключается в необходимости, опираясь на более или менее универсальные рецепты, формировать индивидуальную тактику в каждом конкретном случае. Без обобщающих выводов и универсальных концепций наука невозможна, а без индивидуализации рекомендаций на базе этих обобщений невозможно использование ее результатов.

Принцип относительной точности требует понимания того, что любые рекомендации в области фармакологии имеют относительный характер. Это связано, с одной стороны, с тем, что в основе биологического способа накопления информации лежат статистические процессы, с другой стороны, с тем, что реакции биологических систем зависят от массы факторов, в частности, текущего состояния системы в момент воздействия (см. принцип хронологичности).

Принцип документальной регистрации и контроля банален для науки, но его напоминание нелишне в связи со спецификой нашей темы. Большинство изменений, вызываемых фармако-физиологическими приемами, достаточно медленные, заметно проявляющиеся через недели, месяцы, а иногда годы (например, геропротекция) после начала воздействия. Вполне естественно, что собаковод, изо дня в день общающийся со своим питомцем, может не замечать изменений, вызванных его вмешательством. Это иногда снижает энтузиазм, столь необходимый при хронических методах коррекции (например, массаже, диетотерапии и др.), а иногда толкает на необоснованный переход на другие методы влияния. Для того чтобы избежать этого следует четко регистрировать исходное состояние улучшаемой собаки и повседневную динамику изменений, т.е. наладить контроль эффективности воздействия. При этом важно правильно выбрать фиксируемые параметры и эталон сравнения, поскольку от правильности выбора зависит наглядность, точность и оценка изменений. Лучший эталон для сравнения достигнутых коррекцией результатов — это само животное вне применяемых воздействий. Такая возможность дается либо ситуацией с однояйцевыми близнецами, растущими в одних и тех же условиях, либо экстраполяцией исходных данных собаки на соответствующий момент с и без воздействия. Многие собаководы ведут дневники своих наблюдений и количественных измерений. К сожалению, бесценная информация, которая могла бы послужить для создания соответствующей базы данных, используется крайне неэффективно. Было бы очень желательно, если бы кинологическая общественность и кинологический официоз организовали обработку такой информации.

Таким образом, руководствуясь вышеперечисленными принципами, кинологи смогут наилучшим образом, с пониманием и критикой анализировать информацию по вопросам фармакофизиологической коррекции.
2.2. МЕТОДЫ ФАРМАКОФИЗИОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ 

Все разнообразие методов фармакофизиологической коррекции может быть по характеру используемых приемов классифицировано в следующие группы:

1) протезирование (форм и функций);

2) имитация;

3) модулирование;

4) провокации;

5) обусловливания.

Действительно, не по используемым средствам, а по сути все методы воздействия на организм могут быть отнесены к одной из пяти групп. Так, в ряде случаев суть воздействия, оказываемого для коррекции экстерьера или продуктивности собаки, состоит в протезировании форм или функций. Это не только тривиально понимаемое протезирование, в ходе которого животному прикрепляют искусственный заменитель отсутствующей части тела (зуба, например, или костного фрагмента), но и более широко понимаемое протезирование как компенсация, заключающаяся в замене недостающего элемента физиологического механизма искусственным. Все искусственные органы — почки, поджелудочная железа, сердце, искусственные сосуды-трубки и т.д. — фактически являются протезами. Они замещают недостающий орган или его часть. Принципиально ничем существенным от такого протезирования не отличается искусственное введение в организм недостающих биохимических компонентов и молекулярных агрегатов, например, инсулина диабетикам, пищеварительных ферментов или соляной кислоты животным со слабым пищеварительным аппаратом (дефицитом ферментов или недостаточной секрецией желудочного сока), половых гормонов инфантильным животным с ослабленной функцией половых желез, введение соответствующей сыворотки, компенсирующей нехватку собственных антител и т.д.

Методы имитации при внешнем сходстве с протезированием отличаются от него тем, что с помощью соответствующего вмешательства не столько восстанавливается утраченная или ослабленная функция, сколько чисто внешне восполняется нехватка чего-либо. Примерами имитации могут служить установка искусственного яичка крипторху в мошонку (оно, конечно, ни в коей мере не заменяет естественное, но внешне скрадывает порок), введение под кожу силиконовых заменителей мышц, имитирующих желаемый натуральный рельеф поверхности тела. Это также различные косметические операции, не восстанавливающие те или иные функции, а лишь имитирующие их. Так, создание рубцового или спаечного каркаса для поддержания формы ушной раковины можно рассматривать как протезирование, а пластическая операция по изменению формы разреза глаз — чистая имитация.

Большая группа методов фармакофизиологии может быть отнесена к методам модуляции функций. Отличительной чертой таких методов является то, что воздействие само по себе не подменяет ту или иную естественную функцию организма, тот или иной орган, механизм, но оно стимулирует или, напротив, тормозит выполнение естественными системами их функций. Примеров такого рода — тьма. Введение ингибиторов или активаторов ферментов, блокаторов рецепторов и каналов и т.д.

Различные провокации используются тогда, когда нужно ввести в действие резервные силы организма. Например, в резерве организма имеется возможность вырабатывать антитела против опасного возбудителя болезни, но до ее начала выработка антител против соответствующего болезнетворного начала в организме не происходит. Введением вакцины мы в сущности провоцируем выработку таких антител до возникновения потребности в них. Примерно такая же суть различных способов гормональной стимуляции — реальной потребности в большой массе мышц вроде нет (нагрузка недостаточна), а анаболики дают организму команду наращивать мускулатуру; организм не подошел к состоянию, в котором он приступил бы к размножению, а искусственно введенные гормоны запускают механизм течки и т.д.

Наконец, ряд методов воздействия используют фактически изменение ситуации для того, чтобы заставить системы организма функционировать как-то иначе. Это, например, методы, предусматривающие изменение стиля и состава кормления, варьирования физической нагрузки, температурного режима, эмоционального фона и других условий существования животного. Методы фармакокоррекции формы и свойств организма животного по техническому исполнению, по характеру средств, используемых для этого, могут быть сведены к методам, использующим введение натуральных близкородственных соединений, методам, использующим введение в организм чужеродных веществ, и методам физической или химической коррекции функций. Ниже тезисно рассмотрены важнейшие моменты традиционных лечебных приемов, способных существенно воздействовать на продуктивность и экстерьер собак.
2.2.1. Диетотерапия 

Коррекция тела и поведения собаки с помощью специального режима кормления и состава корма описана в главе 11. По-видимому, из-за своей кажущейся простоты этот прием огромной созидательной силы изучен недостаточно. Точнее, фантазий и предрассудков на этот счет достаточно, а научно обоснованной базы знаний для управления свойствами организма с помощью пищи не хватает.

Уже первый вопрос, естественно возникающий при подходе к этой проблеме, — «каков точный и полный состав ингредиентов в нормальной пище собаки?» — вызывает сложности с ответом. Действительно, что понимать под нормой? для какой собаки? какова достаточная степень точности должна быть у ответа? что важнее — суммарное количество за определенный (какой?) срок или состав разовой порции? Эти и многие другие вопросы физиологии питания собак еще требуют своей доскональней научной проработки. Условимся, что здесь будут рассмотрены базовые пищевые потребности средней по размеру (типа бигля), средней по здоровью, среднего возраста, не растущей, не размножающейся, не выполняющей никакой принудительной работы собаки. Целью существования такой собаки является радость самого бытия на белом свете, по возможности более долгого. Здесь не случайно оговаривается цель существования, так как предназначение и характер базового питания для существования организма тесно взаимосвязаны.

Обобщая различные сведения о необходимом собаке питании с учетом поправок на усреднение объекта по вышеперечисленным параметрам и с учетом доступной точности измерений в разные года исследований, мы даем ниже наши представления о составе стабильного базового рациона собаки (табл. 2.1.). Рацион такого состава, теоретически, собака должна есть изо дня в день всю жизнь. Однообразная пища приедается не только хозяину, но и его собаке. По-видимому, нет возможности и нужды абсолютно все необходимые ингредиенты вкладывать в каждую порцию пищи. Варьируя состав кормов в разные дни, можно добиться суммарно полноценного обеспечения организма всеми необходимыми нутриентами без однообразия разовых порций корма. Конечно, для научно обоснованного выполнения такой задачи необходимо знать: а) предельные допустимые объемы разового поглощения каждого пищевого компонента; б) зависимость усвояемости пищевых компонентов от их количества и композиции в корме; в) емкость депо для пищевых компонентов в организме собаки и допустимую периодичность их заполнения. Многих ответов на эти вопросы, полученных строго научным путем, пока нет — приходится пользоваться интуитивными и эмпирическими оценками.

Отклонения от приведенных в таблице норм поступления нутриентов в организм собаки, естественно, вызывают отклонения в состоянии организма. На этом основывается диетотерапия при исправлении нежелательных состояний организма и диеткоррекция при улучшении среднестатистической нормы.
2.2.2. Витаминотерапия 

По действующему началу, методы витаминотерапии не отличаются от диеткоррекции, акцентирующей внимание на незаменимых ингредиентах пищи. Однако витаминотерапия имеет свою специфику по способу снабжения организма эссенциальными (незаменимыми) веществами. Витаминотерапия использует в основном рафинированные витамины и эссенциальные вещества (микро- и нанонутриенты) и может вводить их в организм, минуя желудочно-кишечный тракт.
Таблица 2.1. Базовый состав питательных веществ, необходимых «средней» собаке

Витамины — это химические соединения, которые не производятся самим организмом, но необходимы для выполнения тех или иных функций его системами. Нехватка какого-либо витамина в организме ведет к ослаблению соответствующих функций или к определенной патологии, а его избыток может вызывать гиперфункцию некоторых систем и интоксикацию (табл. 2.2.).
Таблица 2.2. Лечебно-профилактическая дозировка витаминов для собак
 
2.2.3. Гормонотерапия 

Гормоны — это вырабатываемые в организме вещества, присутствие ничтожных количеств которых в жидкостях организма способно оказать существенное влияние на функции органов и тканей. Гормоны выполняют сигнальную роль. Некоторые гормоны являются белками, другие имеют иную структуру молекул. Место выработки гормона в организме обычно несколько дистанцировано от места приложения его действия. От мест выработки гормонов (желез) до органа-мишени гормоны обычно доставляются с током крови.

Пользуясь этими свойствами гормонов, физиологи и фармакологи разработали эффективные методы воздействия на функции организма. Гормоны для искусственного введения получают либо от других животных (многие гормоны универсальны для разных видов животных), либо синтезируют их химическим или биохимическим путем. Мелкие отклонения в структуре молекул гормонов от стандартной для данного вида формы могут не иметь существенного значения, но могут и искажать натуральный эффект естественного гормона, придавая дополнительные оттенки силе, временной динамике или направленности действия природного гормона. Примеры использования гормонотерапии для коррекции экстерьера и продуктивности собак содержатся практически в каждой главе книги.
2.2.4. Лекарственная терапия 

Чужеродные синтетические или природные соединения, способные при введении их в малых дозах вызывать положительные для здоровья животного изменения в организме, являются лекарствами. Между синтетическими или природными соединениями в плане их фармакологических эффектов нет четкой границы. Часто по мере познавания механизма действия лекарственного препарата выясняется, что, казалось бы, совершенно необычное вещество имеет прообраз (различной степени схожести) среди естественных регуляторов биохимических процессов. Так, бенздиазепины — базовые структуры многих транквилизаторов, представлявшиеся первоначально сугубо искусственным произведением, оказалось, имеют в природе и в организме достаточно близкие прототипы среди гуаниновых и ксантиновых нуклеиновых кислот, для которых, собственно, и существуют соответствующие рецепторы. Понятно, что не имеет значения судьба химического соединения, ставшего фармагентом: то ли по мере совершенствования придуманное химическое соединение приобретает свойства натурального, то ли, модифицируя натуральное биохимическое соединение, фармакологи создают лекарство.

С «помощью лекарств врач вмешивается в течение биохимических процессов (в макроорганизме или в поселившихся в нем микроорганизмах), фактически используя их как молекулярные «инструменты» для ремонта и реконструкции натуральных биотехнологических механизмов. Наука о лекарствах чрезвычайно обширна и далека от завершения. Остановимся лишь на некоторых моментах: специфичности, дозе, способе введения и временной зависимости эффекта от режима введения препарата.

Специфичность действия любого лекарства относительна, меняются лишь степень этой специфичности и значение побочных эффектов. Иллюзии по поводу того, что совершенствование молекулярного конструирования фармакологических препаратов и улучшение технологии их производства рано или поздно создадут лекарства, абсолютно свободные от побочных эффектов, развеяны не только практическими неудачами, но, что особенно важно, теоретическими доказательствами. Первым, кто это понял, был академик A.M. Уголев. Печально, что идеальное лекарство никогда не будет создано, так как это принципиально невозможно. Но осознание реальности ставит фармакофизиологов в положение, в котором необходимо отказаться от красивых сказок и заняться достижением осуществимого — комплексной лекарственной терапией (при которой эффекты одного лекарства подстраховываются другими), совершенствованием контроля и предупреждения побочных эффектов, уточнением дозировки и способа введения лекарства, обоснованием степени риска и цены лечения и т.д.

Абстрактно фармакологи понимают, что для каждого препарата и для каждой лечебно-корректировочной задачи существует некая критическая масса лекарственного препарата, достаточная для достижения эффекта и одновременно надежно удаленная от того порога, за которым количество препарата станет не только избыточным, но и вредным для организма. Практическая же фармакология весьма далека от того, чтобы применять это понимание критической массы действующего начала. Так, в ветеринарии сплошь и рядом используется дозировка в виде количества препарата на единицу массы тела или на особь (в лучшем случае при этом указывается «на мелкую», «на среднюю» или «на крупную» собаку). Конечно, для добротных, проверенных лекарств с широким диапазоном терапевтических доз такое дозирование может быть приемлемо. Но если задуматься о сути выбора дозировки, то представляется вполне вероятным то, что у современных фармакологов просто нет другого выхода, им просто неизвестно, как абсолютно точно подобрать дозу, и они полагаются на вероятность того, что избыточные молекулы лекарственного вещества «молча» сойдут со сцены. Осознав же этот факт, врачи по крайней мере станут более тщательно, с большей осторожностью назначать медикаментозное лечение.

Существенное значение при лекарственной терапии имеет способ введения препарата. Если вещество к месту своего действия доставляется с кровью, то наиболее прямой и быстрый способ доставки — внутривенное введение. После введения вещества в кровь может иметь значение его попадание в «живые» фильтры организма (печень и др.). Может иметь также значение скорость введения вещества в вену — при быстром введении препарат может не успевать растворяться в крови и разбавляться до безопасной концентрации. Иногда более целенаправленным путем поступления лекарства к месту его действия является местное применение, при котором вещество попадает в нужную точку, всасываясь через кожу. При внутри- и подкожном введении обычно преследуется цель создать запас лекарственного вещества в определенном месте организма, из которого оно будет медленно проникать в кровь и ткани. Естественным путем поступления в организм твердых и жидких препаратов является пищеварительная система, а летучих и газообразных — органы дыхания. При введении лекарств через желудочно-кишечный тракт их создатели учитывают агрессивность желудочного и кишечного содержимого, а пользователи должны следить за соблюдением естественных условий поступления препарата в организм. Например, если создатели лекарства поместили препарат в оболочку, которая по их расчетам должна растворяться в кислом желудочном соке (или же сам препарат должен подвергаться допереработке в кислой среде желудка), то при пониженной кислотности или нарушениях перистальтики такой препарат может не достигнуть цели или действовать неожиданным образом. Поэтому понимание того, почему выбран тот или иной способ введения препарата и каково возможное влияние индивидуальной специфики организма, может иметь существенное значение для результатов медикаментозного лечения.

На рис. 2.1. представлены условные графики содержания препарата в корректируемом органе в зависимости от режима введения лекарства. Из их сравнения ясно, что режим введения препарата, как правило, не может быть случайным. Для достижения желаемого эффекта необходимо четко распределенное во времени введение порций препарата, действующих по единой намеченной программе. Выбор режима введения лекарства, кроме желаемого уровня его в крови, может быть обусловлен спецификой чувствительности мишени, темпами поступления, разрушения и выведения препарата, динамикой его внутриорганизменных перемещений и превращений.
 
Рис. 2.1. Уровни лекарственного вещества в организме при различных режимах введения.

По горизонтали — время, по вертикали концентрация лекарства в организме. Стрелками показаны моменты введения лекарства, а — начало болезни, б — конец болезни, в — кризис при неравномерном течении болезни.

На А — теоретически желаемые (А — с позиций классической фармакологии, А1 и А2 с позиций фармакофизиологии в соответствии с ходом болезни); на Б — реально достижимые (Б — при однократном введении лекарства, Б1 — при неоднократном редком введении, Б2 — при регулярном введении доз, компенсирующих разрушение и выведение лекарства, Б3 — при введении равных доз через интервалы, в течение которых лекарство не успевает полностью разрушиться).
2.2.5. Иммунокоррекция 

Значительная часть методов лечения и совершенствования организма сводится к целенаправленному формированию защитных сил организма для выработки невосприимчивости (иммунитета) к ряду заболеваний. К некоторым заболеваниям животное приобретает иммунитет в ходе индивидуального развития естественным путем. К другим, часто смертельно опасным, иммунитет необходимо вырабатывать искусственно. Для этого в организм вводятся антигены — вещества, по которым клетки, обеспечивающие защиту организма, распознают болезнетворных микробов. Обученные реагировать на антигены безопасной вакцины, иммунокомпетентные клетки начинают заблаговременно вырабатывать соответствующие антитела для борьбы с болезнетворными микробами и вирусами. Это суть вакцинации.

Необходимо обратить внимание на несколько аспектов вакцинации. Прежде всего — сроки. При слишком ранней вакцинации иммунитет может не выработаться из-за незрелости соответствующих систем организма (обычно это первые 2—3 месяца жизни, в течение которых щенок находится под защитой антител, полученных от матери). При слишком поздней вакцинации есть риск упустить момент, и тогда вакцинация утратит характер заблаговременной меры. На практике первую вакцинацию у щенков проводят в 2,5—3 месяца. Для вакцинации используют мертвую или живую (последняя лучше) вакцину, имеющую все характерные антигены, но безопасную для щенка. Качество вакцины существенно зависит от технологии ее изготовления и условий хранения. При низком качестве вакцины есть опасность заразить щенка или, что вероятней, не вызвать в его организме достаточной иммунной реакции, т.е. оставить щенка фактически без защиты, ослабив одновременно бдительность хозяина по отношению к возможности заражения. Через 1,5—2 недели вакцину вводят повторно. При этом иммунная система щенка, уже знакомая с соответствующими антигенами по первой вакцинации, бурно реагирует на эту провокацию выработкой большого числа антител. Теперь, если микроб с такими же антигенами попадет в организм щенка, он сразу встретит отпор. Для того, чтобы вакцинацию можно было считать успешной, необходимо убедиться, что татр (концентрация в крови) антител соответствующей специфичности достиг нужного уровня. Микробы, вызывающие определенную болезнь, могут существовать в нескольких штаммах (вариантах), различающихся антигенами, поэтому при выборе вакцины следует подбирать ту, которая произведена из штаммов, характерных для данного региона. Для разных болезней длительность иммунитета различна — на месяцы, на годы, на всю жизнь. Иногда собаководы забывают о необходимости следить за поддержанием иммунитета к заболеванию, против которого была сделана прививка в щенячьем возрасте.

При проведения вакцинации необходимо соблюдать некоторые правила: щенок в момент прививки должен быть абсолютно здоров, его организм должен быть заблаговременно освобожден от гельминтов, не должно параллельно применяться введение щенку в период вакцинации других лекарств (особенно цитостатиков).

Иногда щенок успевает заразиться еще до вакцинации или же заражение собаки происходит несмотря на принятые меры. Встречаются ситуации, когда в силу какой-то генетической или приобретенной особенности организм собаки оказывается неспособным самостоятельно производить антитела. В этих случаях для коррекции иммунных функций организма животному вводят готовые антитела, для чего используют соответствующие сыворотки или иммуноглобулины.

В последние годы в арсенале медицины и ветеринарии появились вещества, способные усиливать или ослаблять иммунные реакции в организме, так называемые иммуномодуляторы. Одни из них ускоряют и усиливают выработку иммунитета (иммуностимуляторы), другие тормозят, ослабляют иммунный ответ на чужеродное вторжение (иммунорепрессоры). Разработка последних стала особенно актуальной в связи с проблемами пересадки органов и с необходимостью в некоторых ситуациях подавлять слишком бурные, не всегда целесообразные иммунные реакции. Например, оказалось, что в основе некоторых патологий лежат аутоиммунные (иммунные реакции, направленные против собственных веществ, ставших антигенами) процессы.

Способность к выработке иммунитета и к аутоиммунным реакциям заметно варьирует у собак разных пород и разных линий. Поэтому кинолог должен, с одной стороны, учитывать не только внешние признаки, но и особенности работы иммунной системы собаки при решении селекционных задач, а с другой стороны, должен уметь подкорректировать индивидуальные отклонения в иммунитете имеющихся в его распоряжении собак.
2.2.6. Физиотерапия, физико-химическая диагностика и лечение. 

Механические, тепловые и лучевые воздействия, а также электромагнитные поля способны вызывать существенные изменения в организме, влиять на активность его функциональных систем и формообразование. Характер эффекта зависит от интенсивности воздействия, способа и места его приложения, вида выбранного воздействия или их сочетаний. Это позволяет использовать физико-химические факторы для направленного влияния на организм собаки.

Некоторые физико-химические эффекты, оказалось, можно успешно использовать для диагностики. Кинология, как и другие медико-ветеринарные области, чрезвычайно заинтересована в неразрушающих методах исследования и контроля интерьера собаки и хода процессов внутри ее организма. Степень безвредности существующих методов относительна, но они часто дают чрезвычайно важную информацию об интимных деталях строения и функционирования живых систем. Один из наиболее информативных (и дорогих) современных методов — компьютерная томография — уже начал применяться для кинологических целей не только за рубежом, но и в СНГ. Широко используют кинологи УЗИ (ультразвуковое исследование). Для диагностики состояния костного скелета (например, для однозначной постановки диагноза дисплазии тазобедренного сустава) массовое применение в кинологии нашло рентгеновское исследование. Проникая вглубь тканей организма, звуковые и электромагнитные излучения способны вызвать в них желаемые изменения.

В последние годы широкое распространение получили экстрасенсорные методы диагностики и лечения. Проникли они и в кинологические круги. Серьезная наука с большим скепсисом относится к экстрасенсорике. В отличие от бытующего мнения о консерватизме и снобизме официальной науки представляется, что такое отношение к «руконаложению», «заговорам», лечению биополем и другим полумистическим приемам вызвано тем, что без объективных, количественных, воспроизводимых результатов воздействий обсуждать по сути нечего. Необразованные целители легко берутся исправлять самые сложные дефекты тела и психики, где всегда возможна ошибка диагноза, спонтанное излечение, кажущееся улучшение и тому подобное. Такие целители есть сегодня почти при каждом клубе собаководства. Но почему-то никто из них не берется за сравнительно простое дело дегельминтизации, изгнания кожных паразитов и т.д. Вряд ли это связано с особенностями биологии блох или аскарид, скорее дело в том, что в этих случаях эффект лечения либо есть, либо его нет. Видимо, второй результат более характерен.
2.2.7. Хирургия 

В принципе, любое воздействие, затрагивающее здоровье собаки, должно проводиться специалистом, имеющим лицензию и юридические права на это. Участие ветеринара особенно необходимо при выполнении хирургических вмешательств. Не обсуждая специальные профессиональные вопросы хирургии, заметим только, что в плане нашей темы возможности хирургических методов исправления и улучшения организма конкретной собаки огромны. Это — косметические операции (пластическая хирургия), хирургическая коррекция функций различных желез, введение внутрь организма датчиков, протезов, стимуляторов-электродов и т.д. Перерезая и сшивая сухожилия и мышцы, хирург может изменить стойку собаки, положение хвоста, выход шеи, аппарат движений. Костная пластика способна восстановить внешние формы при радикальных нарушениях, затронувших скелет. Все это сверх обычного использования хирургии по показаниям здоровья. Допустимо ли подвергать собаку операции (даже под наркозом) ради улучшения экстерьера — вопрос не простой, но достигнутое с помощью хирургических методов в плане коррекции экстерьера и продуктивности собак весьма впечатляет.
ГЛАВА 3. УПРАВЛЕНИЕ ВЫСШЕЙ НЕРВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ (ПОВЕДЕНИЕМ) 

Поведение собаки, т.е. сложная совокупность ее взаимодействий с окружающей средой, привычно рассматривается человеком с позиций собственного душевного мира. Такой подход к психике животных хорошо объясним и, несомненно, насчитывает много тысячелетий, прошедших со времени приручения собаки. Собака живет рядом с человеком, помогает ему, разделяет с ним кров и еду, развлекает и утешает, охраняет его имущество, защищает от недругов. Это не могло не привести к тому, что называют антропоморфизмом — перенесению нами на животное собственных чувств и переживаний, приписыванию ему чисто человеческих побуждений и эмоций. Такое «очеловечивание» собаки в определенном отношении справедливо, хотя порой люди, исходящие в оценке поведения животного из своих житейских представлений, становятся в тупик, не понимая его действий в той или иной ситуации, а порой становятся жертвой нападения. Во избежание этого следует помнить, что психика собаки существенно отличается от психики человека и приписывание ей своих переживаний и намерений может привести к непоправимым ошибкам. С удовольствием читая произведения Р. Киплинга и Э. Сетона-Томпсона, мы должны оценивать некоторые из них так же критично, как народные предания и сказки, в которых животным приписываются чисто человеческие рассуждения и поступки.

У физиолога, изучающего поведение животных, возникает некая двойственность. С одной стороны, он эмоционально отзывается на поступки своей собаки или кошки, которые по существу являются членами его семьи, с другой стороны, как наблюдатель сложных проявлений поведения в научно-исследовательской лаборатории строго избегает субъективных толкований. Такой подход ограничивает, конечно, представления о внутреннем мире животного, но зато позволяет шаг за шагом вскрывать механизмы, лежащие в основе его высшей нервной деятельности.
3.1. МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ПОВЕДЕНИЯ ЖИВОТНЫХ 

Понимание различий в психике человека и животных возникло давно, и в противовес культу последних, распространенному в некоторых цивилизациях, сформировалось представление об отсутствии у них разума. Оно прослеживается со времен Аристотеля и в XVII веке было доведено до крайности Р.Декартом, согласно которому животные — суть машины, лишенные способности думать. Справедливости ради следует заметить, что в конце жизни Р.Декарт несколько смягчил свои взгляды, наблюдая поведение собак на охоте. Крупнейший вклад в понимание психики животных внес Ч.Дарвин, предложивший метод ее оценки по объективным признакам поведения — «выразительным движениям». Ему же принадлежит разработка вопроса о «полезных ассоциированных привычках». В России эти идеи были развиты В.А. Вагнером, указавшим, в частности, на пластичность врожденных форм поведения в соответствии с изменениями условий окружающей среды.

Исследование реакций животного на внешние раздражители явилось основным методом, используемым группой американских психологов, называвших себя бихевиористами (от англ, behaviour = поведение). Работая преимущественно на белых крысах, они стремились к максимальной объективизации оценки тех или иных актов, но мало интересовались их центральными механизмами.

Изучение врожденных форм поведения в естественных условиях сделалось основной задачей этологии (от греч. — ethos = привычка + logos = наука) — научного направления, возникшего в 30-х годах XX столетия и продолжающегося успешно развиваться в наше время.

Традиционно зоологи и психологи (зоопсихологи) не были озабочены — выяснением закономерностей работы центральной нервной системы. Иные задачи стояли перед физиологами. И.М. Сеченов распространил понятие рефлекса на деятельность головного мозга, дав толчок для развития области физиологии, изучающей механизмы поведения.

Основы современного учения о высшей нервной деятельности заложил в начале века И.П. Павлов, в течение более чем трех десятилетий вписывавший в него все новые и новые главы. В наше время это учение значительно укрепилось благодаря новым подходам к изучению работы мозга (электрофизиологические, биохимические и фармакологические методы) и расширению диапазона используемых поведенческих тестов.

В ранних представлениях о закономерностях высшей нервной деятельности четко разграничивали врожденные и приобретенные реакции. Позднее были показаны их тесная взаимосвязь и практическая невозможность наблюдать в «чистом виде» врожденную деятельность, не трансформированную внутренним состоянием организма и изменениями во внешней среде. Тем не менее формально принято различать врожденные, выработанные в процессе эволюции, и приобретенные в процессе индивидуального развития формы поведения, обеспечивающие функциональное единство отдельных систем организма и поддерживающие его взаимодействие с окружающим миром. Прежде чем перейти к рассмотрению различных форм поведения, остановимся вкратце на их морфофункциональной основе. При этом частично будут затронуты вопросы возрастных особенностей последней, более полно представленные в главе 9.
3.2. НЕРВНАЯ СИСТЕМА И ПОВЕДЕНИЕ 

В поведенческом акте участвуют многие системы организма. Он реализуется с помощью аппарата движений, деятельность которого тесно связана с различными функциями организма (дыханием, кровообращением, терморегуляцией и др.). Управление поведением и обслуживающими его физиологическими системами осуществляется центральной нервной системой. В норме поведение служит интересам всего организма и в свою очередь облегчает выполнение другими системами своих функций (терморегуляции, питания, дыхания и др.).

Реакция организма на различные раздражители, опосредуемая через нервную систему, называется рефлексом. Лежащая в его основе рефлекторная дуга включает воспринимающие приборы — рецепторы, чувствительные нейроны, по отросткам которых информация от рецепторов поступает в нервные центры, вставочные (промежуточные) нейроны последних, центробежные нейроны, по отросткам которых сигналы достигают периферических органов и тканей, и, наконец, исполнительные аппараты — поперечно-полосатую скелетную мускулатуру, гладкие мышцы внутренних органов и железы.

Многие врожденные формы поведения реализуются с помощью рефлекторной дуги на спинномозговом уровне, т.е. их можно наблюдать после повреждения значительной части головного мозга. В качестве примеров таких простых форм поведения можно привести следующие рефлексы: сгибательный — отдергивание лапы при болевом раздражении, рвотный — при раздражении глотки, чихательный и кашлевой — при воздействии на рецепторы слизистой носа или дыхательных путей, отряхивательный — в ответ на направленную в ухо струю воздуха.

Хотя такие рефлексы на спинномозговом уровне могут осуществляться при поврежденном головном мозге, в нормальных условиях он принимает участие в этих актах, обеспечивая тонкое приспособление организма к определенной ситуации.

Установлено, что поведение протекает на фоне подготовительной деятельности, которая проявляется в активации двигательного аппарата, эмоциональных центров, симпатического отдела автономной нервной системы, настройке рецепторов на определенный вид деятельности. В эту деятельность вовлекаются многие образования головного мозга, в том числе и высшие его отделы — кора больших полушарий. Наблюдая поведение животных, можно видеть, что подготовительная деятельность, отражающая любопытство, избирательное внимание к определенным сигналам, страх или ярость, предшествует исполнительной.

Подготовительная деятельность, т.е. формирование определенного фона, на котором развертываются различные формы взаимодействия организма и среды, может быть изменена путем использования различных фармакологических воздействий. Так, страх подавляется введением транквилизаторов или седативных препаратов. Общетонизирующее действие на центральную нервную систему, и особенно на кору больших полушарий, оказывает кофеин.

Выбор фармакологических препаратов, изменяющих состояние нервной системы, зависит от многих факторов, определяемых индивидуальными особенностями животного, его состоянием (бессонница, утомление, последствия стресса, эмоциональное возбуждение), создавшейся ситуацией и задачами дрессировки.

У владельцев собак часто возникает желание улучшить с помощью фармакологических воздействий сенсорные характеристики собаки (усилить обоняние для розыскной работы, снизить чувствительность к звукам во время выступления в ринге). Изменение чувствительности рецепторов имеет место после введения препаратов, оказывающих общее стимулирующее влияние на нервную систему. К ним относятся уже упоминавшийся кофеин, а также стрихнин, камфора, фенамин, меридил, сиднокарб, индопан, ацефен, тауремизин, этимизол, бемегрид, лобелин и многие другие вещества, обладающие лекарственным действием, но в определенных дозах способные вызвать отравление. Эти вещества должны быть использованы лишь в особых случаях и в соответствии с рекомендациями ветеринарного врача.
3.3. НАСЛЕДСТВЕННО ЗАКРЕПЛЕННЫЕ ФОРМЫ ПОВЕДЕНИЯ 

Наследственно закрепленные рефлексы лежат в основе приспособительных поведенческих актов, проявляющихся без предварительного обучения. Эти рефлексы сходны у всех представителей данного вида. Вместе с тем некоторые врожденные реакции у представителей разных пород собак могут существенно разниться (например, у охотничьих и пастушьих).

Организм животного хорошо приспособлен к окружающим условиям на всем протяжении жизни, в том числе и во внутриутробном периоде развития. Показано, что у плодов млекопитающих в соответствии с развертыванием генетической программы происходит постепенное созревание центральной нервной системы и возникают вначале обобщенные, а затем и специализированные рефлекторные реакции на различные раздражители. К моменту рождения формируются комплексы центральных и периферических нервных образований и связанных с ними аппаратов, обеспечивающих в период новорожденности сначала менее сложные, а затем все более сложные специализированные поведенческие акты. Они направлены на взаимодействие с матерью и выживание в довольно оранжерейных условиях логова.

И. П. Павлов рассматривал врожденное поведение как совокупность сложнейших безусловных рефлексов (инстинктов). Его интересовало прежде всего взаимоотношение наследуемых и приобретенных в процессе жизни реакций, исследуемое в условиях лабораторного эксперимента. С несколько иных позиций описывают поведение этологи, изучающие преимущественно развертывание генетической программы в естественной среде обитания. В настоящее время происходит сглаживание противоречий между этими подходами и делаются попытки создать синтетическую теорию поведения.

Можно ли считать проявление безусловно-рефлекторной деятельности неизменной у всех особей? Очевидно на этот вопрос следует ответить отрицательно. В соответствии с генетической программой, лежащей в основе развития, все проявления жизнедеятельности особи носят индивидуальный характер. Это бесспорное положение касается и врожденных реакций на различные раздражители. Так, у каждого животного имеются различные пороги восприятия сигналов, связанных с работой органов чувств. В зависимости от индивидуальных особенностей центральных и периферических нервных аппаратов, от уровня продукции биологически активных веществ по-разному проявляются врожденные реакции на те или другие стимулы. Вместе с тем границы варьирования этих реакций у представителей определенной породы собак значительно уже, чем у особей разных пород.

Факторы внешней среды во многом определяют особенности врожденного поведения. Оно может подвергнуться существенным изменениям в результате воздействий на организм животного на разных этапах жизни, но более всего в чувствительные (критические) периоды, занимающие иногда всего несколько дней (а порой и часов). В это время определенные внешние стимулы могут видоизменять характер реагирования животных на последующих этапах жизни. Например, неблагоприятные условия существования самок в конце беременности (недостаточный по калорийности или несбалансированный по составу пищевой рацион, стрессорные воздействия) приводят к нарушению полового поведения самцов-потомков, которые, став взрослыми, ведут себя во многих отношениях по «женскому типу». Показано, что предотвратить такую утрату щенками кобелиного типа можно введением щенным сукам тирозина (аминокислоты, используемой в биосинтезе катехоламинов) или блокатора бета-эндорфина — налтрек-сона. Хорошие результаты были получены также с помощью инъекций мужского полового гормона тестостерона. Нельзя, однако, забывать, что при коррекции подобными воздействиями одной важной функции может проявиться неблагоприятное влияние на развитие других.

Природа предусмотрела защитные механизмы, смягчающие действие повреждающих факторов на развивающийся организм. Так, при дефиците незаменимых аминокислот в пище они в основном достаются плодам. Однако потомство не защищено от последствий стрессорных воздействий даже при кратковременной изоляции от матери в период новорожденности. Такое воздействие приводит к замедлению роста массы тела и необратимым изменениям в строении головного мозга, которые проявятся в дефектах поведения. Вот почему важно не спешить с отъемом щенков от матери.

Многообразные реакции зрелого организма на внешние и внутренние сигналы могут изменяться под влиянием излишне сильных ранних воздействий на организм. Они зависят от многих факторов, имеющих значение для высшей нервной деятельности. К этим факторам относятся: число щенков в помете, внимание матери, обогащенная или обедненная различными сигналами внешняя среда. Еще до рождения организм плода подвергается химическим воздействиям в результате загрязнения окружающей среды и пищи или если щенную суку лечат какими-либо фармакологическими препаратами. Будучи относительно безвредными для взрослого, они способны исказить развертывание генетической программы, изменить темпы созревания мозга и желез внутренней секреции. Серьезные последствия имеет гипоксия — состояние, возникающее при недостаточном снабжении организма кислородом. Она часто возникает при патологических родах, в результате чего нарушается развитие мозга, и у животных в течение всей жизни проявляются отклонения от нормального поведения. Улучшения обмена веществ в нервных клетках и нормализации функций мозга в этих случаях можно достичь введением щенкам лекарств-ноотропов, в частности пирацетама (ноотропила) и диметиламинэтанола. Благоприятно действуют также инъекции АКТГ-подобных пептидов (АКТГ 1-10, АКТГ 4-10).

Приведенные примеры показывают, что безусловные рефлексы характеризуются определенной изменчивостью, связанной с деталями «биографии» особи. Они претерпевают изменения в соответствии с состоянием организма и прежде всего управляющих нервных центров. Однако безусловные рефлексы как врожденная форма поведения относительно постоянны по сравнению с приобретенной — условными рефлексами, т.е. стереотипно проявляются в ответ на раздражение определенных нервных приборов — рецепторов.

Описано множество безусловных рефлексов, связанных с различными сторонами поведения и регуляцией жизненно важных систем организма в соответствии с биологической ролью этих рефлексов, видом вызывающих их раздражителей, уровнями управления (связь с определенными отделами мозга), порядком следования в конкретном приспособительном акте предложено несколько их классификаций. И.П. Павлов выделил пищевые, оборонительные, ориентировочные, родительские, детские рефлексы, каждый из которых можно подразделить на более частные. Например, пищевые рефлексы включают реакции, связанные с поиском, добычей, обследованием захватом, вкусовым опробыванием, поглощением пищи, секрецией пищеварительных соков, движениями желудка и кишечника и др.

При анализе врожденных форм поведения описаны такие рефлексы: цели, коллекционирования, осторожности, свободы, самосохранительный (положительный и отрицательный), агрессивный, сторожевой, подчинения, половые (мужской и женский), игровой, родительский, групповые (зоосоциальные), миграционный, экономии сил, регуляции сна, восстановительный, имитационный.

Безусловные рефлексы можно рассматривать в соответствии с уровнем их сложности. К наиболее простым относятся реакции местного значения, например, мигание при попадании в глаз соринки или отдергивание обожженной лапы. Более сложны координационные рефлексы, как пример — рефлекс, согласующий сокращение сгибательных и разгибательных мышц. Интегративные безусловные рефлексы включают комплексы движений и сопровождающих их изменений в организме.

Механизмы нервной регуляции разных уровней тесно переплетены. Сложность организации врожденных форм поведения хорошо прослеживается на примере слюноотделительного безусловного рефлекса, который в прошлом принято было считать довольно простым. На самом деле он зависит от деятельности многих рецепторов, волокон нескольких черепно-мозговых нервов, многих отделов центральной нервной системы. Слюноотделение связано с пищевым поведением, пищеварительными процессами, работой желез внутренней секреции, кровообращением, дыханием, терморегуляцией.

Относительность любой классификации хорошо прослеживается на примере одного из важнейших безусловных рефлексов — ориентировочного. Ввиду его особой роли в поведении и связи с условно-рефлекторной деятельностью, далее ему будет уделено особое внимание.
3.4. ПРИОБРЕТЕННЫЕ ФОРМЫ ПОВЕДЕНИЯ 

Безусловный рефлекс проявляется при первой же встрече с определенным раздражителем, конечно, в случае достаточного созревания лежащих в его основе нервных механизмов. Безусловно-рефлекторная деятельность отражает опыт, накопленный многими поколениями, закрепленный наследственно, наиболее полно соответствующий условиям среды обитания данного вида животных. Но в какой мере «записанный» в генах код безусловных рефлексов, обеспечивающий их стереотипное повторение, достаточен для приспособления к условиям существования?

Данные сравнительной физиологии животных разных классов показывают, что преимущества врожденных форм поведения проявляются при относительном постоянстве факторов внешней среды. Увеличение диапазона их колебаний снижает приспособительную ценность врожденных реакций и если бы не было других механизмов, повышающих надежность организма, то при резких изменениях обстановки ему грозила бы гибель. Она предотвращается благодаря существованию нескольких фундаментальных механизмов, среди которых основное место занимают условные рефлексы, приобретаемые в течение жизни. Безусловные рефлексы служат фундаментом, на котором возводится здание индивидуальной адаптации — условные рефлексы. Эти рефлексы определяют разнообразные реакции организма на ранее не связанные с этими реакциями раздражители, т.е. позволяют приспособиться к меняющимся (но закономерно повторяющимся в течение некоторого периода) обстоятельствам в окружающем мире и в самом организме. Некоторые задачи возникают перед живым существом в единичных, исключительных обстоятельствах и для их преодоления приходится принимать эвристические решения или полагаться на вероятностно-случайный метод. Для решения задач, не предусмотренных в наследственной программе, требуется индивидуальное обучение.

Кроме условных рефлексов существуют и другие формы обучения, имеющие приспособительный характер. Рассмотрим некоторые из них.
3.4.1. Приспособительные механизмы, отличные от условных рефлексов 

Для обучения характерно изменение чувствительности к действию определенных стимулов и способности на них реагировать Простейший вид обучения — суммационная реакция, описанная еще И.М. Сеченовым. Она заключается в облегчении проявления безусловного рефлекса в результате повышения чувствительности нервного центра к определенному раздражителю. Эта реакция длительно не сохраняется в отличие от другого вида обучения — привыкания, представляющего собой фундаментальный механизм снижения величины ответа при повторном действии определенного стимула. Когда его действие прекращается, происходит постепенное восстановление уровня исходного ответа. Привыкание развивается быстрее после повторяющихся серий стимуляций и восстановлений исходного ответа. Типичный пример привыкания — ослабление ориентировочной реакции.

При исследовании механизмов памяти, неразрывно связанных с обучением, различают кратковременные и долговременные процессы привыкания, которое может длиться от нескольких секунд до нескольких недель. Привыкание позволяет организму ослабить или полностью устранить ответы на раздражители, не являющиеся в данной обстановке биологически важными сигналами.

Большое место в обучении занимает запечатление (импринтинг), которое проявляется в быстром установлении связи между определенными раздражителями и целенаправленной двигательной реакцией. Изучались преимущественно характеристики запечатления, направленного на связь новорожденного с матерью, хотя некоторые наблюдения позволяют предполагать, что этот механизм существенен и на более поздних этапах жизни. Запечатление приурочено к определенному чувствительному периоду. Первоначально считали, что оно не уничтожается последующим жизненным опытом. Однако у млекопитающих, в том числе и у собак, этот феномен имеет много общего с условным рефлексом, т.е. он связан с подкреплением, способен к исчезновению, переделке и обладает некоторыми другими особенностями последних (подробнее они будут охарактеризованы ниже). Так, в первые три дня жизни щенка (чувствительный период) формируется положительная пищедобывательная реакция при однократном сочетании с кормлением как естественного (запаха матери), так и экологически неадекватного (например, запаха камфоры или эвкалиптового масла) раздражителей. Хотя эта реакция во многих отношениях напоминает условный рефлекс, ей присущи и признаки, характерные для запечатления. В частности, она проявляется лишь в первые три дня жизни щенка. Способность к выработке пищедобывательной реакции по чисто условно-рефлекторному типу (при многих сочетаниях запахового раздражителя с кормлением) возникает лишь после 10-го дня жизни. Способность к быстрому формированию ассоциативной связи между матерью и щенками в первые дни их жизни имеет важное приспособительное значение, когда центральная нервная система детенышей еще не достигла зрелости. Имеются данные, что такого рода научение — формирование положительной двигательной реакции на химические стимулы, поступающие из материнского организма — возникает в конце внутриутробного периода и проявляется у щенка сразу после рождения; После преждевременного кесарева сечения, довольно часто имеющего место у некоторых пород собак, жизнеспособные щенки обычно ведут себя по отношению к матери нормально, тогда как суке нужно значительное время для того, чтобы освоиться с новой ролью.

Описаны и другие формы поведения, по некоторым признакам отличные от условных рефлексов. И.С. Бериташвили выдвинул концепцию, согласно которой у высших позвоночных важнейшую роль играет образное (психонервное) поведение. Так, например, у щенка или взрослой собаки в определенной внешней ситуации создается образ пищевого объекта и его местоположения. Этот образ возникает в данных условиях и вызывает целенаправленную реакцию. Механизмы такого рода обучения связаны с установлением связей между центрами головного мозга, ответственными за создание определенного образа, и центрами движения. Обязательно при этом вовлечение в процесс коры больших полушарий. При повторении деятельность, направляемая образами, автоматизируется и может сохраняться в случае ее важности на протяжении всей жизни.

Наблюдения над животными дают основание утверждать и о существовании «интеллектуального поведения», в основе которого лежит внезапное решение задачи в целом, так называемый «инсайт» (В. Келер).

Два щенка примерно одного возраста росли вместе: Лайза — сучонка английского бульдога (5 мес), медлительная, неуклюжая, толстая, и Казан — кобелек ротвейлера (4,5 мес), длинноногий непоседа, драчун, задира, «рубаха-парень». Вот оба наелись, отдохнули и задумались: чем бы заняться? Лайза направилась к игрушке. Мгновенно Казан обогнал ее, выхватил любимую куклу и стал дразнить: ну-ка забери! Одна-две попытки отобрать куклу — и Лайза отказалась от силовой борьбы с Казаном. Села, посидела, наморщив свой выразительный лоб. Пошла на кухню, откуда вернулась с тряпочкой. Уселась перед Казаном и стала с притворным увлечением трясти тряпкой, наступать на нее лапой, при этом, искоса поглядывая на Казана. Казан, простофиля, заинтересовался непонятной игрой, стал следить за Лайзой и тряпкой. Мгновение — и Казан бросился к тряпке. В тот же миг Лайза схватила куклу и, не теряя ни секунды, унесла ее в просвет между диваном и креслом, надежно загородив доступ туда своим толстым телом!

Подобный случай эвристического решения собакой нетривиальной задачи произошел в квартире заводчика С.И. Матюнина, у которого живут две собаки Байда, отличная четырехлетняя сука черного терьера, и Арнольд — пятилетний эрделъ. Собаки связаны «уважительной дружбой» примерно равных по рангу. После суеты, связанной с приходом гостя, Байда улеглась в любимое кресло Арнольда. Арнольд согнать Байду не может — хозяин запрещает «разборки» 2—3 минуты он стоит посреди комнаты, наморщив лоб, поглядывая на Байду (та отвернулась) и пребывая в нерешительности. Эврика! Арнольд с лаем бросается в прихожую к входной двери. Любой собаковод, умеющий различать интонации лая, сказал бы, что за дверью притаился чужой. Байда, спровоцированная лаем, с рыком бросается в прихожую. Уже в дверях комнаты она разминулась с Арнольдом, который стремглав бежит к своему месту, занимает его и спокойно следит за возвращающейся ни с чем Байдой. Обманул!

Многим собаководам осторожность, проявляемая физиологами при попытках объяснить поведение собаки, покажется излишней и неоправданной. Еще раз следует подчеркнуть стремление исследователя к отказу от приписывания животным собственных побуждений и эмоций, хотя порой у него и возникает подобное желание. Здесь и далее мы приводим удивительные случаи из жизни собак, свидетельствующие о наличии у них сложных психических явлений.

Л. В. Крушинский также признавал у животных наличие элементарной рассудочной деятельности. Его навело на эту мысль наблюдение за поведением пойнтера, который, подняв тетерева, не побежал прямо за ним, а выбрал сложный обходной путь и, уловив направление, сделал стойку почти над самой птицей. Такие наблюдения дали толчок к разработке новых методических подходов к изучению психической деятельности животных. В условиях эксперимента была показана способность собаки действовать на основании простейших правил, связывающих предметы и явления окружающего мира в одно целое. Были описаны рефлексы, названные экстраполяционными. Типичный пример такого рода рефлексов связан с оценкой не только направления движения раздражителя, но и места, где он будет находиться через некоторый интервал времени. Этот механизм позволяет, например, собаке не бежать прямо за объектом преследования, а действовать с «упреждением», учитывая направление и скорость его движения.

Накоплен большой материал, показавший, что животные, в том числе и собаки, на основании прошлого опыта и в соответствии со сложившейся обстановкой способны предвосхищать будущее и готовиться к действиям, приводящим к наиболее вероятному достижению требуемого эффекта (Н.А. Бернштейн).

Следует подчеркнуть, что и И.П. Павлов не отрицал наличия у животных элементов мышления, но как естествоиспытатель был противником нефизиологического объяснения этого явления.

Вместе с тем многие современные авторы полагают, что к категории условных рефлексов следует отнести все виды высшей нервной деятельности, вырабатываемые в процессе индивидуальной жизни. Поэтому важно рассмотреть основные стороны их формирования и угашения, а также связь этого механизма с фундаментальными процессами в центральной нервной системе.
3.4.2. Условные рефлексы 

Условный рефлекс — универсальный механизм в организации индивидуального поведения, благодаря которому в зависимости от изменений внешних обстоятельств и внутреннего состояния организма связанные по тем или иным причинам с этими изменениями индифферентные в отношении их раздражения приобретают новое качество — сигнальность. Приобретенный опыт, основанный на этом механизме, позволяет заранее подготовиться как к положительным, так и отрицательным событиям (а в ряде случаев и избежать последних) в ответ на разнообразные сигналы. Если они закономерно совпадают с этими событиями, условный рефлекс закрепляется, проявляется автоматически; если совпадение случайно, он либо не образуется, либо быстро тормозится. Классический пример условного рефлекса — выделение слюны на раздражители, сигнализирующие получение пищи. Любой раздражитель (звуковой, зрительный, тактильный, обонятельный и т.д.), совпадающий во времени[1]) с кормлением, может превращаться в сигнал для работы слюнных желез. Если действие этого раздражителя перестанет подкрепляться приемом пищи, условный рефлекс угаснет. Это обстоятельство следует учитывать при дрессировке: она может быть неэффективной при недостаточно продуманной системе поощрений.

В соответствии с биологическими свойствами сочетаемый с определенным раздражителем врожденной деятельности условный рефлекс обозначается как положительный (подкрепляемый) и отрицательный или тормозный (неподкрепляемый), ослабляющий проявление этой деятельности.

Как и безусловные рефлексы, условные подразделяются на витальные (пищевые, питьевые, оборонительные), зоосоциальные (половые, заботы о потомстве, территориальные) и саморазвития (исследовательские, игровые, имитационные). Большой интерес вызывают имитационные (подражательные) условные рефлексы, вырабатываемые благодаря наблюдению за поведением других особей. Щенки, изолируемые от родителей и сверстников, во многом отстают от последних в развитии.

Различают условные рефлексы первого порядка, формирующиеся на базе безусловных, второго, третьего, четвертого и последующих порядков, возникающие на основе уже выработанных условных рефлексов[2].

Основной материал, полученный в начальном периоде изучения высшей нервной деятельности, был основан на анализе вегетативного условного рефлекса — слюноотделения, вызываемого разнообразными внешними сигналами, ранее не связанными с такого рода деятельностью. Сегодня его называют классическим, или условным рефлексом первого типа, являющимся копией безусловного. На основе врожденной двигательной деятельности формируются условные рефлексы второго типа (инструментальные). Они могут соответствовать безусловным (пример: отдаление от пламени костра до того, как оно обожгло, т.е. в ответ на действие светового и прочих условных раздражителей) или существенно отличаться от них (пример: стойка на задних лапах, подкрепляемая дачей пищи). Обычно одновременно формируется комплекс инструментальных и классических условных рефлексов, т.е. одни и те же сигналы вызывают двигательный ответ и множество реакций со стороны дыхания, сердечнососудистой и пищеварительной систем. Формирование и угашение этих условных рефлексов часто идет разновременно.

Фиксированный на протяжении длительного времени комплекс безусловных и условных, классических и инструментальных рефлексов образует систему, называемую динамическим стереотипом. Он вырабатывается с трудом и обладает известной инертностью. Автоматизированные навыки, связанные с этим стереотипом, при изменении условий жизни могут быть постепенно угашены. По тому, откуда в нервные центры поступает сигнал — из внешней или внутренней сред, различают экстероцептивные и интеро-цептивные условные рефлексы. В первом случае выделяют зрительные, слуховые, вкусовые, обонятельные, температурные, тактильные условные рефлексы, во втором — механические, химические, осмотические, температурные. В целом интероцептивные условные рефлексы (связанные с раздражением внутренних органов) вырабатываются медленнее, чем эксте-роцептивные. Однако эта закономерность относительна. Формирование условных рефлексов определяется соответствием данного акта естественным взаимоотношениям организма и внешней среды. Так, например, врожденное изменение выбора определенной пищи, возникающее при раздражении хеморецепторов желудка и кишечника, очень быстро становится условно-рефлекторным и имеет место уже при стимуляции механо-рецепторов этих органов.

Здесь следует остановиться на категории натуральных условных рефлексов, имеющих много общего с запечатлением. Они связаны с действием экологически адекватных раздражителей. Показано, в частности, что запах мяса не вызывает у щенка врожденной реакции слюноотделения, но после однократного кормления сырым мясом вырабатывается условно-рефлекторное выделение слюны на его запах, не исчезающее в течение всей жизни. В отличие от натуральных искусственные условные рефлексы, в основе которых лежит связь между раздражителями и врожденными реакциями, не связанными естественными отношениями, формируются медленно.

Условные рефлексы могут возникать при сочетании с подкреплением простых сигналов, их комплексов (звук+свет), последовательно действующих раздражителей. При совпадении во времени сигнала и безусловного раздражителя вырабатывается наличный условный рефлекс. Если регулярно, через определенные промежутки времени, давать подкрепление, то в дальнейшем по их истечении без каких-либо дополнительных воздействий проявляется безусловная реакция (условный рефлекс на время).

Центральная нервная система постоянно бомбардируется сигналами из внешней и внутренней сред. Кора больших полушарий осуществляет одновременную оценку этих сигналов в данной жизненной обстановке. Следовательно, реакции, вызываемые условными сигналами, определяются этой оценкой, и если сигналы не вызвали ожидаемого эффекта, значит одно целостное состояние сменилось другим (например, произошел переход от пищевого к оборонительному или половому поведению). Обычно такая смена зависит от многих раздражителей (боль, шум, запах и т.д.). Их появление при дрессировке собаки может серьезно затруднить выработку необходимого навыка. Существенную роль в этом играет внешнее (безусловное) торможение в высших отделах мозга. Благодаря ему прекращается текущая деятельность, проявляется ориентировочно-исследовательское поведение и переход к другому виду деятельности. Внешнее торможение является, таким образом, важнейшим регулятором взаимоотношения организма и среды, поскольку оно «переводит стрелку» в сторону наиболее важной в данной обстановке формы поведения.

В случае действия сверхсильных раздражителей в клетках коры больших полушарий развивается запредельное торможение, которое в крайнем варианте проявляется в полной неподвижности — ступоре. Это состояние может прервать выполнение собакой важного задания. Имеется возможность повысить работоспособность корковых клеток введением фармакологических веществ, предотвратив тем самым развитие запредельного торможения. К ним относятся кофеин, фенамин, сиднокарб, сочетаемые с транквилизаторами. Требуется индивидуальный подбор этих препаратов и их дозирование. В некоторых случаях их введение может привести к нарушению высшей нервной деятельности. Трудно также предугадать, какие отдаленные последствия возможны при том или другом фармакологическом воздействии.

В регуляции приобретенной приспособительной деятельности важную роль играет внутреннее (условное) торможение. Если собаке с хорошо выработанным пищевым слюноотделительным условным рефлексом подавать условный сигнал, не подкрепляя его подкармливанием, то выделение слюны будет постепенно снижаться. Лежащее в основе этого явления внутреннее торможение называется угасательным. Оно проявляется волнообразно — заторможенный рефлекс может вновь проявиться.

Другой вид внутреннего торможения — дифференцировочное, устраняет реакции на неподкрепляемые раздражители, близкие к подкрепляемому, что позволяет точнее настраивать поведение на биологически важный стимул. У щенков этот вид торможения созревает постепенно, поэтому у них часто проявляется генерализованная (обобщенная, неспецифичная) реакция. Взрослые собаки хорошо дифференцируют значимые и незначимые сигналы (проявления этого феномена у собак красочно описаны К. Лоренцом).

К внутреннему торможению относится и условный тормоз — отсутствие реакции на положительный условный сигнал, сочетаемый с индифферентным раздражителем. Так, если к звуку, сигнализирующему пищу, присоединить прикладывание к коже холодной пластинки, условно-рефлекторное слюноотделение не вызывается.

В настоящее время механизмы условного рефлекса хорошо изучены с помощью электрофизиологических и нейрохимических методов. Установлено единство механизмов внешнего и внутреннего торможения, доказано, что торможение — такой же активный процесс, как и возбуждение. Выяснение механизмов, лежащих в основе условно-рефлекторной деятельности, активизировали исследования такого важного ее компонента, как память.
3.5. Механизмы памяти 

Поведение высших животных было бы невозможно без использования прошлого опыта, т.е. без сохранения информации о нем в нервной системе. Сенсорная память проявляется в удержании в нейроне следа от раздражения рецептора на очень короткое время — до 0,5 с. Стирание следа занимает 0,15 с. Более длительное сохранение информации о текущих событиях определяется кратковременной памятью. Ее изучают преимущественно с помощью отсроченных реакций. У животного вырабатывают условный рефлекс, после чего между связанными с ним сигналом и ответом вводится пауза (отсрочка).

Длительное сохранение информации связано с долговременной памятью. Переход от кратковременной к долговременной памяти, т.е. закрепление памятного следа в центральной нервной системе, осуществляется с помощью промежуточной памяти. Механизмы, лежащие в основе этих явлений, еще далеко не ясны; показано, однако, что они определяются электрическими факторами (циркуляция нервных импульсов) и структурно-химическими перестройками в центральной нервной системе.

Принято выделять разные формы долговременной памяти: образную (сохранение в головном мозгу признаков объектов, с которыми животное встречалось), эмоциональную (собаководы хорошо знают, как долго сохраняется у собак отрицательное отношение к причинившим им зло людям) и условно-рефлекторную, ответственную за воспроизведение определенных двигательных и секреторных актов.

Получен большой экспериментальный материал, характеризующий механизмы действия вырабатываемых организмом биологически активных веществ на разные формы памяти. Можно было бы думать, что фармакологически увеличивая или уменьшая баланс этих веществ и их влияние на нейроны, мы можем улучшать память, а следовательно, повышать уровень служебных качеств собаки. Это частично справедливо, однако не следует забывать, что одно и то же фармакологическое воздействие по-разному влияет на различные стороны обучения. Кроме того, трудно прогнозировать отдаленные последствия введения в организм химических препаратов.

Полученные в лабораториях данные о влиянии химических соединений, обладающих фармакологическим действием на память, пока не дают достаточно полного ответа на вопрос о нейрохимических механизмах памяти. Психостимуляторы и транквилизаторы, которые часто рекомендуют для улучшения обучения, могут иногда, напротив, вызывать ретроградную амнезию (забывание прежде хранившейся информации). Известно, однако, что память тесно связана к функционированием таких биологически активных веществ, содержащихся в головном мозге, как ацетилхолин, норадреналин, дофамин, серотонин, гамма-аминомаслянная кислота (ГАМК), пептидные гормоны. Неправильно связывать с каждым из них какую-либо одну функцию нейронов.

Следует также учитывать своеобразие нейрохимических характеристик разных отделов мозга и их роль в организации определенных форм обучения. Кроме того, мы оцениваем память по длительности проявления различных навыков, но лишь косвенно можем судить о сохранении следов определенных воздействий в нервных центрах. Вместе с тем известно, что процессы памяти связаны с центральным обменом биологически активных веществ, при изменении которого улучшаются или ухудшаются выработка навыка и его сохранение. Особое внимание при исследовании этих процессов уделяется моноаминам головного мозга — дофамину, норадреналину, адреналину и серотонину. Показано, что их баланс в значительной степени определяет скорость обучения и стабилизацию памятного следа. Нередко повышение в мозгу содержания одного из этих соединений разнонаправленно влияет на разные формы обучения. Так, при выработке и упрочении оборонительных реакций обмен норадреналина в мозгу повышается, пищевых — снижается. Введение препаратов, повышающих содержание серотонина в мозгу, значительно улучшает процесс обучения при пищевом подкреплении, но ухудшает его при болевом. Серотонин ускоряет обучение и способствует сохранению условных рефлексов, вырабатываемых при эмоционально положительном фоне, действуя противоположным образом при формировании реакций (преимущественно оборонительных), сопровождающихся отрицательными эмоциями.

Существенную роль в запоминании играют также ацетилхолин, ГАМК, глутаминовая кислота. Применение аптечных препаратов, влияющих на обмен указанных веществ, может оказать влияние на обучение и память. Однако еще раз напомним о трудностях, связанных с индивидуальными особенностями животного, подбором соответствующих доз (передозирование часто ведет к обратным эффектам), отсутствием достаточных знаний о нейрохимической основе памяти.

Введение в организм любого фармакологического агента вызывает сложную цепную реакцию. Очень интересны данные об участии в регуляции процессов памяти нейропептидов. Последние быстро разрушаются, и можно предполагать, что их действие опосредуется через каскад биохимических реакций, определяющих широкий диапазон изменений в состоянии центральной нервной системы. Выявлены нейропептиды, оказывающие на обучение и память существенное влияние. К ним относятся вазопрессин, холецистокинин, нейротензин, ангиотензин и многие другие. Особое значение придают опиоидным пептидам — эндорфинам и энкефалинам. Некоторые из них улучшают, другие ухудшают память. Бывает и так, что один и тот же опиоидный пептид стимулирует выработку и сохранение условного рефлекса у плохо обучающихся и тормозит у хорошо обучающихся животных.

Таким образом, на сегодняшнем этапе развития науки о памяти нельзя безоговорочно рекомендовать введение в организм собаки препаратов, улучшающих обучение и память, по нескольким причинам. Во-первых, механизм их действия во многом неясен. Во-вторых, благотворно влияя на одни виды обучения, эти воздействия могут затруднить формирование и сохранение других не менее важных навыков. В-третьих, искусственное нарушение баланса биологически активных веществ в организме может нарушить нормальную жизнедеятельность и привести к длительно проявляющимся изменениям в поведении и деятельности внутренних органов. В-четвертых, многие из упомянутых веществ еще очень дороги и даже в экспериментальных целях используются в ограниченных количествах.
3.6. СИСТЕМНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МОЗГА 

Функциональное состояние центральной нервной системы непрерывно меняется в соответствии со сменой видов жизнедеятельности. Оно определяется позой, положением конечностей, множеством сигналов из внешней и внутренней сред. В каждый данный момент в мозгу и отдельных его структурах складывается особая система процессов возбуждения и торможения, определяющая поведение организма в данных условиях.

Для понимания механизмов, с помощью которых центральная нервная система контролирует внутреннее хозяйство и активность, направленную на взаимодействие с внешним миром, следует рассмотреть некоторые основные стороны ее системной деятельности, связанные с формированием сложных форм поведения.
3.6.1. Принцип доминанты 

А. А. Ухтомский создал учение о доминанте (от латинского dorninantus = господство) — временном преобладании возбуждения в нервных центрах, функционально объединяющихся для осуществления определенной деятельности. Очаг возбуждения как бы притягивает к себе потоки нервных импульсов от экстеро- и интерорецепторов и тем самым предопределяет направленную на определенный результат реакцию организма. В центральной нервной системе возникает «функциональный центр», объединяющий отделы, удаленные друг от друга. Одновременно могут возникать несколько очагов повышенного возбуждения, благодаря чему возможно быстрое переключение от одной деятельности к другой. Но в каждый данный момент наиболее стойкий очаг возбуждения определяет направленность (вектор) определенной деятельности организма. Так, растяжение мочевого пузыря создает доминантный очаг возбуждения, связанного с мочеиспусканием. На этом фоне приходящие в центральную нервную систему импульсы от разных рецепторов поддерживают этот очаг, повышают уровень его возбудимости. Она резко падает после соответствующего акта — опорожнения мочевого пузыря.

Доминанта — важный принцип работы центральной нервной системы. При дрессировке необходимо помнить о нем, поскольку выработка навыка может серьезно страдать, если во время нее у собаки возникает доминантный очаг, связанный с другого рода деятельностью. Переключение доминант может, например, иметь место при появлении особи того же или противоположного пола (торможение рабочей и проявление новой доминанты, направленной на половую, игровую или оборонительную активность), при резком окрике или при болевом раздражении.

Изменение функционального состояния организма (течка, беременность, лактация) связаны с формированием длительных, стойко сохраняющихся доминантных очагов возбуждения. Подобное явление наблюдается и при недостаточном питании, избирательном лишении какого-либо необходимого для организма пищевого продукта, утомлении. Поэтому выработка на таком фоне навыков, не имеющих отношения к текущему доминантному состоянию центральной нервной системы, неэффективна. Обучение проходит успешно, когда подкрепление соответствует характеру доминанты (например, при выработке слюноотделительного или пищедобывательного условных рефлексов у ненакормленной собаки). В этом случае условный рефлекс можно выработать даже на болевое раздражение. Так, в лаборатории И.П. Павлова М.Н. Ерофеева постепенно переделала у голодной собаки оборонительную реакцию, вызываемую действием электрического тока, на пищевую. Она подкрепляла удары тока кормлением, и в конце концов они перестали вызывать у собаки отрицательное отношение к экспериментальной комнате, стремление перегрызть электрический шнур, вырваться и убежать. После нескольких опытов под влиянием голода оборонительная реакция стала постепенно тормозиться. Далее, когда собака значительно похудела и у нее резко проявилась доминанта голода, электрический ток начал вызывать выделение слюны и весь репертуар пищедобывательного поведения с признаками положительного эмоционального состояния. Этот пример иллюстрирует пластичность центральной нервной системы и возможность на фоне определенной доминанты переделывать оборонительные условные рефлексы в пищевые (далее мы увидим, что возможны и обратные превращения).
3.6.2. Условно-рефлекторное переключение 

Один и тот же условный раздражитель в зависимости от обстановки, на фоне которой он действует, может быть сигналом для проявления разных видов деятельности. По сути приведенные выше опыты с изменением сигнального значения электрического тока могут служить одним из примеров переключения. Дело в том, что в этих опытах пищевую реакцию вызывало болевое раздражение определенного участка кожи в определенной обстановке. Вне экспериментальной комнаты удары тока вызывали у собаки обычную оборонительную реакцию.

Для выработки условно-рефлекторного переключения обычно используют какой-либо световой или звуковой раздражитель, сигнальное значение которого меняется в зависимости от дополнительных обстоятельств. Например, один экспериментатор вырабатывает на стук метронома определенной частоты слюноотделительный условный рефлекс при пищевом подкреплении, другой, на этот же сигнал, — оборонительный, подкрепляемый электрокожным раздражением. Спустя несколько дней в опытах, проводимых первым экспериментатором, собака отвечает на удары метронома слюноотделением, а в проводимых вторым — отдергиванием лапы. «Переключателем» характера условного ответа может быть и время: на один и тот же раздражитель в утренние и вечерние часы можно выработать разнородные условные рефлексы. Условно-рефлекторное переключение может проявиться в пределах одной и той же деятельности. Если утром подкреплять удары метронома дачей пищи, а вечером не подкреплять, то этот раздражитель утром вызывает слюноотделение, вечером — тормозит его.

Молодой коккер Дон Кихот был в домашних условиях обучен своей юной владелицей выставочной стойке. Дон Кихот был выставлен сразу на престижной выставке за рубежом, и вел себя отвратительно. Так проявилось непредусмотренное владелицей обусловливание домашней обстановкой выученной выставочной позы. Опытные собаководы обычно обкатывают позирование на ринге на рядовых выставках, во время которых не столько выставляют собаку, сколько приучают ее к позированию в реальных условиях выставки.

Наблюдая поведение собак, мы на каждом шагу сталкиваемся с явлением переключения. Так, собака, прошедшая курс общей дрессировки, положительно реагирует на пищу, предлагаемую хозяином (слюноотделение, пищедобывательные движения, виляние хвостом), но отказывается брать ее у чужих людей, проявляя признаки отрицательного эмоционального состояния; на одну и ту же команду «вперед!» собака перед бумом, барьером и лестницей реагирует по-разному.

Большой интерес представляет так называемое диссоциированное поведение, которое также можно рассматривать как переключение. Эта форма обучения исследована при выработке условных рефлексов на фоне введения фармакологических веществ, изменяющих функциональное состояние центральной нервной системы. Можно, используя один и тот же раздражитель (свет, звук и др.), выработать, например, на фоне введения кофеина пищедобывательный условный рефлекс, а на фоне введения небольших доз стрихнина — оборонительный. В дальнейшем подобный раздражитель будет вызывать слюноотделение или отдергивание лапы в зависимости от того, какой фон создан предварительным введением одного из фармакологических препаратов.

Приведенные примеры сложных форм обучения хорошо объяснимы в рамках учения о доминанте. Состояние центральной нервной системы, определяемое обстановкой или внутренними факторами, является той основой, на которой строится целенаправленное поведение.
3.7. ФАКТОРЫ, СПОСОБСТВУЮЩИЕ И ПРЕПЯТСТВУЮЩИЕ ОБУЧЕНИЮ 
3.7.1. Ориентировочно-исследовательское поведение 

Выше уже обращалось внимание на сложности, возникающие при попытке провести четкую границу между врожденными и приобретенными в процессе жизни формами поведения. Эти сложности связаны с тем, что первые претерпевают в процессе жизнедеятельности существенные перестройки. Пластичность безусловно-рефлекторных реакций определяется разными факторами и прежде всего влиянием на развертывание генетической программы условий развития во внутриутробном периоде и на первых этапах жизни после рождения. От питания, получаемого щенной сукой, от состояния ее эндокринных органов, от падающих на нее внешних сигналов зависят особенности формирования многих составляющих организма щенка, в том числе развитие его центральной нервной системы, а следовательно, многие стороны поведения. Важную роль играют также условия среды, окружающей его после рождения. Таким образом, наследуемые реакции могут no-разному проявиться в зависимости от воздействий на организм на ранних этапах жизни.

Безусловно-рефлекторные реакции также могут существенно изменяться и в последующие возрастные периоды. Обучение может оказывать влияние на все стороны врожденной деятельности, например, на восприятие (условно-рефлекторное снижение порогов чувствительности рецепторов). Сразу после рождения наследуемые реакции начинают «обрастать» условными. Поэтому так трудно разделить наследуемые и вырабатываемые формы поведения. Очень ярко проявляется сочетание этих форм в ориентировочно-исследовательском поведении, одном из важнейших проявлений высшей нервной деятельности.

Ориентировочный рефлекс возникает при действии новых раздражителей. Внешне он проявляется в перенастройке внимания к ним и приостановке текущей деятельности. И.П. Павлов назвал этот механизм рефлексом «что такое?» и предложил выделять рефлекс «биологической осторожности» и собственно исследовательский рефлекс — движение животного к новому источнику раздражения для того, чтобы лучше понять и оценить его. Ориентировочный рефлекс Ю. Конорский обозначил как рефлекс «нацеливания», поскольку он способствует настройке органов чувств на оптимальное восприятие определенного стимула.

Ориентировочная реакция — неотъемлемая часть условно-рефлекторного поведения. Она повышает возбудимость корковых и подкорковых структур мозга, что необходимо для «замыкания» временной связи между индифферентным раздражителем и безусловным подкреплением при совпадении их во времени. Одно из свойств этой реакции — способность к угашению при многократном предъявлении раздражителя. При угашении этой реакции выработка условного рефлекса существенно затрудняется.

У щенков ориентировочная реакция проявляется сразу после рождения. С первых часов жизни они положительно или отрицательно отзываются на запаховые раздражители. С 10—15-го дня обобщенная форма ориентировочной реакции сменяется локальными движениями — поворотом головы в сторону раздражителя и последующими элементами его обследования. Вслед за обонятельным, вкусовым и тактильным анализаторами постепенно созревают другие органы чувств — слух и зрение. Ориентировочная реакция на звуковые раздражители появляется на 4—6-й день жизни, когда слуховые проходы еще закрыты, более определенной она становится на 15-й день. По отношению к световым раздражителям четкая ориентировочная реакция возникает в возрасте 15—18 дней. Постепенно она усложняется и к месячному возрасту достигает уровня, характерного для взрослой собаки.

Обычно мы обращаем внимание на двигательные проявления этой реакции. На самом деле она включает также соматические и вегетативные компоненты. При этом такие из них, как урежение, а затем учащение дыхательных движений, увеличение числа сердечных сокращений отражают подготовку организма к наилучшему осуществлению двигательной реакции. Подобный комплекс позволяет животному быстро оценивать изменения обстановки и правильно на них реагировать. Этим определяется важнейшая роль ориентировочной реакции как основы, обеспечивающей активное приспособление к постоянно меняющейся внешней среде.

В процессе развития ориентировочная реакция усложняется. С 1-го по 15—25-й день жизни щенка она связана преимущественно с пищевым поведением. Например, всякое прикосновение к щенку вызывает у него сосательные движения, чмоканье и перемещение к источнику раздражения. Для этого возрастного периода характерно состояние длительного возбуждения пищевого центра, поддерживаемое и подкрепляемое любыми раздражениями в соответствии с принципом доминанты. Пищевая доминанта, выражающаяся в появлении пищевой поисковой реакции в ответ на любое раздражение, имеет большое биологическое значение — она облегчает нахождение матери, акт сосания и в конечном счете обеспечивает выживание и нормальное развитие щенка.

Как уже было отмечено, в результате встречи новорожденного щенка с новыми раздражителями перестройка врожденного поведения начинается уже в первые часы жизни. Образуется функциональный комплекс, в котором врожденные и приобретенные компоненты тесно взаимодействуют. При этом ориентировочно-исследовательская реакция органично включается в ориентировочно-исследовательское поведение.
3.7.2. Пассивно-оборонительное поведение 

В процессе эволюции возникли разные формы поведения, каждая из которых имеет важное приспособительное значение. Одна из них — пассивно-оборонительное поведение или, как его называли в павловских лабораториях, «рефлекс биологической осторожности», самоохранительный механизм, заменяющийся по мере ознакомления с внешней средой исследовательским поведением. Он существенен для адаптации к действию незнакомых раздражителей и при умеренном проявлении не может быть отнесен к патологии. С ней, однако, граничит высокий уровень тормози-мости и развитие разлитого сонного торможения. В этих случаях трудно использовать животное для работ, требующих хорошей ориентировочной реакции и слабо выраженного пассивно-оборонительного поведения. Эти качества должны быть присущи собакам многих пород (овчаркам, эрдельтерьерам, доберманам, пойнтерам, сенбернарам и т.д.). Вместе с тем их проявление определяется не только генотипом, но и условиями воспитания. Особое внимание заслуживает оптимальный уход за щенком на ранних этапах жизни. Отрицательные воздействия могут не сразу сказаться на поведении животного, но проявиться по прошествии длительного времени. Так, у щенков, подвергавшихся в месячном возрасте стрессорным воздействиям, в шестимесячном резко проявляется пассивно-оборонительное поведение, замедляющее выработку пищедобывательного навыка. С помощью фармакологических воздействий можно исправить такое поведение.

В частности, в приведенном случае такая коррекция может быть внесена с помощью введения метамизила — вещества, снижающего содержание ацетилхолина в головном мозгу и тем самым уменьшающего страх. Этим путем удается снизить уровень пассивно-оборонительных реакций и значительно ускорить процесс обучения. Такого же эффекта можно добиться при использовании других препаратов, обладающих успокаивающим (транквилизирующим) действием.

Следует учитывать особенности реагирования животных на определенные стимулы в разные периоды развития. Слабовыраженные оборонительные реакции на резкие раздражители наблюдаются уже у новорожденных щенков (почувствовав запах нашатырного спирта или уксусной кислоты, щенок проявляет беспокойство, отворачивает голову, поскуливает). Такие реакции, вероятно, наблюдали многие заводчики, когда смазывали йодом или спиртом ранки щенкам. Особого внимания требуют щенки в возрасте 15—25 дней при изменении окраски ориентировочной реакции — к ней присоединяются элементы пассивно-оборонительного поведения, сопровождающегося дефекацией и мочеиспусканием. Такой тип ответа на неожиданные звуки, свет, запахи, вестибулярные и тактильные раздражения имеет место практически у всех щенков до 40—45-го дня жизни.

Биологическое значение включения в ориентировочно-исследовательское поведение элементов пассивно-оборонительного огромно. К концу первого месяца жизни щенка у него расширяется ареал жизнедеятельности. Мы редко задумываемся о том, сколь много опасностей поджидает щенка в самой обычной обстановке, если бы его поступки были полностью случайны. Если раньше щенок находился под защитой матери, то теперь сталкивается с новыми раздражителями, правильный и быстрый ответ на которые еще затруднен из-за несовершенства органов чувств и двигательной системы, а также отсутствия достаточного жизненного опыта. Благодаря наличию пассивно-оборонительного поведения щенок избегает многих опасностей. Так, во время прогулок при внезапном гудке машины, свете фар, крике птицы, резком хлопке щенок обычно прекращает движение и прижимается к земле или ноге хозяина. Такое поведение является нормальным и не требует фармакологической коррекции. Не следует путать щенячью робость с трусостью. В этом периоде развития нужно терпеливо относиться к щенку, не пугать его окриком, не дергать поводок, подбодрить щенка лаской.

Дальнейшее развитие пассивно-оборонительного поведения во многом зависит от условий воспитания щенка. Его уровень существенно снижается в «обогащенной» внешней среде (общение со сверстниками, знакомство с новыми предметами, явлениями и т.д.). При отсутствии достаточных раздражителей (в изоляции) пассивно-оборонительный рефлекс упрочивается и может сохраниться в течение всей жизни.

С 40—45-го дня до 3—4 месяцев (критический период, названный американским ученым Дж. Скоттом периодом «социализации») исследовательское поведение достигает максимума. При правильном воспитании в это время мало проявляются элементы пассивно-оборонительного поведения. Однако при чрезмерной нагрузке, при необходимости решать сложные задачи может наступить срыв — щенок отказывается работать, скулит, лает, засыпает во время тренировки.

Пассивно-оборонительное поведение у щенков в возрасте 15—45 дней более примитивно, чем у 3—4-месячных. У последних оно проявляется на фоне сложных аналитико-синтетических процессов в центральной нервной системе, связанных с рассудочной деятельностью. Эти животные очень ранимы, они хорошо решают сложные задачи, но при этом легко невротизируются. В этом возрасте формируются типологические особенности нервной системы, поэтому пассивно-оборонительное поведение начинает носить выраженный индивидуальный характер. На каком-то этапе щенок замечает, что его угрозы лаем, рычанием, наконец, атакой хорошо защищают в конфликтных ситуациях. Так пассивно-оборонительная реакция постепенно сменяется активно-оборонительной, характерной для собак многих пород, особенно служебных.

Интересно отличие способа становления активно-оборонительной реакции у собак разных пород. Так, щенка восточно-европейской овчарки робость заставляет опасаться всего и вся. Он жмется к защитнику-хозяину и готов облаять весь белый свет. Став старше и крупнее, он действительно может напугать чужого. Вырабатывается условная реакция, связывающая его атаки с безопасностью. Вырастает смелый, атакующий защитник хозяина.

Совсем иначе проходит становление злобы у ротвейлера или черного терьера. Щенки этих пород менее робки, рано обретают чувство безопасности в окружающем мире. Часто проходит достаточно много времени и требуется существенная провокация, чтобы хозяин убедился в том, что это кажущееся добродушие — самоуверенность сильного, опасного для врагов защитника.

Для правильного развития оборонительного поведения щенка в возрасте 3—4 месяцев необходимо следить за соблюдением режима, оберегать его от перегрузок, а в случае необходимости использовать бромиды, валериану, корвалол, девикан и другие успокаивающие средства.
3.8. МОТИВАЦИИ 

Сложные формы поведения направлены на достижение определенных результатов, что связано с удовлетворением различных потребностей. Стремление к удовлетворению этих потребностей обозначают как влечения, побуждения, или мотивации. Описаны мотивации голода, жажды, страха, агрессии, половые, заботы о потомстве, взаимодействия с другими особями и многие другие.

Мотивация — это состояние центральной нервной системы, лежащее в основе целенаправленных поведенческих актов. Наличие потребности не сказывается немедленно на векторе поведения. Для этого требуется ее трансформация в мотивацию, т.е. возникновение в центральной нервной системе соответствующего очага возбуждения. В формирование мотивации на основе потребности вносит вклад принцип доминанты — пес может быть очень голоден, но наличие угрозы со стороны противника или присутствие течкующей суки затормозит движение в сторону пищевого объекта.

Механизм мотивации удобно и далее рассматривать на примере пищевого поведения. Несмотря на внешнюю простоту удовлетворения потребности организма в питательных веществах, лежащие в основе мотивации голода физиологические процессы чрезвычайно сложны. В регуляции потребления пищи участвуют многие отделы центральной нервной системы, расположенные на разных ее уровнях. Это функциональное объединение И.П. Павлов назвал «пищевым центром».

Несколько подцентров, ответственных за пищевую мотивацию, расположено в подбугорье (гипоталамусе). У накормленных животных электрическая стимуляция боковых отделов этой области растормаживает акт еды; после их повреждения побуждение к приему пищи полностью исчезает. Стимуляция срединных ядер гипоталамуса тормозит потребление пищи, а их разрушение приводит к прожорливости и ожирению. Подобные явления наблюдаются при инфекционных процессах или опухолях, затрагивающих эти участки мозга.

Гипоталамус имеет обширные нервные связи со многими отделами головного мозга. Процесс возбуждения от мотивационных центров гипоталамуса распространяется на эти отделы, благодаря чему вначале возникает ориентировочно- исследовательская реакция, а затем и целенаправленное поведение. Восходящая волна возбуждения от гипоталамических отделов пищевого центра изменяет функциональное состояние системы, управляющей всеми этапами пищевого поведения: поиском, обследованием и поглощением пищи. Нисходящие активирующие нервные импульсы подготавливают внутренние органы к ее приему и переработке.

Одомашненные собаки не нуждаются в добывании пищи, как их дикие предки — волки. У последних пищевая мотивация обычно перемежается с мотивацией агрессии, которая может доминировать при длительном преследовании и умерщвлении жертвы. Поэтому у диких хищников направленность поведения, связанного с добыванием пищи, определяется вовлечением центров агрессии. У собак элементы агрессии проявляются чаще изолированно, не будучи связанными с пищевой активностью.

Роль условных рефлексов в формировании пищевой мотивации чрезвычайно велика, но их действие проявляется лишь при определенном состоянии организма. Так, сытая собака не ответит на условный сигнал слюноотделением и у нее трудно вырабатывать навыки при пищевом подкреплении.

Известно, что в нормальных условиях аппетит отражает потребности организма в энергетических и пластических (строительных) материалах. Каким же образом пищевой центр узнает об этих потребностях? Что определяет формирование состояний голода и сытости?

Установлено наличие в головном мозгу, и прежде всего в гипоталамусе, рецепторов, воспринимающих уровень питательных веществ во внутренней среде организма. Для состояний голода и сытости характерны изменения состава крови (содержания в ней глюкозы, аминокислот, жирных кислот), которые улавливаются центральными рецепторами. В соответствии с этим изменяется поток нервных импульсов ко многим центрам головного мозга, контролирующим пищевую мотивацию. Особую роль в ее усилении или подавлении играет сигнализация, поступающая от рецепторов желудка. Не заполненный пищей желудок через определенные интервалы времени начинает сокращаться. Период двигательной активности сменяется периодом покоя. На фоне сокращений желудка голодное побуждение резко усиливается, и у животных активизируется поиск пищи. После приема пищи механорецепторы растянутых стенок желудка посылают сигналы, тормозящие пищевую мотивацию.

На пищевой центр и его рецепторы влияют многие биологически активные вещества, в том числе и различные гормоны — инсулин, глюкагон, гормоны гипофиза, пептидные гормоны двенадцатиперстной кишки, половые гормоны и др.

Таким образом, пищевая мотивация находится под контролем многих гуморальных и нервных стимулов. Ее усиление или торможение определяется не только потребностью организма в пищевых веществах, но и рядом внешних и внутренних условий.

Получен большой материал по фармакологическим влияниям на аппетит. Установлено, что введение опиоидов, норадреналина, ГАМК, инсулина, соматотропина (гормона роста), полипептида поджелудочной железы, мужских половых гормонов (андрогенов) стимулирует аппетит и соответственно увеличивает потребление пищи. Противоположное влияние оказывают адреналин, серотонин, холецистокинин, бомбезин, тиролиберин, кальцитонин, кортиколиберин, соматостатин, нейротензин, женские половые гормоны (эстрогены).

Механизм действия многих из этих веществ на формирование пищевой мотивации изучен недостаточно. Исправление нарушений аппетита должно начинаться с выявления причины болезни. Часто такая причина вполне устранима обычными мерами — улучшением пищевого рациона (восстановление его сбалансированности, обогащение витаминами), правильным режимом, лечением сопутствующих болезней. Подбор медикаментозного средства исправления аппетита должен осуществляться врачом, а применение фармакологических препаратов для изменения нормального аппетита в целях воздействия на телосложение животного крайне опасно по последствиям.

Рассмотрение особенностей формирования пищевой мотивации было бы неполным без привлечения внимания кинологов и собаководов к проблеме специализированных аппетитов.

Теории, объясняющие механизмы регуляции голода и сытости, основаны на представлении о роли поддержания энергетического баланса в регуляции пищевой мотивации. Хотя оно во многом правильно, нельзя не признать, что очень часто доминирует специализированная реакция, направленная на поиск и потребление определенных пищевых веществ, причем вектор поведения зависит от преимущественной потребности в них организма в данных условиях. В соответствии с этим принято выделять белковый, углеводный, жировой и прочие аппетиты. Особое внимание уделяется солевому аппетиту. Описаны также избирательные пищевые предпочтения, связанные с потребностью в тех или других витаминах. В ряде случаев выбор и потребление каких-либо веществ не связаны ни с энергетическими, ни с пластическими потребностями организма. Так, собака, страдающая от глистов, начинает есть чернобыльник. Это — пример инстинктивной защитной реакции, закрепившейся в процессе эволюции вида.

Механизмы регуляции специализированных аппетитов чрезвычайно сложны, здесь тесно переплетаются врожденные и приобретенные факторы. До сих пор неясно, какие предпочтения передаются по наследству, а какие вырабатываются в процессе жизни. Очевидно, приведенный пример с поеданием собаками чернобыльника иллюстрирует первый тип предпочтений, но в отношении других реакций пищевого выбора такая ясность отсутствует. Раньше считали, что солевой (натриевый) аппетит является врожденным. В настоящее время это положение ставится под сомнение. Во всяком случае предпочтение соленой пище во многом зависит от обучения. По-видимому, даже в тех случаях, когда специализированный аппетит определяется присущим данному биологическому виду типом питания, он может подвергнуться существенным перестройкам в соответствии с состоянием организма и условиями внешней среды.

Приведем следующий пример. Если собаку кормить из миски, в которой она ранее получала пресную пищу, то она станет есть предлагаемую в этой миске очень соленую пищу, которая отвергается, будучи предложенной в другой посуде. Бесспорно врожденной реакцией является снижение потребления соленой пищи при раздражении хеморецепторов желудка и кишечника. Однако такая реакция может проявиться и условно-рефлекторно в ответ на растяжение стенок желудка.

Специализированный выбор пищи в значительной степени определяется сформированными стереотипами питания. Большое значение имеют подражание родителям и предпочтение пищи, которую животные получали в период перехода от молочного питания к самостоятельному. Следует заметить, что не всегда пищевые предпочтения полностью адекватны потребностям организма в питательных веществах — они могут отражать другие интересы организма (защиту от отравления, эмоциональное поощрение, исследование, транспортировка запаса и др.). В основе пищевой мотивации может лежать наркоманическая или лекарственная зависимость, чем часто пользуются при дрессировке собак для розыска наркотиков.

Для пищевого поведения животных характерна реакция, предупреждающая неблагоприятное воздействие пищи на организм, — неофобия. Она проявляется в осторожности, с которой животное относится к незнакомым пищевым объектам, даже если они обладают привлекательным запахом и вкусом. Вначале эта пища потребляется в небольших количествах, и если она не вызывает отрицательного действия, неофобия постепенно тормозится.

Выраженность неофобии неравномерно распределена между разными животными популяции. В природе, как правило, большая часть популяции является «консерваторами», отличающимися выраженной неофобией, а меньшая — «разведчиками» с ослабленной неофобией. Домашним животным забота человека позволяет в значительной мере избежать вреда от недостаточной консервативности. Поэтому, например, довольно многие молодые собаки могут поедать совершенно неожиданные «продукты» при первом же знакомстве с ними. Боксер Принц в молодости съел (всегда при первом же соприкосновении с предметом) телефонный справочник, пачку сигарет, 400 рублей, набор пастельных красок, гексахлорановый карандаш, чудесную камею и многое другое!

Особый интерес представляют реакции, называемые условно-рефлекторным отверганием (аверсией). Они проявляются в отказе от пищи, потребление которой вызвало болезненное состояние. Очень часто аверсии возникают к вполне доброкачественной пище, прием которой случайно совпал с каким-либо заболеванием. Формирующееся при этом отвращение к данной пище может сохраняться очень долго.

Для условно-рефлекторных вкусовых аверсии характерны следующие особенности. Они вырабатываются при однократном сочетании потребления определенной пищи с болезненным состоянием (часто с расстройством пищеварения). В отличие от условных рефлексов, вырабатываемых на звук, свет и другие раздражители, вкусовые аверсии формируются даже в тех случаях, когда между действием условного сигнала (новый вкус) и безусловным подкреплением (болезненное состояние) проходит несколько часов. Важно отметить, что у самцов длительность сохранения аверсии значительно больше, чем у самок.

Вкусовые аверсии начинают вырабатываться с первых часов жизни щенка. Вместе с тем на отдельных этапах его развития характер выработки и угашения аверсии существенно разнится, что определяется многими факторами и, в частности, степенью зрелости некоторых отделов мозга.

Интересно следующее обстоятельство. Казалось бы, при выработке и сохранении аверсии имеет значение только соотношение вкуса данной пищи и совпавшего с ней болезненного состояния. В действительности же аверсия еще зависит и от окружающей обстановки. Она гораздо быстрее угашается в помещениях, где собака содержится постоянно, чем в незнакомой обстановке. По-видимому, в первом случае пищевая доминанта оказывает тормозное действие на оборонительную. Следовательно, при отказе собаки от определенной пищи эту реакцию можно снизить кормлением в обычной для животного обстановке (а в поездку нужно брать нравящуюся собаке еду).

Проблема вкусовых аверсии важна не только для разработки пищевых рационов, обеспечивающих оптимальное проявление высшей нервной деятельности и соответственно служебные качества собаки. О возможном формировании аверсии к определенному виду пищи или анорексии — сниженного аппетита — нужно помнить при ознакомлении животного с новым видом корма и введении в организм различных фармакологических препаратов. Многие лекарства наряду с целительным эффектом приводят к дискомфорту, болезненному состоянию, которое ассоциируется с приемом пищи. Возникающий впоследствии отказ от пищи может быть принят за нарушение обмена веществ и регуляции аппетита. В действительности же здесь проявляется типичная условно-рефлекторная аверсия, после угашения которой пищевое поведение полностью восстанавливается. Такова, вероятно, природа многих извращений аппетита комнатных собачек — в период ознакомления щенка с разными кормами его усиленно «пичкают» различными лекарствами, не согласуя с этим режим кормления, а затем удивляются тому, что выросшая собака не ест мясо, кашу, суп и др. Для того чтобы избежать извращений аппетита нужно учитывать то, что аверсия тем слабее, чем больше времени прошло между действием условного сигнала (вкуса) и отрицательным подкреплением (лекарственной интоксикацией). Целесообразно максимально увеличивать интервалы между последним кормлением и дачей лекарства.

На примере формирования пищевой мотивации мы рассмотрели некоторые стороны удовлетворения биологических потребностей организма, но не коснулись одной из главных проблем физиологии высшей нервной деятельности — выяснения механизмов подкрепления. Поэтому необходимо перейти к описанию эмоций, без которых невозможно осуществление целенаправленного поведения.
3.9. ЭМОЦИИ 

Биологические потребности, трансформирующиеся в мотивации, могут быть удовлетворены лишь в случае, когда последним сопутствует переживание удовольствия или неудовольствия. Мотивации и эмоции столь тесно связаны, что принято говорить о мотивационно-эмоциональных реакциях. Казалось бы, их нельзя разделить, однако экспериментально установлено, что можно исследовать их изолированно, поскольку они связаны с разными морфофункциональными системами. Такая возможность появилась лишь недавно в связи с успехами нейрофизиологии.

В прошлом о мотивационно-эмоциональной сфере животного судили по его поведению. В обыденной жизни человек издавна привык оценивать. переживания животного по мимике, позе, определенным двигательным и голосовым реакциям. Невольно такие проявления поведения сопоставлялись с собственными переживаниями. Ч.Дарвин оставил в стороне анализ субъективного аспекта эмоций. Показав, что мимико-жестикуляционные реакции являются компонентами агрессивного, оборонительного и других форм поведения, он оценивал их как сформировавшиеся в процессе естественного отбора приспособительные механизмы.

Открытие эмоциогенных центров положило начало новой эпохе в изучении внутреннего мира животных. Оказалось, что раздражая отдельные структуры мозга погруженными в них электродами, можно вызвать положительные или отрицательные реакции. Если кончик электрода находится в «зоне награды», у животного вырабатывается инструментальный условный рефлекс: оно начинает самостоятельно нажимать на педаль, включающую раздражающий ток. При попадании кончика электрода в «зону наказания», животное при включении тока отскакивает от педали и в дальнейшем к ней не приближается. Оказалось, что побуждение к самораздражению «зоны награды» бывает сильнее, чем голод, и животные могут часами ее стимулировать, забывая о еде. В процессе самораздражения они могут выбирать силу тока и ритм нажатий на педаль, обеспечивающие наиболее высокий уровень положительного подкрепления.

Состояние «зон награды», связанных с формированием положительного эмоционального состояния, зависит от баланса биологически активных веществ в центральной нервной системе (дофамина, норадреналина, серотонина, опиоидов и др.). Введение в организм препаратов, изменяющих этот баланс, может существенно сказаться на эмоциональной сфере, что следует учитывать при желании фармакологически активизировать поведение собаки.

Выше были приведены сведения о роли биологически активных веществ в сохранении и извлечении памятного следа. По-видимому, процессы, лежащие в основе памяти, в значительной степени зависят от эмоций, на фоне которых происходит обучение, а следовательно, многие фармакологические препараты, используемые для улучшения обучения, действуют на память опосредовано, изменяя состояние эмоциогенных систем мозга. Именно этим можно объяснить разнонаправленное влияние катехоламинов и серотонина на обучение при эмоционально-положительном и эмоционально-отрицательном подкреплениях.

Весьма важно, что, как показали эксперименты, низкий и высокий уровни эмоционального напряжения отрицательно сказываются на обучении и сохранении навыка. Наиболее благоприятен средний его уровень, обеспечивающий умеренную активацию мозга. На таком фоне эмоции оказывают благоприятное влияние на состояние внутренних органов, на сенсорные процессы (зрение, слух, обоняние и др.). При определении желательного уровня нагрузки на животное должны быть учтены его возраст и индивидуальные особенности. Определенный гормональный фон и содержание активных веществ во внутренней среде организма оказывают на эмоциональное состояние существенное влияние.
3.10. НАРУШЕНИЯ ВЫСШЕЙ НЕРВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 

Сочетание нейрохирургических вмешательств в определенные отделы мозга и условно-рефлекторного метода привело к пониманию многих сторон высшей нервной деятельности. Анализ ее нарушений расширил представления о работе мозга в норме и при патологии. Хотя указанные вмешательства вызывают необратимые изменения, наличие компенсаторных процессов в некоторых случаях смягчает проявления патологии поведения. Вносить коррекцию в поведение животного позволяет психофармакология. В рамках настоящей книги имеет смысл рассмотреть лишь временные нарушения высшей нервной деятельности (даже если они длительны) и возможности их устранения.

Под действием стресса у животного могут развиться длительные отклонения от нормы как в поведении, так и в вегетативной сфере. Они относятся к категории неврозов и выражаются в нарушении ориентировочно-исследовательского рефлекса, в неадекватных реакциях на сигналы из внешней среды, в дефектах памяти, в плохой обучаемости, нестабильном проявлении навыков, недостаточной пространственной ориентации, эмоциональных сдвигах, а также в патологических изменениях со стороны сердечно-сосудистой, пищеварительной, эндокринной и других систем организма.

Понятие «экспериментальный невроз» ввел И.П. Павлов на основании анализа поведения собак во время наводнения. В дальнейшем было показано, что невротическое состояние у собак можно вызвать при лишении их сна, при частой перемене стереотипов условных рефлексов, при использовании сверхсильных раздражителей, при столкновении противоположных по знаку мотиваций (например, пищевой и оборонительной). Одним из основных проявлений невроза является нарушение закона силы, т.е. несоответствие величины ответной реакции интенсивности раздражения.

В экспериментах с дифференцированием сложных комплексов условных рефлексов, с переделкой устойчивых стереотипов, со сшибкой пищевой и оборонительной мотиваций было показано, что в развитии невротического состояния важную роль играет перенапряжение подвижности нервных процессов. Используя чрезвычайно сильные раздражители, требуя от животного решения трудной задачи, можно вызвать у него неадекватные реакции страха (фобии), циркуляторное нарушение условно-рефлекторной деятельности, явления взрывчатости процесса возбуждения, патологической инертности нервных процессов с навязчивыми движениями. Многие отклонения от нормального поведения определяются обстановкой, в которой собака встретилась с экстремальными раздражителями.

Существенное значение для развития невроза имеет тип нервной деятельности, свойственный данной особи. И.П. Павлов выделил следующие типы. Слабый — с чрезмерной тормозимостью и низким пределом работоспособности корковых клеток, склонностью к пассивно-оборонительным реакциям. Неуравновешенный — с преобладанием процессов возбуждения, агрессивностью. Живой (подвижный) — с большой подвижностью, уравновешенностью и достаточной силой нервных процессов. Спокойный (инертный) — с малой подвижностью нервных процессов при достаточной их силе и уравновешенности. Эта схема условна, поскольку среди животных имеется много представителей смешанных типов.

Типологические особенности высшей нервной деятельности определяются не только наследственностью, но и условиями внешней среды. При систематической работе с собакой можно добиться улучшения ее типологических качеств. Кроме того, большое значение имеет характер среды, окружающей щенка. В обогащенной среде и при возможности вести по выходе из «гнезда» относительно свободный образ жизни чаще проявляются признаки сильных типов. При содержании щенков в клетках у них могут преобладать свойства слабого типа, хотя генетически эти щенки относились к сильному типу. Воспитание может восстановить исходные типологические характеристики животного, испорченные неправильным выращиванием в начале жизни.

Обнаружено патологическое развитие высшей нервной деятельности у щенков, которые воспитывались с 1-го по 7—10-й месяц жизни в относительной изоляции. У них нарушалось ориентировочно-исследовательское поведение, наблюдалась диффузная реакция на новые объекты, повышенная двигательная активность сочеталась с высоким уровнем страха, они плохо обучались.

У взрослых собак, развитие которых проходило в нормальных условиях, подверженность невротизации определяется в основном наследственными факторами. У животных, относящихся к слабому типу, она возникает легко, к сильному — трудно. В последнем случае срыв высшей нервной деятельности возможен лишь в крайне тяжелых и длительно воспроизводящихся ситуациях. На фоне общего заболевания или при ослабленном функциональном состоянии нервной системы невроз развивается легче. Навязчивое проявление страха описано после введения препаратов, оказывающих тормозное действие на центральную нервную систему.

В жизни щенка имеются периоды повышенной чувствительности к трудным ситуациям. Так, в 3—4 месяца щенки успешно решают задачу двустороннего выбора, но вследствие перенапряжения нервной системы у них часто проявляются невротические реакции. Следует поэтому обеспечивать развивающимся животным щадящие условия, особенно тщательно оберегать их от стрессорных воздействий.

В любом возрасте важно следить за состоянием животного, давать ему отдых и вводить трудные элементы при обучении постепенно. Известно, что при действии сверхсильных раздражителей, при грубом обращении с собакой, непродуманном принуждении у нее появляется отрицательное отношение к дрессировщику и к обстановке, в которой проходят занятия. Может развиться состояние, близкое к невротическому («предневроз»), а в ряде случаев и выраженный невроз с преобладанием вялости или возбуждения, неадекватным реагированием на команды и др.

На заре изучения экспериментальных неврозов основное внимание уделялось процессам в коре больших полушарий. В последнее десятилетие было обращено внимание также на роль подкорковых структур в развитии патологии высшей нервной деятельности. Оказалось, что многие проявления невроза и предневроза определяются изменениями в работе этих структур. Поскольку гипоталамус тесно связан с регуляцией не только мотивационных процессов, но и вегетативных реакций, нарушение его деятельности часто сопровождается одышкой, сердцебиением, появлением трофических язв, патологическими изменениями деятельности пищеварительной системы. В свою очередь эти сдвиги могут сказаться на состоянии центральной нервной системы и поведении. Существенную роль в этом играет снижение пищевой мотивации, ведущее к проявлениюряда соматических (телесных) расстройств и трудностям при обучении, связанном с пищевым подкреплением.

Реактивность центральной нервной системы зависит от состояния эндокринных органов и прежде всего от фаз полового цикла. Так, на фоне развивающейся течки у суки условно-рефлекторная деятельность вначале активизируется, а затем угнетается. У самцов при сильном половом возбуждении тормозится пищевое и оборонительное поведение, могут проявиться гипнотические фазы, резко нарушается выработка условных рефлексов. Такое доминирование половой активности нельзя отнести к проявлениям невротизации, но на этом фоне она может возникнуть легче, чем в обычных условиях. Колебания возбудимости нейронов головного мозга, неустойчивость положительных и растормаживание тормозных условных рефлексов имеют место во время щенности. В ее второй и частично в третьей фазах стресс-устойчивость повышена, причем ранее проявлявшиеся невротические симптомы становятся в это время менее выраженными.

Имеется много данных об изменениях высшей нервной деятельности при гипо- или гиперфункции половых, щитовидной, паращитовидной желез, гипофиза и надпочечников. Инъекции гормонов этих желез сказываются на выработке и сохранении условных рефлексов. Так, длительное введение адренокортикотропного гормона гипофиза или гормона коркового слоя надпочечников — кортизона вызывает невротическое состояние с преобладанием хаотического поведения. Подобные отклонения, обусловленные нарушением внутреннего торможения, могут сохраняться в течение нескольких месяцев после прекращения гормонального воздействия.

Характер влияний различных гормонов и других биологически активных веществ на поведение определяется многими факторами, в частности, их дозировкой и типологическими особенностями животного. Небольшие дозы могут стимулировать выработку и реализацию условных рефлексов, большие могут вызвать срыв нервной деятельности с проявлениями двигательного возбуждения.

Лечение неврозов и купирование предневротического состояния связаны с серьезными трудностями. При первых неблагоприятных симптомах необходимо снижать нагрузку, прекращать дрессировку. Значительный прогресс в лечении неврозов достигнут благодаря успехам психофармакологии. При срывах высшей нервной деятельности традиционно используют сочетание препаратов брома и кофеина. Бромиды усиливают тормозный процесс и тем самым нормализуют баланс возбуждения и торможения в мозгу. Имеются данные, что при этом происходят некоторые структурные перестройки в нервной системе, поэтому чрезвычайно важно следить за правильным выбором дозировок этого препарата. Дозы бромидов, используемые при лечении неврозов у собак слабого типа нервной системы, должны быть минимальны. Невысокие дозы следует применять и у невротизированных животных сильного типа с относительной слабостью тормозного процесса и преобладанием возбуждения. У животных сильного типа с уравновешенными нервными процессами даже большие дозы бромидов могут не оказать влияния на условно-рефлекторную деятельность. Такие дозы обычно применяют при значительном возбуждении, слабые — при гипнотических фазовых состояниях. Действие различных солей бромидов одинаково, но аммониевая соль всасывается быстрее и поэтому более эффективна, чем бромиды калия и натрия. При передозировке наблюдается иррадиация тормозного процесса и ухудшение обучения. Длительное введение этих препаратов в больших дозах вызывает отравление (бромизм), более выраженное у собак слабого типа.

Кофеин, включаемый в комплекс лечебных мер при неврозах, усиливает возбуждение и тем самым благотворно влияет на процессы торможения. У собак слабого типа и у возбудимых животных сильного типа передозировка кофеина может сопровождаться истощением корковых клеток, развитием запредельного торможения, проявлением гипнотических фаз. Использование кофеина как отдельно, так и в сочетании с бромидами должно быть основано на тщательном выборе доз.

Исследованы нейрохимические сдвиги, характерные для невротических состояний. Оказалось, что в результате сшибки содержание ацетилхолина в крови снижается, а при восстановлении условно-рефлекторной деятельности нормализуется. Содержание катехоламинов при развитии невроза увеличивается, причем у собак с выраженным двигательным возбуждением повышается уровень норадреналина, а у собак с признаками заторможенности — адреналина. В соответствии с этим при лечении неврозов следует подбирать препараты, введение которых восстанавливает баланс адренергических и холинергических систем мозга.

Успокаивающее и нормализующее влияние на поведение оказывают нейролептики. Хорошие результаты при лечении неврозов получены при использовании аминазина, снижающего общий уровень активности центральной нервной системы. Он устраняет явления застойного торможения, боязнь открытого пространства, цикличность в поведении, снижает уровень пассивно-оборонительных реакций, стимулирует аппетит (при отказе от пищи), купирует вегетативные нарушения. Если невротические симптомы менее выражены, можно использовать препараты того же ряда, обладающие более мягким эффектом — пропазин, трифтазин, триоксазин и другие.

К группе малых транквилизаторов относятся мепробамат, хлордиазе-поксид, диазепам, феназепам. Они оказывают благоприятное действие на реализацию уже выработанных условных рефлексов у собак, поставленных в конфликтную ситуацию (например, сшибка пищевой и оборонительной мотиваций). Все транквилизаторы ослабляют эмоциональное напряжение типа страха-тревоги. Депрессивные животные становятся активнее, инициативнее, восстанавливаются их отношения с другими собаками. Устранение страха может приводить к тому, что под действием успокаивающих лекарств у собак учащаются агрессивные реакции, что важно для сторожевой и защитно-караульной служб. При этом могут возникнуть притязания на лидирующее положение в группе. Передозировки транквилизаторов могут затруднить выработку новых навыков (ухудшается запоминание), а также вызвать ряд нежелательных сдвигов в формировании и реализации поведенческих актов. Миорелаксантный эффект транквилизаторов может снижать силу и точность движений собаки. От этого недостатка свободны дневные транквилизаторы, например гидазепам.

При лечении неврозов используют амизил и метамизил (холинолити-ки), которые снижают уровень страха, купируют депрессивное состояние и улучшают выработку условных рефлексов. Передозировка этих препаратов приводит к серьезной интоксикации.

Эффективность действия транквилизаторов наиболее полно проявляется в стадии предневроза. Они исправляют эмоциональное поведение, улучшают выработку навыков, устраняют вегетативные нарушения. Однако в стадии развернутого невроза их действие может быть кратковременным и сменяться ухудшениями показателей высшей нервной деятельности. В лабораторных условиях использовали сочетание транквилизаторов с психостимуляторами и антидепрессантами, что в ряде случаев давало хорошие результаты. Мы предостерегаем, однако, собаководов от самостоятельного назначения этих препаратов. Их выбор и дозировка могут быть определены только специалистом, который в своих решениях будет руководствоваться многими критериями.
3.11. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

Решение проблем высшей нервной деятельности успешно развивается и, надо полагать, мы еще будем свидетелями новых открытий в этой достаточно сложной области. Несомненно, каждое новое достижение в понимании мотивационно-эмоциональной сферы и поведения животных, в том числе, разумеется, и собак, имеет первостепенное прикладное значение. Благодаря успехам физиологии, биохимии и фармакологии удается внести существенную коррекцию в развитие животных, используемых человеком для разнообразных служебных целей. Поставленный на научную основу поиск адекватных воздействий на организм животного в разные возрастные периоды позволяет улучшить его фенотип. Здесь можно привести в качестве примера использование обогащенной внешней среды, помещение в которую щенка способствует созреванию мозга и соответственно оптимизирует поведение на последующих этапах жизни. Заслуживают внимания также успехи в области науки о питании и пищеварении, благодаря которым разработаны оптимальные пищевые рационы.

Особо следует остановиться на проблеме фармакологических воздействий на организм животного с целью улучшить его экстерьер и служебные качества. В лабораторных условиях показано, что с помощью гормонов и психофармакологических препаратов можно добиться феноменальных результатов. Здесь, однако, нас поджидают многие неожиданности. Подстегивание здорового организма психостимуляторами (кофеин, сиднокарб и др.) приводит к кратковременному успеху, но кладет начало дисбалансу, часто трудно купируемому на протяжении многих месяцев и даже лет.

Другое дело — коррекция нарушений высшей нервной деятельности. Благодаря развитию психофармакологии появилась возможность нормализовать нарушенное поведение. С помощью аминазина удается укротить самое свирепое животное, малые транквилизаторы прочно вошли в арсенал средств для борьбы с невротическими реакциями. Но нельзя забывать о сугубо индивидуальной чувствительности собак к действию этих препаратов. Неразумное их применение может принести больше вреда, чем пользы. Болезни, вызываемые передозированием веществ, влияющих на состояние центральной нервной системы, нередко оказываются намного тяжелее недугов, на ликвидацию которых было направлено лечение. Поэтому во всех случаях, связанных с необходимостью коррекции высшей нервной деятельности, необходима консультация специалиста, обладающего глубоким пониманием внутренних механизмов, обеспечивающих поведение.
3.12. Заметки редактора о применении психотропных средств в собаководстве 

Глава, посвященная управлению поведением, написана одним из лучших, специалистов в области физиологии высшей нервной деятельности. Как видит читатель, позиция автора в отношении применения фармакологических средств для искусственного регулирования поведения собак не только строго научна, но и гуманна.

Автор осторожно относится к применению лекарств для коррекции поведения животных как по причине недостаточности современных знаний для целенаправленного влияния на индивидуальную психику, так и по причинам гуманного характера (опасения перед инвалидизацией животного). Профессор В.Г. Кассиль полагает, что глубокого знания физиологии поведения в большинстве случаев вполне достаточно для того, чтобы обходиться без пока еще несовершенных фармакологических средств. Действительно, как это наглядно показано в главе, умело пользуясь физиологическими приемами и знаниями, можно весьма эффективно, не хуже многих лекарств, влиять на поведение животного. Я не знаю, например, лекарства, которое бы лучше повышало чуткость, внимание, ориентировочную реакцию собаки, чем легкое чувство голода, или же действовало успокаивающим образом лучше, чем сытость.

По большому счету физиолог всегда смотрит на проблему регуляции функций организма глубже и основательней, чем практик и врач. Уязвимость позиции негативного отношения к использованию психотропных средств в собаководстве, по-видимому, лишь в том, что при почти тех же аргументах медицина все же использует их (психотропные препараты сегодня в числе наиболее часто употребляемых — объем продажи психотропных средств в развитых странах к 1990 году приблизился к 10 млрд долларов). Кроме того, реальность такова, что часть собаководов уже использует психотропные средства, а это порождает неравенство возможностей и необходимость знаний фармакологии психотропных препаратов для организации контроля их применения. Вряд ли также подлежит осуждению использование психотропной обработки собак при их эксплуатации. Рабочий питомник, собаки которого должны интенсивно служить, не может отказаться от возможности ускорить обучение, снять стресс, повысить чувствительность собак, даже если некоторые из них быстрее выйдут из строя. Подлежит лишь осуждению безграмотное использование возможностей современной психофармакологии.

Следует признать также, что селекционные достижения в собаководстве привели ряд пород (или линий в породах) фактически к закреплению психопатологии в генотипе значительной группы животных. Действительно, питбультерьеры, за которыми пресса прочно закрепила эпитет «собак-убийц», разнятся от большинства пород не столько экстерьерными особенностями, сколько психикой (безудержной злобой, нечувствительностью к боли, упрямством и т.д.). Это можно считать наследственным психическим заболеванием, а не вариантом здорового естественного поведения. Для человека, по тем или иным причинам ставшего владельцем питбуля, применение психотропных средств может оказаться необходимым и единственным гуманным методом контроля поведения его собаки. Использование антидепрессантов может стать выходом из трудного положения для многих владельцев декоративных комнатных собак с ранимой психикой. По-видимому, не случаен успех книги P. Neville «Do Dogs Need Shrinks?», 1992 г. («Нуждаются ли собаки в психиатре?»), ставшей бестселлером в последние годы. Эта книга и глава, написанная В.Г. Кассилем, во многом разные. На мой взгляд, глава глубже и точнее книги Петера Невиля. Конечно, это отражает не только различие в подходах авторов, но и различие проблем, стоящих перед отечественными и зарубежными читателями-собаководами. Но труды П. Невиля и В.Г. Кассиля роднит гуманность подхода и приоритет физиологических методов решения проблем над фармакологическими, которые, однако, не исключаются.

Соблазн использовать психотропные средства на здоровом животном в качестве допинга достаточно велик, а нормативы выставок и соревнований столь неопределенны и возможности уличить нарушителя столь малы, что приходится лишь удивляться, что применение подобных методов еще не стало поголовным в наших не очень цивилизованных условиях. Я достоверно знаю, что собаководы во время выставок используют в качестве допингов обезболивающие, успокаивающие и возбуждающие средства. Я встречал совершенно безграмотных дрессировщиков, специализирующихся на туго поддающихся дрессировке собаках (плата выше), применяющих курс ноотропов. Не очень грамотный собаковод порой берет фармакологический справочник и выбирает из него психотропные лекарственные средства с нужным, по мнению собаковода, эффектом. При этом обычно отдается, предпочтение наиболее сильно действующим препаратам и совсем забывается о таких довольно мягких и действенных средствах, как витамины, адаптогены и другие лекарства, применение которых в большинстве случаев было бы более оправданным в силу нормализации ими функционального состояния организма собаки, ее нервной системы.

Клетки мозга очень чувствительны к кислородному голоданию, и поэтому во многих случаях вместо того, чтобы насыщать внутреннюю среду организма чужеродными химическими соединениями, лучше обеспечить животному моцион, хорошее кроветворение. Только когда физиологические средства улучшения деятельности мозга исчерпаны, можно, например, попробовать антигипоксические препараты.

Сознательный отказ от использования психотропных препаратов на здоровых животных очень желателен. Он требует большой просветительной работы. Утаивание информации ведет лишь к тому, что практики используют наиболее грубые приемы, резкий эффект которых создает им рекламу и одновременно делает их наиболее опасными в неумелых руках. Убеждение в необходимости воздерживаться от допингового применения психотропных средств в собаководстве тем более важно, что соответствующий эффективный контроль наладить весьма сложно.

Контроль применения психотропных препаратов в принципе может строиться на распознавании физиологических признаков действия этих веществ и на обнаружении следов и продуктов превращения допинга в организме. Результаты биохимического анализа обычно более надежны при положительном ответе, чем при отрицательном. Последний может быть получен не только в случае допинговой чистоты животного, но и по причине ограниченных возможностей методики обнаружения (не то искали, не тем методом, не тогда, и т.д.). Особенно сложно выявить допинг, если он неотличим от естественных компонентов биохимического состава организма. Это относится к натуральным гормонам и другим регуляторам функций нервной системы, их предшественникам и быстро метаболизируемым «провокаторам» каскада событий, приводящих к допинговому эффекту к моменту, когда исходный стимул уже исчезает из внутренней среды организма.

Неадекватно расширенные зрачки, скачки кровяного давления, гиперемия слизистых, другие вегетативные составляющие действия психотропных препаратов на собаку могут привлечь внимание эксперта к возможности применения допинга. В отсутствие химического контроля применения допингов в собаководстве нужно в принципиальных вопросах племенной работы больше уделять внимание длительным наблюдениям за животным, многократным, внеплановым экспертизам его.

По-видимому, острее всего проблема психотропных допингов стоит в неприятной большинству собаководов, но реально существующей отрасли — боях и бегах. Кроме всего прочего эти рода соревнований связаны обычно с денежными ставками и жестокосердием владельцев (которые любят своих собак за победы и обижаются на них за поражения). Здесь равенство шансов возможно либо при вседозволенности (все равны, так как всем все разрешено), либо при жесточайшем допинговом контроле. Возможно, следует ввести длительную выдержку собак перед состязаниями в изолированных питомниках (отпадут краткосрочно действующие препараты), обязательные анализы мочи, крови и др. Ввиду сложности обнаружения допинга, вероятно, следует узаконить самые строгие наказания и остракизм нарушителей за применение тех методов, которые запрещены. Строжайшее наказание может усилить сдерживающий эффект возможности уличения в использовании допингов.

Обтекаемую фразу в действующих положениях о выставках собак, говорящую о том, что «собаковод не должен применять методы сокрытия недостатков животного», следует конкретизировать с учетом особенностей психотропной допинговой стимуляции и современных методов контроля. Иначе это ставит, например, на один уровень специальную тренировку, хендлерство и специализированное кормление собак, имеющих недостатки мускулатуры с психотропной обработкой животных, имеющих дефекты высшей нервной деятельности.
ГЛАВА 4. КОРРЕКЦИЯ СКЕЛЕТА 

Скелет собаки, выполняющий функцию твердой опоры внутри организма, состоит из костей и хрящей. Кость есть орган, образованный костной тканью, содержащий внутри костный мозг, снаружи покрытый надкостницей, а в местах подвижного соединения с другими костями — хрящом. Кость состоит из двух видов костного вещества — компактного снаружи и губчатого внутри.

По форме кости разделяются на длинные — трубчатые и изогнутые, короткие — симметричные и асимметричные, и плоские. В длинной трубчатой кости различают тело (диафиз) и суставные концы — эпифизы, которые утолщены и покрыты суставным хрящом. На границе диафиза и эпифиза располагается слой эпифизарного хряща, за счет которого происходит рост кости в длину. Когда рост кости заканчивается, элементы эпифиза и диафиза сливаются в одну общую костную массу. В эпифизах и прилегающих к ним участиях диафиза сконцентрировано губчатое вещество. Мозговая полость трубчатых костей заполнена костным мозгом, который может быть желтым и красным. Желтый костный мозг состоит из жировых клеток; красный, находящийся в губчатом веществе длинных и коротких костей, является органом кроветворения.

Надкостница — довольно прочная пластинка, богатая нервами и кровеносными сосудами. Последние проникают в кость через специальные каналы, имеющиеся в надкостнице, и обеспечивают костное кровообращение и иннервацию. На обращенной к кости поверхности надкостницы располагается остеогенный (порождающий кость) слой с особыми клетками — остеобластами, за счет которых наращивается костная ткань. Сочленовые поверхности костей покрыты гиалиновым хрящом.

Свежая кость содержит до 50% воды, до 15% жира, около 12% других органических веществ и 21% минеральных солей. Существенную часть органических веществ кости составляют белки. Если кость выдержать некоторое время в растворе соляной кислоты, то минеральные элементы превратятся в хорошо растворимые хлористые соли и будут вымыты из кости. Получится мягкая «игрушка», имеющая форму кости за счет ее сохранившихся органических частей. Если кость прокалить, то разрушатся органические вещества, а минеральные останутся — такая прожженная кость хрупка, легко рассыпается при механической нагрузке. Очевидно, что минеральные компоненты придают кости твердость, а органические упругость и эластичность. Только сочетание минеральных и органических компонентов придает кости ее уникальные механические свойства. В арсенале техники, кажется, нет материала со столь оптимальным сочетанием механических свойств, как у костей — твердых, прочных, упругих, пластичных, легких.

Хрящевая ткань состоит из крупных клеток с высоким тургором и межклеточным веществом плотной консистенции. Большая часть скелета у зародыша, а у взрослой собаки — суставные, реберные хрящи, хрящ носовой перегородки и других отделов воздухоногных путей построены из так называемого гиалинового (стекловидного) хряща. Он отличается молочно-белым или полупрозрачно-голубым цветом и снаружи покрыт надхрящницей. Последняя играет важнейшую роль в процессах роста и регенерации хряща. Хирурги, оперируя на хрящевой ткани, стремятся по возможности щадить внутренний слой надхрящницы, ибо в случае его повреждения регенерация будет происходить значительно хуже. Замедленность обмена веществ в хрящевой ткани и ее способность обходиться минимумом питательных веществ используются во врачебной практике. Хрящ, пересаженный другому животному этого же вида, длительное время не вызывает в организме нового хозяина реакции отторжения чужеродного тела.

Костная ткань встречается только у позвоночных. Жизнь костной ткани может служить примером того, что в организме не бывает тканей, выполняющих только одну, узкоспециальную функцию. Любая ткань в ходе обмена веществ вступает в теснейшие взаимоотношения с другими частями организма, ее деятельность регулируется нервной системой и циркулирующими в крови гормонами. Реагируя на нагрузку и на влияния других органов и тканей, костная ткань меняет свои свойства и в свою очередь оказывает влияние на зависящие от нее органы и ткани. Вместе с кровью в кость доставляются все необходимые вещества, а продукты ее обмена уносятся кровью и могут оказывать влияние на весьма удаленные от кости ткани. Очевидная опорная функция костей длительное время как-то затмевала не менее важную роль костей в поддержании гомеостаза кальция в крови. С тех пор как обнаружилось участие кальция в регуляции практически всех функций клеток — возбуждения, сокращения, размножения, метаболизма, транспорта и т.д. взгляды на костную массу организма обогатились повышенным вниманием к депонирующей минеральные вещества роли скелета. Минеральные вещества постоянно поступают в кости, накапливаются там, чтобы со временем уступить место новым. Расчеты показывают, что, например, в организме человека каждые 7 лет все молекулы оказываются обновленными. У собаки период полного обновления минеральных веществ составляет примерно 2 года, т.е. за время жизни уже взрослой собаки минеральные вещества ее скелета обновятся по крайней мере 4 раза.

65—70% сухой массы кости составляют минеральные соли, придающие костям не только прочность, но и способность участвовать в поддержании' гомеостаза кальция и фосфора в крови и других тканях. Это огромный резерв. Возможно, прогресс позвоночных на Земле связан не только с приобретением опорного аппарата, но и с высокой независимостью от колебаний поступления извне этих важных элементов. В костной ткани концентрируется до 97% всего кальция организма.

Минеральная часть скелета представлена сложной солью (апатитом), состоящей главным образом из фосфорных и углекислых соединений кальция. В костях постоянно идет перестройка: одни части рассасываются и освобождающийся кальций поступает в кровь, другие образуются заново, при этом кальций из крови поглощается костной тканью. Процессы перестройки костей находятся под контролем управляющих систем организма, благодаря которым структура опорного органа постоянно приводится в соответствие с нагрузкой, потребностями и возможностями организма на каждом новом этапе жизни животного. Вмешиваясь медикаментозными или физиотерапевтическими средствами в работу естественных управляющих систем можно существенно изменить особенности формирующейся или переформирующейся костной системы собаки и тем самым внести коррективы в ее экстерьер.

Кроме минерального обмена, кости выполняют и ряд других функций в организме. В желтом костном мозге накапливаются ценные жиры. Твердая костная ткань, окружающая красный костный мозг, обеспечивает благоприятные условия для кроветворения. Костный мозг и сосуды костей содержат клетки, способные превращаться в макрофаги — клетки, принимающие активное участие в иммунозащитных процессах в организме.

При воздействиях на скелет необходимо учитывать многоплановость функций костных структур в организме животного.
4.1. ЧЕРЕП 

Стандарты пород уделяют огромное внимание экстерьеру головы собаки. Так, если за экстерьер бульдог может набрать максимум около 100 баллов, то из них 30—35 — только за счет головы, тогда как на все другие стати остается 65—70. 12 пунктов из статей собаки отводится показателям, отражающим параметры черепа. Поэтому знание строения черепа и способов его правильного формирования может существенно повлиять на достижения собаки в экстерьерном ринге.

Череп вмещает головной мозг, органы зрения, слуха, обоняния. Он состоит из комплекса костей, прочно соединенных швами.

Череп состоит из двух отделов — мозгового и лицевого. Граница между отделами проходит по плоскости, проведенной через глазницы.

Первый образует полость для головного мозга и его оболочек, представляя как бы расширение позвоночного канала.

Второй является костным обрамлением ротового отверстия. Череп собаки характеризуется незамкнутостью глазниц, отсутствием надглазничных отверстий, широкими отверстиями наружных слуховых проходов.

Мозговой череп делится на две части: верхнюю, или свод (крышу) черепа, и нижнюю — основание черепа.

Кости лицевого отдела черепа, разнообразные по величине и форме (рис. 4.1.), определяют строение и конфигурацию морды животного.
 
Рис. 4.1. Строение черепа собаки

Перечислим стати собаки, входящие в стандарты FCI, и кости черепа, отражающиеся в этих статях.

1. Черепная часть головы. Формируется затылочной, клиновидной, лобной, теменной, межтеменной, височной костями.

2. Переход от лба к морде. Формируется лобной решетчатой, верхней челюстью, частично — резцовой костями.

3. Морда. Формируется верхней и нижней челюстями, небной и скуловой костями.

4. Скулы. Формируются в основном за счет скуловых костей нижней челюсти, подъязычной, крыловидной костями.

5. Спинка носа. Формируется за счет носовой, частично — слезной кости, носовых раковин.

6. Мочка носа. Сформирована за счет мягких тканей, однако имеет значение состояние костей, формирующих спинку носа (см. п.5).

7. Нижняя челюсть.

8. Лоб. Его форма в основном связана с лобной костью, как и следующая стать.

9. Надбровные дуги.

10. Глаза. Положение и отчасти размер и форма глаз зависят от строения глазниц и височных костей.

11. Темя.

12. Затылочный бугор формируются теменной костью.

Нет необходимости напоминать собаководу о значимости зубов для выставочной карьеры собаки.

Несмотря на консервативность черепа как вместилища важнейших органов, селекцией выведены породы, сильно различающиеся размерами и формой отдельных его костей. Под давлением искусственного кинологического отбора все время как бы происходят два процесса одновременно: 1 — консервативный, состоящий в сохранении своеобразия строения черепа собаки данной породы, зафиксированного стандартом, и 2 — совершенствование признаков костного остова головы, подчеркивающих главную эстетическую идею, отличающую голову собак данной породы. Основой для этих процессов служит микроизменчивость генетически обусловленных признаков строения черепа и фенотипическая вариабельность формирования черепа, вызванная условиями выращивания (т. е. степени реализации нормы реакции генотипа). Для более свободного оперирования в рамках, очерченных нормой реакции, могут быть использованны специфические приемы выращивания щенков и воздействия на формирование черепа.
4.1.1. Воздействия на параметры черепа 

Кости млекопитающих развиваются на определенном этапе онтогенеза на месте хрящей, что сопровождается их разрушением путем образования так называемых «точек окостенения» — оккупации дегенерирующего участка хряща кровеносными сосудами и отложения остеобластами в этих точках костного вещества. Воздействуя на эти процессы в период закладки костей (например, на внутриутробной фазе развития щенков закладка костей черепа происходит в предплодный период на 2—3-й неделе щенности), можно несколько ускорить или задержать окостенение скелета. Учитывая важную роль в окостенении минерального обмена в остеобластах, представляется вполне очевидным способом вмешательства в ход остеосинтеза регулирование витамин-D-зависимых процессов через регуляцию обеспеченности организма этим витамином. Можно также существенно повлиять на скорость окостенения, воздействуя на снабжение организма кальцием, магнием, фосфором. Например, можно менять содержание элементов в пище, вводить в корм кальций-связывающие компоненты (щавелевую кислоту, трилон Б и др.) или воздействовать на экскрецию фосфора с мочой.

Задержка или ускорение окостенения на той или иной фазе формирования скелета приводит не только к временному сдвигу его созревания, но и к новым условиям формирования костных структур. Нельзя в одну и ту же реку войти дважды. То, что не окостенело на соответствующей фазе развития, создаст иные условия для окостеневания центров, которым по естественному графику следует приступать к этому позже. Раннее окостенение центров также изменяет натуральную гармонию общего плана построения скелета. Строго дозированные воздействия в строго определенные моменты развития щенка способны весьма существенно отразиться на конечной форме черепа даже при неизменном генотипе. Жесткие рекомендации в этом вопросе возможны только с учетом породы и индивидуальности собаки.

При желании задержать процессы окостенения (что может продолжить рост будущей кости и увеличить ее конечные размеры) может быть использовано все, что снижает поступление в организм активной формы витамина D — использование пищи без этого витамина, скармливание больших количеств провитамина D без соответствующей ультрафиолетовой инсоляции (без такого облучения провитамин в организме не превращается в витамин, а его избыток за счет сходства химических структур может даже конкурентно вытеснять сам витамин D из его «рабочих мест»), уменьшение в рационе жиров, необходимых для всасывания этого жирорастворимого витамина. Естественно, такие воздействия требуют осторожности и умеренности — снижение обеспеченности организма щенной суки витамином D во имя целей собаковода должно осуществляться до нижней границы физиологической потребности, введение неактивной формы витамина не должно вызывать токсикоз. Задержка окостенения черепа во время внутриутробного развития щенков может быть достигнута легким дефицитом кальция в рационе щенной суки и мягкими воздействиями, тормозящими поступление кальция в организм щенков на стадии интенсивного роста костей черепа и их сращивания (1—4-й месяцы жизни). Для этого могут быть использованы вполне натуральные кормовые добавки, связывающие кальций с образованием плохо растворимых в кишечнике солей. Это, например, клюквенный сок, который иногда добавляют щенку в питьевую воду. Органические кислоты, входящие в его состав, способствуют «вымыванию» кальция. Подобным же эффектом обладают компоненты некоторых овощей и листьев (салат, щавель и др.), содержащие щавелевую кислоту, дающую слабо растворимый оксалат кальция. Кстати, избыток пищевых волокон, в обилии содержащихся в растительных продуктах, также способен уменьшать биодоступность кальция из-за его сорбции на них и усиленной перистальтики. Для более интенсивного вымывания кальция из организма могут быть применены искусственные воздействия: добавка той же щавелевой кислоты в корм или питье (концентрация подбирается по вкусу, ноне более 2 г в сутки) или трилона Б (ЭДТА) (10—20%-ный раствор, до 100 мл в сутки). У щенков первых недель жизни задержка окостенения может быть вызвана введением аскорбиновой кислоты по 0,5—1,0 мл 5%-ного раствора внутримышечно, витамина А — по 0,25—0,5 мг раствора ретинола ацетата в масле, 10—15 инъекций.

Если практическая задача заключается в ускорении окостенения и уменьшении размеров костных образований, в частности черепа, то могут быть использованы следующие средства.

1. Видехол — 0,125%-ный и 0,25%-ный раствор в масле со 2-й недели жизни щенка, 3000 ME в сутки в два приема (1—1,5 месяца).

2. Фитин (смесь кальциевых и магниевых солей инозитгексафосфорной кислоты) в порошках и таблетках по 0,25 г. Назначается по 0,05 г в сутки в течение 1—2 месяцев.

3. Кальция глицерофосфат в виде таблеток по 0,2 г или гранул по 0,05 г 1—2 раза в день.

4. Димефосфон в виде 15%-ного раствора внутрь по 0,03 г/кг 3 раза в день с пищей.

Указанные средства не следует назначать одновременно, лучше их чередовать последовательно. Хороший эффект получается при параллельном ультрафиолетовом облучении (кварцевании) щенка, особенно в зимне-весенний период. Облучение начинают с 1/8 биодозы и постепенно доводят до 1/4 за 15—20 сеансов. Через 2 месяца кварцевание можно повторить. Назначение препаратов кальция (в том числе и примитивных — мела, молотой яичной скорлупы, костной муки) можно сочетать с добавлением в питьевую воду 25%-ного раствора лимонной кислоты (образующийся в кишечнике лимоннокислый кальций хорошо всасывается).

Следует заметить, что все способы воздействия на параметры черепа собаки теоретически очевидны, но не подкреплены достаточной экспериментальной проверкой со статистическим анализом. Пользоваться ими в случае необходимости следует осторожно, со значительным элементом творчества. Вероятно, кроме неразглашаемых частных достижений в этом направлении, собаководство сталкивается с массовым неграмотным (по крайней мере с позиций современных знаний о метаболизме и роли кальция в организме) применением кальциевых препаратов. Все собаководы знают, что щенку для роста костей нужен кальций и почему-то уверены, что избыток кальция всегда ведет к увеличению костных образований. Самодельные рационы для щенков практически всегда перегружены кальцием. Наши собаководы умудряются добавлять кальций даже к специализированным фирменным кормам для щенков. Видимо, мелкоголовые, рано прекратившие рост собаки на наших выставках во многом обязаны этому стихийному увлечению минеральными подкормками без учета породы, срока подкормки, механизма ее воздействия и т.д. Напомним, что пути к конечной цели в фармакофизиологии редко бывают прямыми, простыми и однозначными. Необходимо учитывать массу факторов и понимать суть оказываемого воздействия во всех отношениях, чтобы не разочароваться в результатах, не навредить.
4.1.2. Зубы 

В верхней и нижней челюстях находятся зубы. Зубы представляют собой чрезвычайно прочные костеобразные органы. Каждый зуб состоит из зубной коронки, которая выдается над десной и выступает в полость рта, из шейки зуба — слегка суженной части, к которой прикрепляется десна, и из корня зуба, который скрыт в зубной альвеоле (луночке) и оканчивается верхушкой. На верхушке корня имеется небольшое отверстие, ведущее в полость зуба, которая выполнена зубной мякотью, богатой сосудами и нервами. Главную массу зуба составляет дентин. Дентиновая коронка зуба снаружи покрыта эмалью — самой твёрдой тканью в организме, а дентин корня зуба — цементом. Надкостница корня зуба и зубной альвеолы является общей и называется периодонтом.

В связи со сменой зубов различают молочные зубы и постоянные. Условное обозначение их в зубной формуле: молочных зубов — D (decidui), постоянных — Р (permanentes). По функции, строению и положению зубы подразделяются на резцы — I (incisivi), клыки — С (canini), малые коренные — Р (премоляры, premolares), большие коренные зубы — М (моляры, molares).

Если зубы каждой половинки верхней и нижней челюстей представить в виде дроби, в которой в числителе обозначены зубы верхней челюсти, а в знаменателе — нижней, то формула молочных зубов будет иметь такой вид: D ICPO/ICPO, или I3/3 С1/1 Р3/3 М0/0, или 3130/3130. Это значит: резцов по 3, клыков по 1, премоляров по 3, моляры отсутствуют. Всего 28 молочных зубов.

Формула постоянных зубов P ICPM/ICPM, или I3/3 C1/1 Р4/4 М2/3, или 3142/3143, т.е. резцов по 3, клыков по 1, премоляров по 4, а моляров по 2 на верхней челюсти и по 3 на нижней (на каждой половинке). Всего 42 постоянных зуба.

Из особенностей строения зубов собаки следует отметить наличие хорошо выраженной шейки зуба, деление коронки постоянных зубов на 3 зубца, из которых средний — самый крупный. Первый премоляр имеет маленькую коронку с одним зубцом и называется волчьим зубом. Кзади коренные зубы увеличиваются: самым большим зубом верхней челюсти является 4-й премоляр (Р4), а нижней челюсти — 1-й моляр (M1). Эти самые крупные зубы называются секущими. Премоляры трехзубчатые, за исключением Р1, сжатые с боков. Моляры, наоборот, — широкие, многобугорчатые. Коренные зубы имеют от 1 до 3 корней. По мере изнашивания зубцы коренных зубов и острые кромки резцов стираются. На этом основан один из методов определения возраста собаки. Определение возраста по зубам — лишь один из методов, так как при специальном режиме кормления износ зубов может быть настолько слабым, что ошибка определения возраста станет до смешного большой. Мы наблюдали догов, которые в возрасте 9—10 лет сохраняли зубы, как у двухлетней собаки. Эти собаки с молодости имели плохой аппетит и хозяева приучили их питаться «дожачьими котлетками» — мешаниной из молотого мяса, вермишели, размоченного хлеба, сметаны и т.д. «Дожачьи котлетки» принудительно закладывались в глотку и собакам оставалось только глотнуть — никакой жевательной работы зубам!

Судя по разрозненным литературным данным, у собак-париев полная формула зубной системы встречается не часто — от 20 до 32% собак имеют олигодонтию (нехватку зубов), 5—10% — полидонтию (дополнительные зубы к нормальному комплекту), 15—21% — отклонения в форме, размере и положении отдельных зубов, 7—12% собак-париев — нарушения прикуса. У большинства пород комплектность зубов и форма прикуса традиционно занимают столь важное положение в стандарте и экспертизе, что практически невозможно дать статистический анализ отклонений от нормы — все отклонения выбраковываются. Обычно у молодых собак с отклонениями в зубной системе на выводках или в классе юниоров (а у грамотных собаководов и ранее) выявляются дефекты и в дальнейшем эти собаки, как правило, пропадают из поля зрения кинологов. По-видимому, такая практика ошибочна тем, что утрачивается интересный материал для кинологической стоматологии и теряет полноту генетический анализ популяции. Конечно, некоторые из этих выбракованных собак после соответствующей ортопедии или протезирования иногда выплывают у новых хозяев под новыми кличками, с новыми документами.

Аномалии зубов могут быть генетическими или приобретенными. Правила экспертизы не делают различий в причинах патологии зубной системы, хотя понятно, что в племенном отношении роль приобретенных и наследственных отклонений принципиально различна.

В стандарте породы регламентирован обязательный комплект зубов и прикус. У некоторых пород отсутствие у собаки 1—2 зубов (обычно премоляров) может не влиять на ее оценку. Как правило, строго регламентирован прикус, допустимый для собак данной породы. Прикус — это взаимное положение зубов верхней и нижней челюстей друг относительно друга. При ножницеобразном прикусе нижние резцы примыкают к внутренним плоскостям верхних. При смыкании верхних и нижних резцов «край-в-край» прикус называется прямым, клещеобразным. Если нижняя челюсть заметно короче верхней, то между рядами верхних и нижних резцов имеется промежуток — образуется недокус. Когда нижняя челюсть длиннее верхней, образуется перекус — бульдожий прикус. Кроме того, у многих пород (в первую очередь служебных) учитывается порядок расположения резцов в челюсти — в линейку, в шахматном порядке, редкие и т.д.

К караемым дефектам зубной системы относятся также признаки кариеса, нежелательный цвет эмали зуба, недоразвитие клыков по размерам и др.

Уделяя большое внимание состоянию зубной системы собаки, кинологи ссылаются на важность ее для работы собаки, на отражение в ней состояния здоровья животного, на корреляцию комплектности зубов и характера прикуса с другими важными признаками (в частности, формой черепа, состоянием нервной системы и др.). Кинологи-селекционеры подразумевают, что элиминация собак с дефектами зубной системы существенна для поддержания популяции на высоком селекционном уровне. Это было бы так, если бы все собаки находились в равном положении в ходе выращивания и эксплуатации. В реальности это не так из-за двух комплексов воздействий, оказываемых собаководами-частниками на своих питомцев. Один комплекс воздействий, по сути, постоянно пропагандируется наставниками юных собаководов — это профилактические меры, создающие наиболее благоприятные условия для формирования зубов и прикуса. В действительности, даже этот широко известный набор мероприятий соблюдается не всеми собаководами одинаково, а значит и условия выращивания собак по факторам, важным для формирования зубов, оказываются различными. Другой комплекс воздействий носит оттенок запретности и включает меры, направленные на исправление или сокрытие индивидуального дефекта.

Профилактические мероприятия для предупреждения дефектов зубной системы начинаются еще во время внутриутробного развития щенка. Щенной суке хороший заводчик назначает диету, богатую витаминами А и D — сливочное масло, молочные продукты, печень, рыбу; витаминами группы В — хлеб, мясо, почки, рис, кукурузу, яичный желток; витамином С, для чего в воду добавляет сок цитрусовых; дает минеральную подкормку. Концентрированные корма, предназначенные специально для щепных сук, содержат требуемые компоненты с учетом потребностей правильного формирования щенков. Профилактика нарушений зубной системы при выращивании щенка, если не применяется фирменный концентрированный специализированный корм, состоит в приеме следующих препаратов.

1. Витаминизированный рыбий жир, содержит витамины А и D, назначается по 3—5 капель в течение 1,5—2 месяцев в виде добавок в пищу.

2. Облепиховое масло, содержит каротины и каротиноиды, являющиеся предшественниками (провитаминами) витамина А, назначается так же, как рыбий жир, но более длительно — до 6 месяцев.

3. Аскорбиновая кислота, назначается по 0,25 г 2 раза в сутки добавлением в питьевую воду (таблетки, порошки) либо по 0,5 мл 5%-ного раствора внутримышечно по 10—15 инъекций, после чего до 2 месяцев по 0,1 г в день.

4. Витамин В, — тиамина хлорид в виде таблеток или драже по 0,002 г — по 1/2 таблетки 3 раза в день либо внутримышечно по 0,5 мл 3%-ного раствора 10—15 дней. Можно использовать также гефефитин — таблетки, содержащие сухие дрожжи — источник витамина В, и фитин, описанный выше. Принимается по 0,5 таблетки 2—3 раза в день.

5. Витамин В3 — кальция пантотенат. Возможно назначение внутрь по 0,025 г 2 раза в сутки либо внутримышечно 0,5 мл 20%-ного раствора. Курс лечения до 3—4 месяцев (периодически желательно менять способ введения).

6. Витамин В6 — в виде порошков или таблеток по 0,002 г по 1/2 таблетки 2—3 раза в день либо внутримышечно 1%-ный раствор. Курс до 3-х недель, через 2—3 месяца повторить.

7. Препараты фтора: а) фторид натрия (в виде таблеток) — 1—2 мг в сутки, б) кореберон — 0,25 мг в сутки, в) витафтор (содержит фторид натрия, витамины A, D2, С) — 1/3 чайной ложки 1 раз в день в течение месяца.

8. Нуклеинат натрия — по 0,05 г внутрь в виде порошков или внутримышечно по 2—3 мл 2%-ного раствора в течение 10 дней.

Назначение вышеперечисленных препаратов должно быть комплексным — по 2—3, не более, одновременно. Например, препараты витаминов А + один из препаратов группы В + препарат фтора. Или: витамин D + аскорбиновая кислота + нуклеинат натрия и т.д.

Для правильной смены зубов следует избегать резких воздействий и вакцинации в период бурного выпадения молочных зубов. Умеренная, но достаточная нагрузка на жевательный аппарат — залог оптимального протекания смены зубов. Иногда молочный зуб не выпадает вовремя и становится помехой правильному росту коренных зубов в момент, когда их форма и положение в челюсти наиболее уязвимы. Такую помеху следует своевременно устранить. Весьма полезен массаж десен, но делать его нужно грамотно. Следует помнить, что при тянущих нагрузках на нижнюю челюсть сдвиг может компенсироваться движением челюсти в суставе, а в случае верхней челюсти вся нагрузка ляжет на зубы.

Встречаются дефекты, в основе которых — искривление зуба (вплоть до горизонтального, параллельного десне положения) или сдвиг его лунки, из общей линии расположения. Массаж, а в сложных случаях зубная шинка могут исправить этот дефект за 3—6 недель. Эти шинки должен устанавливать стоматолог, для успешной работы которого часто приходится наркотизировать собаку. Эффективность ортопедии столь высока (и столь же дорога), что если дефект вовремя не — зафиксирован контролером, он исправляется без следа. (Стоит задуматься кинологическому официозу — ведь сегодня даже если эксперт знает, что в прошлом собаке накладывали шинку для исправления прикуса или других дефектов, то как он мотивирует снижение оценки при наличии правильного прикуса в настоящее время? Чего же в этом случае стоит особо строгий подход к прикусу в племенном плане?)

Иногда отсутствие зуба сводится к его малому размеру — он не прошел сквозь мягкие ткани десны. Установив это на рентгене, собаковод может сделать небольшой надрез десны над верхушкой спрятанного зуба — и вот уже комплект в наличии! Даже когда зуба нет вовсе ушлые собаководы умудряются выйти из положения, спасти собаку от дисквалификации. При этом опять же нет справедливости — одного кобеля эксперт, зная о том, что у него клык потерян из-за травмы, вынужден отстранить от племенной деятельности (хотя генетически у него все в порядке), другого, у которого клык отсутствует действительно из-за генетического порока, снабжают фарфоровым клыком, сидящим в десне на штифте и не отличимым без рентгена от настоящего. Я знаю одного боксера с искусственными зубами (у него, правда, вставные зубы хорошо отличимы — золотые) и имею конфиденциальные сведения о протезировании зубов у нескольких овчарок и бультерьеров. Что-то нужно менять в правилах экспертизы…

Достаточно распространенной аномалией зубов является зубной налет и кариес. Сегодня собаководам доступны отбеливающие пасты для чистки и наведения блеска зубов у собак. Из самодельных средств для этого могут быть использованы протирания эмали 3—5%-ной перекисью, зубным порошком или 0,05%-ным раствором соляной кислоты. Последнее средство очень эффективно снимает налет вместе с тонким слоем потемневшей эмали, но пользоваться им надо крайне осторожно, чтобы слишком не удалить эмаль с зубов. При появлении трещин или потертости на эмали зуба поврежденное место может быть закрыто стоматологическим лаком или, на худой конец, клеем БФ. Лечение кариеса у собак должно быть таким же, как и у человека — профилактика и пломбирование кариесных полостей в самом начале разрушения зуба. Полезно также периодически давать животному курс по 2—3 недели ежедневного приема 1 таблетки натрия флуората.

В настоящее время, при отсутствии соответствующей современному уровню подделок нормативной базы, наладить адекватный контроль ортопедической коррекции и протезирования зубной системы весьма сложно. Мы надеемся, что высказанные соображения и описанная методика исправления недостатков помогут решить проблему.
4.2. СКЕЛЕТ ТУЛОВИЩА 

Осевой опорной структурой шеи, корпуса и хвоста собаки служит позвоночный столб. Длина, пропорции отделов и механические свойства позвоночника определяют важные показатели экстерьера собаки и ее способностей к физической работе. Примыкающие к позвоночнику кости формируют каркас, вмещающий внутренние органы животного.
4.2.1. Позвоночник и его коррекция 

Позвоночный столб состоит из шейного, грудного, поясничного, крестцового и хвостового отделов. Позвоночник участвует в формировании следующих статей собаки: шеи, гребня шеи, холки, спины, поясницы, крупа и хвоста. Основными анатомическими образованиями столба являются позвонки, форма и размер которых при общем сходстве строения различаются в зависимости от их положения в позвоночном столбе, функции и тех образований, которые прикрепляются к данному позвонку (рис. 4.2.).

На переднем конце позвонки несут головку, а на противоположном — ямку. Вклиниваясь в ямку предыдущего позвонка головкой, позвонки надежно и в определенной мере подвижно соединяются друг с другом. Мышцы и сухожилия, крепящиеся к отросткам позвонков, объединяют их в сданный опорный элемент и придают гибкость и упругость позвоночному столбу. Несколько раз, когда нам приходилось делать вскрытие павших в молодом возрасте (2—4 года) кавказских овчарок, обнаруживалось, что между многими позвонками грудного и, частично, поясничного отделов не было функциональной обособленности — с боков на местах стыка позвонков имелись массивные (в размер половины позвонка) костные наросты, намертво цементировавшие соседние позвонки между собой. Поскольку при жизни этих собак к экстерьеру их туловища претензий не было, остается предположить, что подобные костные образования по крайней мере у некоторых пород могут брать на себя вспомогательные функции в обеспечении опоры тела и механики туловища собак.

В теле позвонков имеется полость, в которой помещается спинной мозг. Между смежными позвонками, на их боковых сторонах, имеются межпозвоночные отверстия, через которые проходят сосуды и нервы. Отростки позвонков служат для прикрепления мышц и примыкающих костей. Понятно, что чем более мощные мышцы должны крепиться к данному позвонку, тем более крупный отросток должен быть у этого позвонка. Парные поперечные отростки позвонков грудного отдела являются местом прикрепления ребер (у некоторых позвонков вместо отростков есть суставные фасетки). Непарный остистый отросток отходит вверх от дужки позвонка.

Шейный отдел позвоночника состоит из 7 позвонков (7 позвонков в шейном отделе имеется и у жирафа, и у мыши). Первые два и последний из них значительно отличаются от остальных. 1-й шейный позвонок, атлант, имеет форму кольца и такие особенности крепления к черепу, которые обеспечивают подвижность последнего относительно позвоночника в вертикальном направлении. Второй — осевой — обеспечивает горизонтальные смещения. В целом собака может вращать головой на 350°. 7-ой шейный позвонок имеет пару реберных фасеток.
 
Рис. 4.2. Скелет туловища и конечностей собаки.

1 — шейный отдел позвоночники; 2 — грудной отдел позвоночника: 3 — поясничный отдел позвоночника; 4 — крестцовый отдел позвоночника; 5 — хвостовой отдел позвоночника; в — лопатка; 7 — плечевая кость; 8 — лучевая кость; 8а — локтевая кость; 9 — кости запястья; 10 — кости пясти; 11 — кости пальцев; 12 — тазовая кость; 13 — бедренная кость; 14 — малоберцовая кость; 15 — большеберцовая кость; 16) — кости предплюсны; 17 — кости плюсны; 18 — кости пальцев.

Грудной отдел позвоночника собаки состоит из 13 (редко 12) позвонков. К поперечным отросткам грудных позвонков крепятся ребра. Остистые отростки толстые, длинные. У 1—10-го грудных позвонков остистый отросток направлен кзади. 11-й позвонок носит название диафрагмального и отличается вертикально стоящим остистым отростком. Остистые отростки последующих позвонков наклонены к головному концу.

Ребра, в количестве 13 пар, изогнуты обручеобразно. Форма ребер существенно отличается у собак разных пород — у терьеров ребра более плоские, у шнауцеров — более изогнутые и т.д. 7—8 ребер (истинные ребра) соединяются с грудиной реберными хрящами. Передние 3—4 ребра несут опорную функцию. По мере продвижения назад опорная функция уменьшается, и на первый план выходит респираторная функция грудной клетки. Последние ребра называются респираторными, или ложными. Хрящи этих ребер формируют реберную дугу. Грудина — длинная призматическая кость состоит из 6 фрагментов, соединенных хрящами или костной тканью. Впереди 1-й пары ребер выступает рукоятка грудины, а кзади грудина имеет мечевидный отросток в виде пластины, заканчивающейся хрящом. 13 грудных позвонков, 13 пар ребер, грудина, хрящи и связочный аппарат образуют грудную клетку, форма и размеры которой во многом определяют оценку экстерьера собаки и условия функционирования важнейших внутренних органов.

Поясничный отдел представлен 7 поясничными позвонками, которые отличаются массивностью тела и отростков. Современные тенденции в селекции ряда пород (терьеры, американский коккер, доберман, бульдоги) направлены на укорочение поясницы. Период интенсивного формирования поясницы обычно приходится на 5—6-й месяц жизни щенка. Ускоренная кальцификация скелета в этом возрасте способствует укорочению поясницы.

Крестцовый отдел скелета состоит из 3 сросшихся (к 6 месяцам жизни) крестцовых позвонков, образующих крестцовую кость, или крестец. По бокам от 1-го крестцового позвонка находятся крылья крестца и его боковые части, образованные сростанием поперечно-реберных отростков. Остистые отростки срослись со своим основанием. На наружных поверхностях крыльев имеются ушковидные суставные поверхности — места сочленения с подвздошными костями.

Хвостовой отдел скелета содержит 20—23 позвонка, отличающиеся отсутствием дужек (начиная с 7-го хвостового) и мощными поперечно-реберными отростками. Связки, соединяющие позвонки друг с другом, к концу хвоста исчезают.

Естественно, от состояния позвоночного столба и его связочного аппарата зависит вид животного — пропорции туловища, линия спины, размер поясницы, форма крупа, посадка, длина и положение хвоста, характер движений.

Среди наиболее часто встречающихся пороков и недостатков экстерьера собаки (исправление которых столь заманчиво для владельца) фигурирует короткая или длинная шея, низкий выход шеи, мягкая, провисшая или горбатая спина, слишком длинная или короткая спина (формат!), слишком короткая или слишком длинная поясница, скошенный или прямой круп, короткий или длинный хвост, искривления хвоста и его нестандартное положение. Для предотвращения подобных дефектов (если они не вызваны особенностями генотипа) применяются профилактические меры, заключающиеся в полноценном питании и правильной физической нагрузке. Для коррекции уже наметившихся недостатков и для того, чтобы в фенотипе реализовалась желаемая граница нормы реакции, могут быть применены медикаментозные, физиотерапевтические и хирургические приемы. Для успеха такой коррекции необходимо в каждом конкретном случае выяснить причину дефекта: то ли генотип собаки предполагает тот или иной недостаток позвоночника, то ли ошибки выращивания на предыдущих этапах онтогенеза послужили причиной нежелательного отклонения, то ли болезнь исказила нормальное формирование костного остова. Фармакофизиологическая коррекция, начинающаяся с устранения деструктивной причины, должна быть направлена на компенсацию дефекта. Заметим, что исправление недостатков осевого скелета собаки требует больших затрат сил и времени, терпения и настойчивости. Важен также этап формирования тела, на котором производится вмешательство — отделы позвоночника растут не синхронно, поэтому тормозные воздействия (в том числе и болезни) на рост костей в раннем щенячьем возрасте больше отразятся на передних отделах скелета, чем на задних, а в более старшем, подрастковом возрасте — наоборот (см. гл.9).

При кальций-дефицитных состояниях как причине дефектов осевого скелета, понятно, следует применять препараты кальция (глюконат кальция, кальция лактат и др.) и витаминотерапию (витамин D + ультрафиолет) (см. выше). Если причина искривления позвоночника, его слабости и неправильного формирования состоит в воспалительном процессе — хороший результат дает применение индометацина (метиндола). Его назначают внутрь по 0,025 г в сутки (порошок делить на 3 части и давать в 3 приема, курс 2—4 месяца).

Существенную коррекцию в формирование костей и скелета могут внести мужские половые гормоны (андрогены), применяемые в малых дозах: — тестостерона пропионат — 0,25 мл 1%-ного раствора через день в течение месяца; — тестостерона энантат — 0,25 мл 20%-ного масляного раствора 1 раз в 2 месяца; — тестенат — по 0,25 мл 10%-ного масляного раствора 1 раз в 15—20 дней, курс — 10 инъекций; — пролотестон — по 0,15—0,2 г 1 раз в 2 недели до получения желаемого эффекта.

При применении мужских половых гормонов для коррекции скелета следует помнить, что эти препараты в малых дозах стимулируют рост костей, а в больших задерживают его и ускоряют окостенение зон роста.

Для укрепления слабой спины хорошим эффектом обладают анаболические препараты: — метандростендиол — внутрь по 0,1 мг/кг 1—2 раза в сутки в течение месяца; после 6—8 недельного перерыва воздействие можно повторить; — метиландростендиол — 0,001—0,0015 г/кг (до 0,05 г в сутки); месячный курс лечения должен чередоваться с месячным перерывом; — феноболин — внутримышечно 1—1,5 мг/кг раз в месяц; лучше вводить по 1/4—1/8 этой дозы через каждые 7—10 дней.

Дегенеративные изменения позвоночника и нарушения подвижности суставов хорошо устраняются артепароном. Благодаря своему биохимическому сходству с мукополисахаридами хряща, он распространяется в пораженной хрящевой ткани, прерывая деградацию основного вещества, нормализуя трофику хрящевой ткани. Его вводят внутримышечно по 1 мл 2 раза в неделю в течение 1—2 месяцев, повторный курс не ранее, чем через 3 месяца. С той же целью можно использовать мукартрин (3 дня по 125 мг внутримышечно, затем 1—2 раза в неделю в течение 1,5 месяца), а также румалон (0,5 мл 3 раза в неделю в течение 1,5 месяца).

Для коррекции намечающихся деформаций позвоночника, обусловленных дископатиями или дистрофически-деструктивными изменениями, весьма эффективными могут быть физиотерапевтические воздействия. Перечислим наиболее важные из них.

1. Ультрафиолетовое облучение пораженной области позвоночника полями — по одному полю ежедневно, всего 2—3 цикла (шерсть на месте облучения желательно выстричь и смазать маслом). На каждое поле последовательно 3—4 биодозы по 3—4 раза. Желательно также постепенное возрастание доз.

2. Диадинамотерапия области позвоночника. Парные пластинчатые электроды с прокладками, смоченными физраствором, размещают вдоль позвоночника, подключают двухфазный ток (двухконтактный, волновой) на 3—4 минуты, затем короткие периоды в течение 4—6 минут с изменением полярности. Процедуру проводят ежедневно или через день-10—15 сеансов.

3. Ультразвуковая терапия на область позвоночника при импульсном режиме. Длительность импульсов — 10 мс. Контакт вибратора прямой, методика подвижная. Доза — 0,6 Вт/см2, продолжительность сеанса 5—8 минут. Лечение проводится через день или ежедневно, всего 10 сеансов. Повторный курс не ранее, чем через 2 месяца.

Физиотерапевтические процедуры активируют местный обмен веществ, улучшают кровоснабжение, укрепляют мышечно-связочный аппарат и тем самым создают предпосылки исправления недостатка. Конечно, лечение должно сопровождаться корректирующей гимнастикой, но именно корректирующей, а не простым увеличением нагрузки. Распространенная ошибка собаковода — при появлении недостатка, связанного с ослаблением спины или дефектами отдельного участка позвоночника, увеличивают нагрузку, как бы стараясь наверстать упущенные занятия. В результате повышения нагрузки ослабленный, дефектный участок может адаптивно закрепить искажения формы или механики скелета. Упражнения должны подбираться индивидуально с учетом анатомии и причины нарушений.

При изменениях позвоночника, развившихся на фоне общих обменных нарушений применяют следующие методы:

— новокаин-дионин (адреналин) — электрофорез, продолжительность сеансов 15—20 минут, электроды располагают продольно вдоль позвоночника, желательно перед процедурой сделать прогревание соллюксом;

— электрофорез лития, салицилата или амидопирина, йода, хлора, меди, кальция;

— УВЧ-поле, импульсное, на пораженную область позвоночника, сеансы по 7—10 минут, ежедневно или через день, 10—15 сеансов;

— микроволновая терапия, излучатель с расстояния 7—10 см, доза слаботепловая (до 50 Вт), 10—15 сеансов по 10—20 минут;

— индуктофорез на пораженную область позвоночника, доза тепловая, 20 минут ежедневных сеансов (всего 10—15).

Очень эффективен при подобных нарушениях легкий массаж мышц всего туловища ежедневно, а также сегментарный, «точечный» или пневмомассаж по 15 минут ежедневно в течение двух недель.

Хирургические методы исправления дефектов позвоночника, упомянутые несколькими страницами выше, весьма эффективны, хотя и мучительны для животного. Прибегать к ним следует лишь в случае крайней надобности и после консультации с наблюдающим данную собаку ветеринаром. Конечно, нельзя укоротить или удлинить какой-нибудь отдел позвоночника, вырезая или вставляя позвонки, но при необходимости на позвонки могут быть наложены фиксирующие штифты, проведено внутреннее шинирование позвоночного столба. Иногда большой эффект дает подрезка соответствующих сухожилий или мышц, которые работают попарно (сгибающая и разгибающая «вожжи»). Если нежелательное искривление позвоночника (например, хвост, загнутый вопреки стандарту бубликом) вызвано укорочением связок между позвонками или диспропорцией мышц, то такая операция устраняет дефект. Аналогично действуя можно, к примеру, опущенный хвост эрделя сделать торчащим вверх, подрезав мышцы на нижней стороне хвоста.

Что касается объема и формы грудной клетки собаки, то для конструирования ее нет лучше средств, чем физические упражнения и диета, многократно описанные в разделах этой книги. Одевание ее мускулатурой будет рассмотрено в следующей главе (гл.5).
4.2.2. Конечности и коррекция их дефектов 

Скелет передней конечности состоит из плечевого пояса (лопатка и рудимент ключицы) и костей свободной конечности (плечевой кости, костей предплечья, запястья, пясти и фаланг 5 пальцев) (рис. 4.3.). Размеры, форма этих костей, состояние суставов определяют выраженность холки, углы, постав, наклон пясти, форму лапы, высоту и костистость собаки — весьма важные экстерьерные признаки.

Лопатка, с помощью которой передняя конечность крепится к грудной клетке, — плоская, округло-треугольной формы. Ключица у собак представлена костной пластинкой до 1 см длиной, залегающей в сухожильной полоске в плече-головной мышце. На рентгенограмме ключица не выявляется. Предплечье формируют две подвижно соединенные кости — локтевая (более длинная) и лучевая. Скелет запястья представлен двумя рядами костей. Ряд, который расположен ближе к предплечью, состоит из 3, а второй ряд — из 4 костей разной формы. 5 костей пясти — длинные, узкие, с блоком для сочленения с фалангой. Самая короткая пястная кость — первая, самые длинные — третья и четвертая. Кости пальцев имеют 3 фаланги, третья — когтевая — несет когтевой отросток.

Скелет задней (тазовой) конечности состоит из тазового пояса и костей свободной конечности (рис. 4.3.). Тазовый пояс включает 3 пары костей — подвздошных, лобковых и седалищных, которые, соединяясь друг с другом в вертлужных впадинах, образуют 2 тазовые кости. Последние, срастаясь, дают тазовое сращение. Тазовые кости соединены с крестцом подвздошно-крестцовым сочленением. Продолжением тазового пояса в конечности служат бедренные кости, надколенная чашечка, кости голени (большая и малая берцовые), предплюсны (7 костей в 3 ряда), плюсны и фаланг 4 пальцев. Скелет задней конечности определяет многие важные экстерьерные признаки — линию верха, форму крупа, стойку, длину голени, углы суставов, форму лапы, что в свою очередь определяет такой важнейший показатель, как характер движений собаки.

Недостатки и пороки конечностей, с которыми сталкивается собаковод и которые обычно стремятся исправить, относятся к трем группам — дефекты формы и размеров костей, дефекты суставов и дефекты мышечно-связочного аппарата движений конечности. Причины дефектов могут быть генетические или приобретенные (травмы, болезни, неправильное выращивание). Хотя в последнее время все чаще сталкиваешься с примерам! успешного исправления недостатков конечностей хирургическим путем (устранение последствий травм), однако, учитывая роль тонких анатомических деталей и координации движений конечности в общем впечатление от экстерьера животного, хирургические приемы нельзя считать адекватными для коррекции нетравматических дефектов конечностей.

Для коррекции дефектов, связанных с неправильными формами и размерами костей, в первую очередь требуется соблюдения оптимальных условий общего формирования скелета. D-гиповитаминоз (рахит) входит в число основных причин искривления, утончения и других отклонений размера и формы костей конечностей.

Рахит — болезнь растущего организма, заключающаяся в нарушении минерального (фосфорно-кальциевого) обмена, отражается на формировании скелета и функциях ряда внутренних органов и систем. Несмотря на многолетнюю санпропаганду, рахит остается одной из важнейших проблем патологии раннего возраста собак. Сегодня существует большой выбор специализированных щенячьих кормов, предназначенных для профилактики рахита, но проблема не теряет актуальности из-за того, что индивидуальность собаки, породные особенности формирования скелета и специфика условий выращивания конкретного щенка диктуют необходимость индивидуального подхода к выращиванию каждой собаки.
 
Рис. 4.3. Скелет конечностей собаки.

Показаны важные для экстерьера углы между сочленяемыми костями.

Нарушение кальциевого обмена поражает все кости, но преимущественно сказывается на тех зонах, которые в данный момент растут наиболее интенсивно. В первые 3—5 недель жизни щенка чаще поражаются кости черепа, затем — грудная клетка (3—6 недель), кости туловища и конечностей (для последних самый уязвимый период с 2,5 до 6 месяцев). Избыточная остевидная ткань, не подвергаясь обызвествлению, суживает костномозговое пространство и образует утолщения костей («браслеты» на конечностях, «четки» на ребрах). Недостаточное обызвествление или вымывание кальция из уже обызвествленных участков делают кости мягкими, легко искривляющимися при нагрузке.

В отличие от устоявшегося мнения, начальные признаки рахита могут появиться у щенка уже на первой неделе жизни, если содержание суки или молочная смесь при искусственном вскармливании неправильны. Первые признаки можно заметить по поведению щенка — он становится беспокойным, пугливым, вздрагивает от резких шумов. Примерно через неделю после появления изменений со стороны нервной системы могут проявиться отклонения в формировании костной ткани. Иногда собаководы умышленно идут на рискованное балансирование на грани рахита с тем, чтобы деформации костей, сопровождающие это заболевание, усилили впечатление породности собаки (признаки некоторых пород могут совпадать с признаками рахита — большая голова, короткие кривые ножки и др.). Конечно, ослабленные кости пластичнее, легче поддаются искусственному формированию под действием шин, специальных упражнений и др., но этот прием весьма рискован и требует очень четкого контроля и дозирования воздействий.

О профилактике и лечении рахита достаточно сказано в ряде публикаций, в том числе и в других разделах этой книги.

На втором месте после рахита среди причин, ведущих к дефектам скелета и нарушениям в опорно-двигательном аппарате, находится дисплазия тазобедренного сустава и врожденный вывих бедра. При этом, если рахитичные изменения в начальной стадии легко обратимы, то в случае дисплазии прогноз далеко не так благоприятен. В норме вогнутая поверхность сочленения костей в суставе идеально подходит к выпуклой. В суставе имеются костные выступы, ограничивающие люфт сочленяемых костей. Суть дефекта состоит в том, что неправильная форма головки одной кости не подходит к форме ямки другой кости, между которыми образован сустав. Такой сустав работает либо как излишне «разболтанный», либо как излишне ограничивающий подвижность костей. Причина этой патологии окончательно не выяснена, хотя предполагается высокая доля вклада в эту патологию генетических факторов (именно поэтому щенков с диагнозом «дисплазия» положено выбраковывать, лишать племенных документов). Возможно, сходное проявление скрывает несколько разных патологических механизмов нарушений.

В диагностике дисплазии все большую роль приобретает рентгенограмма, хотя предварительный диагноз может быть поставлен и без нее. У новорожденных щенков отмечаются ограничения отведения бедра и его ротации (поворота). У более старших собак при отсутствии лечения возникает вывих головки бедра, вначале кверху и несколько кзади от суставной впадины, а в дальнейшем смещение может происходить вплоть до гребня подвздошной кости. Все это ведет к укорочению конечности, искривлению позвоночника, атрофии ягодичной мускулатуры, искажению углов задней конечности. Такие животные безусловно должны выбраковываться, однако в этом бывает трудно убедить собаковода, для которого конкретный щенок — объект привязанности. Наиболее разумный компромисс — лишить собаку с дисплазией надежд на племенную деятельность, но постараться компенсировать недостаток лечением. Для успешного лечения важна ранняя диагностика дисплазии. При дисплазии тазобедренного сустава на рентгеновском снимке определяется более высокое расположение верхнего конца бедренной кости, скошенность верхнего края вертлужной впадины, задержка появления ядер окостенения в головке бедренной кости.

Медикаментозное лечение дисплазии достигло определенных успехов. Используют такие препараты, как артепарон, мукартрин, румалон, кореберон. Действующим началом кореберона является фторид натрия, который оказывает многостороннее влияние на дисбаланс между нарастанием и рассасыванием костного вещества. Его дозировку подбирают индивидуально, чаще — 1—2 драже по 1—2 раза в день. Артепарон, мукартрин и румалон, нормализующие жизнь хрящей и надкостницы, препятствующие деструкции костей и нарушениям подвижности суставов, вводят инъекционно, в ряде случаев непосредственно в место поражения. Это должен делать специалист, задачей которого является выбор дозы и схемы лечения. Весьма осторожно следует пользоваться гормональными корректорами кальциевого обмена. Так, кальцитрин, получаемый из щитовидных желез свиней, может эффективно усиливать остеосинтез у взрослых животных при системных нарушениях, сопровождающихся интенсивными перестройками скелета, но применять препарат с учетом многочисленных побочных эффектов следует под наблюдением компетентного врача.

Ортопедическое консервативное вправление вывиха у собаки малоэффективно. Обычно применяют оперативное вправление дефекта — артрамия с артропластикой. Перед операцией и после нее используют физиотерапевтические методы. До операции: ультрафиолетовое облучение (как при рахите), массаж мышц бедра и ягодичных. В послеоперационный период рекомендуется УВЧ (на область сустава 12—15 минут ежедневно 10 дней), парафино-озокеритовые аппликации (48—50°С, 20—30 минут через день, начиная с 11-го послеоперационного дня), диадинамотерапия (при наличии болей) и электрогимнастика с 21-го дня после операции. Естественно, лечение сопровождается противовоспалительной терапией, общеукрепляющим питанием и моционом, разработкой подвижности сустава.

Еще один дефект скелета — хондродистрофия — внешне проявляется резким укорочение конечностей. Хотя имеются указания на то, что хондродистрофики могут появиться при гриппоподобных заболеваниях матери в определенный период беременности, однако скорее всего хондродистрофия относится к типичным генетическим болезням. Понятно, что терапия в этом случае практически безнадежна, но эта болезнь не затрагивает, как правило, функций нервной системы и других органов. Именно поэтому многие породы собак являются поголовными хондродис-трофиками — таксы, бракки, бассеты, шелти и т.д. Если же хондродистро-фик появился в помете немецкой овчарки, добермана или борзой, то ни о какой карьере этого песика думать не следует (более того — он бросает тень на родителей и однопометников, как носителей дефектного гена), но любить его и пользоваться его любовью хозяин сможет наравне с другими.

Наконец, весьма частой причиной дефектов конечностей собаки являются травмы костей и мышечно-связочного аппарата (относительно последнего см. гл.5). Перелом кости обычно сопровождается разрывом сосудов, поэтому часть кости, ближайшая к месту перелома, отмирает. В пережившей ткани уже через 48 часов после перелома начинается массовое деление клеток надкостницы и эндоста (внутренней части кости). Разрастающаяся регенерационная ткань охватывает концы обломков кости и соединяет последние, образуя временную «костную мозоль». Строение костной мозоли может быть различным. В тех местах, куда быстро прорастают кровеносные сосуды, быстрее возникают перекладины молодой костной ткани, спаивающей обломки кости. В тех участках мозоли, где врастание сосудов задерживается, развивается хрящевая ткань, окостеневающая впоследствии. Особенно ответственный момент регенерации — первые 10 дней, когда идет активное клеточное деление. При трещинах и переломах без смещения обломков течение восстановления сходно с ушибом — покой, полноценное питание, постепенное возобновление нагрузки. При переломах со смещениями обломков, кроме травмы собственно кости, имеется риск осложнений, связанных с повреждением соседних тканей — головного мозга при переломе костей черепа, спиного при переломах позвоночника, разрывы внутренних органов при переломах костей грудной клетки, гематомы при повреждении крупных сосудов, разрывы мочевого пузыря и мочеточечников при переломе костей таза и др. Необходима иммобилизация (обездвиживание), прекращение кровопотери. Обязательна рентгенограмма. Лечение переломов со смещением обломков костей проводится ветеринаром-хирургом, который должен не только восстановить положение обломков, но и зафиксировать их специальными наружными (гипс, чрезкожные фиксаторы) или внутренними приспособлениями. В ряде случаев после сложнейших переломов удается полностью восстановить конечность благодаря фиксаторам для погруженного остеосинтеза При восстановлении кости назначают комплекс физиотерапевтических мер, направленных на обезболивание, улучшение кровоснабжения, ликвидацию отека и мышечного спазма, стимуляцию костного заживления и функций поврежденной конечности.

В первые 2 недели после перелома рекомендуются:

— новокаин-адреналин-электрофорез на область перелома 20 мин ежедневно;

— УВЧ — недельный курс по 8—10 минут ежедневно;

— индуктотермия малым диском по 15—20 минут (с 6-го по 15-й день);

— с 3-го дня легкий массаж сегментарной зоны.

Через 2 недели:

— кальций-электрофорез, 20 минут ежедневно;

— ультразвуковая терапия области перелома, доза 0,4 Вт/см2, 5—7 минут через день;

— массаж;

— электростимуляция функционально ослабленных мышц.

Поздними осложнениями закрытых переломов из-за замедленного образования костной мозоли может быть формирование ложного сустава. При этом возникает подвижность кости в месте ложного сустава, атрофия и деформация соответствующих сегментов конечности и нарушение ее функции. Такие собаки выбраковываются, хотя, например, сука черного терьера Байда, оставшаяся после тяжелой автомобильной катастрофы инвалидом с двумя ложными суставами, еще долгие годы отлично несла караульную службу и дала несколько пометов великолепных щенков.

На рентгенограмме ложного сустава определяется наличие поперечной щели или дефекта концов с закрытыми костно-мозговыми каналами. Лечение — оперативное, с пред- и послеоперационным физиотерапевтическим воздействием.

В устранении дефектов конечностей, как и всего костного скелета собаки, трудно переоценить роль правильного питания и моциона, оптимально подобранного режима физической нагрузки.
ГЛАВА 5. МУСКУЛАТУРА 

Мышечная система, рельефно моделирующая тело собаки, обеспечивает подвижность, придает собаке характерный облик гибкого, проворного хищника, способного к длительному бегу. Породная селекция, конечно, отразилась на характере мускулатуры собак, специализированных на различных видах служб: у собак декоративных пород мускулатура часто нивелирована, у бойцовых и защитно-караульных — гипертрофирована.
5.1. СТРУКТУРА И ФУНКЦИИ МЫШЕЧНОЙ СИСТЕМЫ 

Подвижность частям тела животного придает сократительная способность мышечной системы, опирающаяся на восхитительное свойство контрактильных белков — агрегаты их молекул меняют свои размеры при взаимодействии. Основные белки сократительных структур — актин и миозин. Нити из этих белков образуют клеточные структуры, способные стягивать полюса клетки, к которым они прикреплены. При этом укорочение микрофиламентов (нитевидных структур цитоскелета) происходит не за счет укорочения самих молекул белков (актина и миозина), а за счет взаимного скольжения их внутри актомиозинового комплекса и уменьшения общей длины микрофиламентов. Белки одного типа как бы вдвигаются между белками другого типа, а ткань в целом сокращается с некоторым усилием, обеспечивающим выполнение работы по смещению частей тела. Эта работа может выражаться в сокращении длины мышцы (динамическая работа) или в напряжении (статическая работа), противодействующем ее растяжению (например, как при удержании груза на весу). Перемещение нитей актомиозинового комплекса требует затрат энергии и образования связей между его компонентами. Энергия, используемая на сокращение мышц, должна поставляться в виде АТФ (аденозинтрифосфорной кислоты) — основной конвертируемой формы энергии в организме, запасенной в виде макроэргического (богатого энергией) соединения. Связи между компонентами актомиозинового комплекса обеспечиваются кальцием (двухвалентный кальций способен образовывать кальциевые мостики между двумя отрицательно заряженными участками). Сокращенный актомиозиновый комплекс, израсходовав энергию на один контрактильный акт, снова расслабляется. Через долю секунды он опять способен к сокращению. Сократительные единицы, работая прерывисто по отдельности, все вместе способны обеспечить плавные движения в течение длительного времени.

Мышцы тела животного построены из двух сортов сократительных единиц, различающихся, кроме прочего, механизмом управления ими. Одни сократительные единицы, способные к самостоятельной возбудимости, представляют собой веретенообразные мышечные клетки с одним ядром. Другие существуют в виде цилиндрических мышечных волокон длиной до 12,5 см и диаметром около 0,1 мм. Они имеют много ядер (объединение многих клеток, видимое под микроскопом как поперечно-исчерченное волокно) и возбуждаются в основном в ответ на электрохимический сигнал нервных окончаний. Соответственно в структуре образующих мускулатуру мышечных клеток различают гладкую и поперечно-полосатую мышечные ткани. Последняя в свою очередь может быть скелетной и сердечной (по структуре и способу возбуждения как бы объединяющей свойства гладкой и поперечно-полосатой мышечных тканей).

Гладкая мускулатура входит в состав большинства внутренних органов, оболочек сосудов. Она обеспечивает относительно медленные движения и удержание в сжатом состоянии соответствующих структур (например, сфинктеров, просвета кишки и сосудов). Регуляция ее тонуса — важный инструмент в лечебной тактике при заболеваниях желудочно-кишечного тракта, нарушениях кровяного давления, тонуса мочевого пузыря и других видах патологии. Воздействия на гладкую мускулатуру опосредовано, конечно, отражаются на экстерьере и продуктивности животных, но пользование этими способами — прерогатива в первую очередь врача. В этой главе мы не рассматриваем коррекцию функций гладкой мускулатуры.

Скелетные мышцы имеют разнообразную форму, но все они характеризуются способностью к сокращению и расслаблению, регулируемым нервной системой. Большинство мышц на концах истончено и продолжается в сухожилия, посредством которых мышцы прикрепляются к костям. Иногда по ходу мышцы имеется одна или несколько сухожильных перемычек. Прикрепление мышц к сухожилиям или сухожильным прослойкам обеспечивается отростками мышечных волокон. Что касается связей отдельных мышечных волокон друг с другом, то они осуществляются соединительной тканью. Снаружи вся мышца окружена соединительнотканной оболочкой, от которой внутрь отходят тонкие прослойки этой ткани, одевающей каждое волокно. Мышца-орган — это не простая совокупность волокон, а сложная система мышечных и соединительнотканных элементов с множеством кровеносных сосудов и нервов.

К вспомогательным структурам мышц относятся фасции, влагалища сухожилий, сесамовидные кости, слизистые сумки и специальные блоки. Фасции — соединительнотканные пластины с большим количеством волокон, образующих фиброзный скелет. Фасции отделяют мышцы друг от друга и от сопредельных тканей. Выраженность фасций находится в прямой зависимости от функции мышц. В некоторых участках конечностей, где проходят многочисленные сухожилия, фасции, утолщаясь, образуют поперечные, или кольцевидные, связки, например, в области запястья или предплюсны. Синовиальные, или слизистые влагалища сухожилий располагаются вдоль сухожилий. В их полости имеется несколько капель синовиальной жидкости, обеспечивающей наилучшие условия для скольжения волокон друг относительно друга. Через синовиальное влагалище к сухожилию подходят сосуды и нервы. При их сдавливании избыточным содержимым синовиального влагалища может происходить некроз (омертвление) сухожилия. В области максимального напряжения сухожилий обычно расположены сесамовидные кости, лишенные надкостницы. Они повышают прочность сухожилия и служат для изменения угла прикрепления мышц. Одной из самых крупных сесамовидных костей является надколенная чашечка в сухожилии четырехглавой мышцы бедра.

Слизистые сумки — щелевидной формы тонкостенные полости, заполненные жидкостью, подобной синовии, или слизью. Чаще всего они находятся в местах наибольшей подвижности сухожилия, мышцы или кожи, способствуя уменьшению трения. Если сумки располагаются в области сустава, то часто сообщаются с полостью последнего, представляя как бы выворот капсулы сустава или ее синовиальной оболочки. В тех местах, где сухожилие скользит непосредственно по кости, на ней образуется выемка-блок, покрытая гиалиновым хрящом. Сухожилие в этом месте окружено слизистой сумкой, которая прикрепляется к кости по краю хряща блока и обеспечивает гладкое скольжение.

Структура мышц строго отражает их функции. Те из них, которые выполняют больше работы, развиты сильнее, чем те, которые работают мало. Питание работающей мышцы обеспечивается соответствующим поступлением в мышцу веществ с кровью. Для производства энергии в мышцы поставляются «топливо» и «окислитель», использование которых может идти как. в экстренном, так и в отсроченном режиме. В первом случае окисление происходит не до конца, но зато быстро (анаэробный гликолиз), а в другом «топливо» сжигается полностью до углекислого газа и воды, но это требует значительно больше кислорода и времени (аэробный гликолиз). Рассеивающаяся при сокращении мышц тепловая энергия служит для обогрева организма. Движения, обеспечиваемые скелетной мускулатурой, управляются нервной системой.

Повышение эффективности работы мышц может происходить по пути увеличения их размеров, улучшения кровообращения в мышце (улучшение снабжения питательными веществами и кислородом), совершенствования управления возбуждением и расслаблением, упрочения связочного аппарата и системы смазки трущихся поверхностей, усиления биохимических систем энергообеспечения (аэробного и анаэробного гликолиза) и др.
5.1.1. Мышцы головы 

Мышцы головы разделяются на мимические и жевательные. Первые отличаются тем, что начинаются на костях или фасциях и заканчиваются в коже. Часть мышц, группирующихся вокруг естественных отверстий, образует сфинктеры (способствуют сужению отверстия) или дилататоры (способствуют расширению отверстия).

На рисунке 5.1 представлены мимические мышцы головы. Их функция — обеспечение подвижности губ, углов рта, ноздрей, век, кожи морды, подбородка, щек, лба и др. Кроме утилитарного значения этих движений, важных для питания, дыхания, зрения и т.д., мимические мышцы обеспечивают коммуникативные связи между животными, так как выражение глаз, рта, положение губ, ушей, рельеф спинки носа играют сигнальное значение в общении животных между собой. Мимика собаки чрезвычайно разнообразна и передает различные психические состояния животного понятным для большинства животных образом. Некоторые выражения лица (в таком контексте иначе не назовешь) у собаки сходны с мимикой человека (рис. 5.2., 5.3.), другие понятны только наблюдательному собаководу из опыта общения с конкретной собакой. Нарушения работы мимических мышц могут вносить весьма существенные затруднения в коллективные действия животных, иногда в дикой природе это может стоить животному жизни. Велика роль мимических мышц и в экстерьерной оценке породистой собаки. Не зря в стандарте многих пород описание часто начинается с характерного выражения глаз, морды собаки.
 
Рис. 5.1. Наиболее функционально значимые мышцы головы собаки.

А — мимические мышцы: 1- подкожная мышца лица, 2 — круговая мышца рта, 3 — скуловая мышца, 4 — носогубной подниматель, 5 — круговая мышца глаза.

Б — жевательные мышцы: 1 — большая жевательная мышца (поверхностный и глубокий слои), 2 — височная мышца, 3 — двубрюшная мышца.
 
Рис. 5.2. Выражение гнева, злобы у собаки и у человека.
 
Рис. 5.3. Выражение удовольствия у собаки и у человека.

Отклонения в сторону усиления или ослабления породных признаков в экстерьере собаки могут быть связаны с особенностями работы мимических мышц. Так, недостаточный тонус подкожной мышцы рта, резцовых и клыковых мышц способствует появлению отвислых сырых губ у словацкого кувача. Слабость этих же мышц и скуловой мышцы ведет к обвисшим губам с отвислыми брылями, вяло висящими ушами, что является серьезным дефектом экстерьера ротвейлера. Вялость наружной щечной мышцы и круговой мышцы рта способствует свисанию верхней губы, симулирующему глубину морды — это идет на пользу экстерьеру английского бульдога и сенбернара, но может быть причиной выбраковки дога. Слабость скуловой мышцы для немецкой овчарки или шпица может стать причиной потери шансов на выставочную карьеру, так как она ведет к формированию висячих ушей. Развешанные уши, также связанные со слабостью скуловой мышцы, — порочный признак для собак ряда пород — лайки, скотча, добермана. Узкие ноздри, связанные со слабостью собственного поднимателя верхней губы и поперечной мышцы носа — порок английского бульдога, но достоинство борзой. Список может продолжить любой кинолог, знакомый с анатомией мышечной системы головы собаки.

Жевательные мышцы в связи с их более существенной, чем у мимических, работой значительно мощнее. Они начинаются от различных костей черепа и прикрепляются в основном к нижней челюсти. Их сокращение обеспечивает разнообразные движения челюстей по захвату, откусыванию и перетиранию твердой пищи. При нарушении акта жевания (например, из-за болевого очага в десне), недостаточной тренировке жевательных мышц (например, при кормлении пастообразной пищей) или по причине травматического характера могут возникать явления асимметричной или общей атрофии и слабости этих мышц. Слабость, спастическое сокращение отдельных мышц могут искажать внешний облик собаки. Так, мы наблюдали ротвейлера Пирра, у которого в зрелом возрасте была травматически нарушена функция височной и большой жевательной мышц на левой стороне головы. Спустя короткое время претерпела существенные изменения форма черепной части головы, выраженность затылочного бугра, положение левого уха и т.д.

Коррекция развития мышц, существенных для экстерьера конкретной породы и конкретной собаки, может дать заметный эффект в тех случаях, когда улучшение зависит от укрепления определенной группы мышц. Это достигается разумным использованием комплекса физиотерапевтических мероприятий.

1. Электростимуляция. Позволяет избирательно тренировать определенную группу мышц. Используют универсальный электроимпульсатор «УЭИ-1» с пуговчатыми электродами — катодом площадью 1,0—1,5 см2 и анодом 100—150 см2. Катод устанавливают на стимулируемой мышце, анод фиксируется на спине собаки. Раздражение мышцы вызывают импульсным током экспоненциальной формы с постепенным подъемом и спадом волны, частотой импульсов 0,5—1200 Гц, длительностью 0,02—300 мс. Процедуру повторяют ежедневно дважды по 10—15 минут в течение 2—3 недель. При необходимости после месячного перерыва курс повторяют.

2. Массаж. Проводится поглаживанием, легко, без напряжения, подушечками 2,3 и 4 пальцев обеих рук от ноздрей к ушам, от углов рта к ушам, от середины подбородка к ушам. Легкое поглаживание сменяется поколачиванием по тем же линиям, а затем — отдельно — недостаточно развитой мышцы. Массаж но 7—10 минут (10—12 процедур) делают ежедневно, в дальнейшем поддерживающий массаж — 1 раз в неделю.

3. Тренировка. Определив анатомическую причину дефекта, подбирают упражнения для тренировки ослабленной мышцы. Например, для мимических мышц бывает полезно затеять игру с собакой, во время которой хозяин дует в морду собаке и та морщится, напрягая соответствующую группу мышц. Для тренировки ослабленных жевательных мышц полезно дать собаке соответствующую игрушку и изменить консистенцию корма.

При повышенном тонусе мышц также возможны искажения экстерьера. Для их исправления может применяться индуктотермия — метод высокочастотной терапии (частота 13,56 мГц, длина волны 22,13 м). В мышце, подвергнутой воздействию магнитного поля, возникают индукционные (вихревые) токи. Применяют слабые тепловые дозы. Продолжительность процедур 15—20 минут, курс лечения 10—15 сеансов ежедневно или через день.
5.1.2. Мышцы туловища и конечностей 

Мускульный кожух туловища состоит из мышц шеи, плечевого пояса, грудной и брюшной стенки, наружных (дорсальных) и внутренних (вентральных) мышц позвоночного столба, мышц конечностей (рис. 5.4.). Эти мышцы обеспечивают важные показатели экстерьера собаки — ширину и выход шеи, выраженность холки, массивность грудной клетки и ее рельеф, прочность спины и т.д. Недостаточное развитие этих мышц может не только портить экстерьер собаки, но и снижать ее работоспособность. Причинами дефектов мускульного покрова шеи и корпуса собаки могут быть недостаточная тренированность животного, неправильное кормление, нарушение нервно-эндокринной регуляции развития мышц и мышечного сокращения. Тренировки и кормление, необходимые для правильного развития мускулатуры собаки, достаточно описаны в кинологической и общей литературе. Остановимся на корригирующих воздействиях, необходимых для нормализации проводимости возбуждения в мышце, компенсирующих дефицит тренировки и усиливающих наращивание мышечной массы.
 
Рис. 5.4. Мускулатура туловища и конечностей.

1 — ключично-плечевая часть плечеголовной мышцы, 2 — плечеголовная мышца, 3 — трапециевидная мышца, 4 — дельтовидная мышца, 5, 6 — трехглавая мышца плеча, 7 — широчайшая мышца спины, 8 — глубокая грудная мышца, 9 — прямая мышца живота, 10, 11 — большая поясничная мышца, 12 — портняжная мышца, 13 — двуглавая мышца бедра.

Мускулатура шеи и корпуса может быть подкорректирована медикаментозным и физиотерапевтическим путем. Выбор конкретного метода зависит от причины неудовлетворительного состояния мускулатуры. При недостаточной возбудимости мышц медикаментозная коррекция должна быть направлена на сохранение ацетилхолина — особого вещества в организме животного, обеспечивающего передачу возбуждения с нервных волокон на мышцу. Разрушается же ацетилхолин (в норме после выполнения своей функции — разового возбуждения сокращения мышцы) под влиянием фермента холинэстеразы. Воздействуя на холинэстеразу, можно управлять сократимостью скелетной мускулатуры. Препараты, разрушающие холинэстеразу — антихолинэстеразные вещества, необходимы для устранения мышечной слабости. К таким препаратам относятся следующие.

1. Прозерин, назначается по 0,1 мл под кожу в виде 0,05%-ного раствора в течение 25—30 дней.

2. Галантамина гидробромид, назначается под кожу по 25 мг 2 раза в сутки в течение 25—30 дней.

3. Оксазил, назначается внутрь по 2,5 мг 2 раза в сутки в течение 2—3 недель.

4. Пиридоксигмина бромид, действует слабее, чем первые три препарата, но менее токсичен, применяется внутримышечно по 1 мл 0,5%-ного раствора в течение месяца.

Щенкам первого месяца жизни антихолинэстеразные вещества не назначают.

Кроме того, при мышечной слабости рекомендуется назначение мине-ралокортикоидов гормонов надпочечников, регулирующих минеральный обмен. Их действие заключается в задержке ионов натрия и усиления выделения ионов калия тканями организма, что в итоге ведет к повышению тонуса и работоспособности мышц.

Назначают:

1. Дезоксикортикостерона ацетат по 0,5 мл 0,5%-ного масляного раствора 3 раза в неделю до наступления эффекта, после чего 1—2 раза в неделю, курс лечения — 10—20 инъекций.

2. Дезоксикортикостерона триметилацетат по 0,5 мл 2,5%-ной водной мелкокристаллической суспензии 1 раз в 2 недели до получения эффекта.

Параллельно назначают калия хлорид внутрь по 0,5 столовой ложки 10%-ного раствора 4—5 раз в день после еды. Калий обеспечивает нормализацию биоэлектических процессов, связанных с возбуждением и проводимостью нервной и мышечной тканей. В качестве вещества, нормализующего концентрацию электролитов в клетках организма, назначают спиронолактон — антагонист коркового вещества надпочечников — альдостерона. Спироналактон дается внутрь по 25 мг 2 раза в сутки. После достижения эффекта дозу постепенно уменьшают. Курс лечения — 2—3 недели.

Тонизирующее влияние на скелетные мышцы оказывает пантокрин — спиртово-водный экстракт пантов оленей. Назначают по 5—10 капель 2—4 раза в день в течение 2—3 недель.

С целью повышения мышечного тонуса назначается стрихнина нитрат (до еды по 25 мкг 2 раза в сутки). Щенкам до 3 месяцев этот препарат не назначают.

Могут быть использованы также адреномиметические вещества, участвующие в управлении мышечным сокращением. К их числу принадлежит эфедрина гидрохлорид. Назначают по 0,5 мл 5%-ного раствора подкожно.

Для стимуляции центральной нервной системы и усиления ее воздействия на мышечный тонус используется фенамин — внутрь после еды по 25 мг 1—2 раза в первой половине дня.

Общеукрепляющий эффект, необходимый при лечении миастении (мышечной слабости), достигается с помощью направленной витаминотерапии

1. Тиамина хлорид (витамин В,) по 0,25 мл 5%-ного раствора через день в течение 40 дней.

2. Цианкоболамина (витамин В12) по 0,25 мл 0,25%-ного раствора 2 раза в неделю в течение месяца.

Наряду с медикаментозной терапией при мышечной слабости полезно использовать следующие физиотерапевтические приемы.

1. Прозерин-электрофорез на пораженные мышцы по 15—20 минут.

2. Галантамин-электрофорез по той же схеме.

3. Калий-электрофорез общий по Вермелю 20—30 минут через день.

4. Соллюкс на пораженную область, 5 минут ежедневно в сочетании с йод-электрофорезом.

5. УВЧ поле на область пораженной мышцы, 4—5 минут через день, доза нетепловая — 10—15 сеансов.

Для коррекции статей экстерьера, связанных с функцией отдельных мышц и мышечных групп, иногда приходится прибегать к хирургическому вмешательству. Например, положение хвоста собаки, как правило, четко оговариваемое стандартом породы, определяется работой следующей группы мышц: короткого и длинного поднимателей хвоета, короткого и длинного опускателей хвоста, добавочной и хвостовой мышц (см. рис. 5.4.). Укрепление поднимателей в противовес опускателям ведет к тому, что хвост окажется закинутым на спину и наоборот — укрепление опускателей способствует опущенному положению хвоста. При недостаточности консервативных способов коррекции положения хвоста может быть применено хирургическое вмешательство. Полная перерезка поднимателей приводит хвост в висячее положение, а перерезка опускателей — к резкому отклонению хвоста вверх. Пластика хвостовой и добавочной мышц хвоста может сместить хвост в сторону. Подбирая степень воздействия консервативными методами коррекции и объем хирургического вмешательства на той или иной группе мышц, хирург может придать хвосту собаки практически любое положение.

При внимательном рассмотрении атласа мускулатуры собаки читатель обнаружит, что отдельные мышцы и мышечные группы функционально дополняют и дублируют друг друга. Опорно-двигательный аппарат работает как единое целое, части которого тонко скоординированы между собой. Но так же как нарушения работы этого сложного механизма часто оказываются связанными с дефектами отдельных частей этого механизма, так и улучшения его работы часто достигаются при адресном воздействии на определенную группу мышц. В целях адресной коррекции определенной группы мышц хорошие результаты дает электрогимнастика. Суть ее состоит в том, что с помощью внешнего электрического раздражителя вызываются сокращения отдельной мышцы (в эксперименте удается заставить сокращаться даже отдельное мышечное волокно) в принудительном режиме. Принудительная «гимнастика» не только укрепляет мышцу, но и может это делать независимо от других мышц, остающихся в покое. Для электростимуляции сокращений используют импульсный низкочастотный ток. Режимы стимуляции мышц при электрогимнастике предусматривают использование следующих видов токов:

1. Тетанизирующий, частота импульсов 100 в секунду, длительность 1 мс, обеспечивает легкую электрогимнастику.

2. Экспоненциальный, плавно нарастающей и плавно спадающей формы, частота импульсов 5—80 в секунду, длительность 3—60 мс. Применяется для электрогимнастики глубоко расположенных мышц, а также для более активного наращивания мышечной силы. Для электростимуляции мышц используют аппарат АСМ-3 или аналогичные приборы, используемые в спортзалах для бодибилдинга у людей.
5.2. ОБЩИЕ АСПЕКТЫ КОРРЕКЦИИ МЫШЕЧНОЙ МАССЫ 

Мускулатура животного не является чем-то раз навсегда данным. Она развивается по мере роста животного, меняется в соответствии с текущими потребностями организма и атрофируется при старении и снижении двигательной активности. Онтогенетические аспекты фармакофизиологии организма подробно рассмотрены в главе 9. Однако их нельзя обойти при рассмотрении способов коррекции мышечной массы собаки. Можно выделить три этапа становления мускулатуры собаки, отличающиеся функциональной ролью этой системы и способами воздействия на нее. Это:

1) антенатальный (внутриутробный) период, когда скелетная мускулатура выполняет циркуляторную функцию (обеспечивает кровообращение);

2) ранний поетнатальный период (первый месяц жизни), когда тонический характер мышечной активности обеспечивает в основном терморегуляторную функцию, ползанье и сосание;

3) переходный к зрелости (1—4 месяца), когда деятельность скелетной мускулатуры переключается на антигравитационные и локомоторные функции.

Установлено, что в первые два указанные периода интенсивность роста мышечной массы во многом зависит от высокого тонуса симпатического отдела вегетативной нервной системы. Вегетативная нервная система, управляющая внутренними органами, является более древней, чем система, обеспечивающая высшую нервную деятельность. Она представлена симпатическим и парасимпатическим отделами. В симпатическом отделе передача сигналов в нервных окончаниях осуществляется биогенными аминами — адреналином, норадреналином и другими катехоламинами (веществами, имеющими сходство структуры молекулы и физиологических эффектов с адреналином). Парасимпатический отдел функционирует с помощью биогенных аминов несколько иного характера — типа ацетилхолина, упоминавшегося выше. Не углубляясь в подробности, перечислим вещества, являющиеся катехоламинами или обладающие подобной активностью, дача которых в первый месяц жизни щенка может способствовать наращиванию мышечной массы.

Адреналин дается в виде капель через рот из расчета 0,3 мкг/кг 1—2 раза в день. Эфедрин, близкий по действию к адреналину, можно вводить подкожно в дозе 2 мг 1—2 раза в день. Нафтизин, санорин, галазолин и их аналоги обладают, подобно другим катехоламинам, возбуждающим действием на адренореактивные системы. Вводятся через нос по капле в ноздрю.

Для получения эффекта, сходного с действием катехоламинов, применяют средства, разрушающие биогенные амины парасимпатического действия — ацетидхолин и его аналоги. Такие вещества называют холинолити-ками. К ним относятся: атропин, который назначают внутрь по 0,1—0,2 мг 1—2 раза в сутки в виде порошков либо под кожу 0,1—0,25 мл 0,1%-ного раствора. Таблетированный препарат «Келатрин», действующим началом которого также служит атропин, дают по 0,5—1 таблетке 1—2 раза в сутки. В таблетках «Корбелла», покрытых оболочкой, содержится экстракт корня красавки, обладающий атропинопсдобным действием. «Корбелла» можно давать щенку по половине таблетки 1—2 раза в день. Платифиллина гидротартрат 0,2%-ный назначают по 0,5—1,0 мл внутримышечно.

Препараты, обладающие действием по типу катехоламинов и холинолитиков, назначаются на срок 10—15 дней. Через 2 недели возможно повторное воздействие. Побочными эффектами могут быть возбуждение животного и сердцебиение.

При необходимости снизить интенсивность наращивания мышечной массы (например, у собак тех пород, в которых ценится субтильность) могут быть использованы препараты, истощающие запасы катехоламинов. Так, введение резерпина в дозе 3,5 мг/кг (можно через рот) ежедневно в течение первого месяца жизни щенка может привести к существенной задержке темпов роста собаки. Для служебных собак этот эффект является нежелательным, побочным при вынужденном по показаниям введении лекарств, но для мелких декоративных пород может быть с успехом использован для выращивания сверхминиатюрных экземпляров.

В тех случаях, когда целью фармакокоррекции мускулатуры щенка является выращивание той-собаки, определенное значение может иметь введение веществ для усиления холинергических механизмов. Например, можно вводить ацетилхолин подкожно или внутримышечно в дозе 1—2 мг в сутки. Введение холинергических препаратов для ретардации (задержки) роста щенков эффективно лишь в первые 30—40 дней их жизни. В этот же период подобный эффект может быть достигнут гипоксической экспозицией в барокамере на высоте 4 тыс. м в течение 3 часов ежедневно.

Таким образом, в зависимости от желания собаковода перечисленные приемы позволяют стимулировать или тормозить наращивание щенком мышечной массы в самом начале жизни собаки.

С приближением зрелости в естественном управлении приростом мышечной массы все большую роль начинают играть половые гормоны, В общих чертах тенденция такова, что женские половые гормоны способствуют накоплению биомассы в виде жировых отложений, а мужские гормоны (андрогены) понуждают организм к наращиванию мускулатуры. Этим можно воспользоваться для искусственного регулирования роста мышц.

Анаболические миотропные эффекты андрогенов достаточно известны и, по правде говоря, широко используются людьми в спорте и культуризме. Вещества, называемые анаболиками, вызывают задержку в организме азота, фосфора, кальция и стимулируют синтез белков, особенно в мышцах и костях. Назначая собакам стероиды, а также вещества иной структуры, но обладающие анаболическим эффектом, можно резко усилить биохимическую основу построения мышц. Следует, однако, заметить, что без физической нагрузки наращиваемая с помощью анаболиков мышечная масса получается достаточно аморфной, нерельефной. Силу и рельеф мускулатуре придает сочетание стимуляции синтеза белков анаболиками с тренировками. Особенно существенный эффект для формирования рельефной мускулатуры имеет сочетание курса анаболиков с электрогимнастикой наиболее эффектных для внешнего вида животного мышечных групп.

Метандростенолон (дианабол, неробол) назначают из расчета 0,05 мг/кг массы животного. Суточную дозу дают в два приема с пищей (в 1 таблетке 5 мг активного вещества). Курс препарата не должен длиться более 4 недель. Через 6—8 недель дачу препарата можно возобновить. Побочными эффектами применения анаболиков может быть повышение агрессивности, дисгармония в половой сфере. После введения анаболиков сукам у них могут возникать нарушения течки, щенности, лактации.

Феноболин (дураболин, нераболил, нандролон-фенилпропионат) вводят внутримышечно в виде масляного раствора. Это активный, длительно действующий анаболический стероид. Его доза — 1,0—1,5 мг/кг в месяц (по 1/4—1/3 этой дозы вводят каждые 7—10 дней). Длительность введения 1,5—2 месяца. После месячного перерыва возможно повторение воздействия.

Ретаболил обладает сильным и длительным анаболическим действием. После инъекции эффект наступает в первые 3 дня, достигает максимума к 7-му дню и продолжается не менее 3 недель. Препарат мало токсичен. Вводят внутримышечно в виде масляного раствора 0,5—1 мг/кг. С осторожностью назначают препарат при щенности, недостаточной функции печени и почек, декомпенсации сердца.

Андростендиола дипропионат (стенандиол) слабее выше перечисленных анаболических препаратов. Вводят внутримышечно в виде 5%-ного масляного раствора не более 1 мг/кг в сутки до 2 месяцев. Перерыв между курсами 2—3 месяца.

Метиландростендиол (тестодиол, стенедиол) применяется в виде таблеток из расчета 1—1,5 мг/кг, но не более 50 мг в сутки в течение 4 недель. Повторный курс возможен после 2—4-недельного перерыва. Препарат противопоказан при щенности, лактации, заболеваниях печени, нарушениях углеводного обмена.

Из анаболических нестероидных препаратов в первую очередь следует указать на оротат калия. Входящая в него оротовая кислота является исходным продуктом для биосинтеза уридиндифосфата, входящего в состав нуклеиновых кислот, которые участвуют в синтезе белков и нужны для размножения клеток (строительства хромосом для новых клеток). Потенцирует (усиливает) действие калия оротата одновременное введение собаке витамина В1Г. Калия оротат назначают в таблетках из расчета 10—20 мг/кг в сутки в 2—3 приема, витамин В12 по 100 мкг через день в течение 25—40 дней.

Хорошим анаболическим эффектом обладает рибоксин (инозин), улучшающий обменные и энергетические процессы в мышцах. Его назначают внутрь по 0,1—0,2 г 3 раза в день в течение 1—3 месяцев. Для тех же целей можно использовать карнитин хлорид. Его назначают по чайной ложке (20%-ный раствор) 2—3 раза в день перед едой. Карнитин улучшает аппетит, увеличивает мышечную массу и рост животного.

Вышеперечисленные препараты могут с некоторой периодичностью назначаться и взрослым животным (2—5 лет) при предъявлении повышенных требований к костно-мышечному аппарату животного, а также для поддержания формы стареющим особям (8—10 лет).

В случае повышения мышечных нагрузок в период соревнований, тренировок или интенсивной эксплуатации собаки полезно применение «Глутамевита» в таблетках, содержащих комплекс витаминов, микроэлементов и глутаминовую кислоту. Препарат повышает работоспособность (является актопротектором), резистентность организма и его адаптационные возможности. Он положительно влияет на умственную деятельность, уменьшает последствия стрессорных воздействий. Назначается по 1 таблетке 2 раза в сутки, при наиболее интенсивных нагрузках — 3 раза в сутки в течение 2—4 недель. Повторный курс — через 1—3 месяца. Хорошую поддержку организму в период высоких физических нагрузок оказывают другие комплексы витаминов — «Тетравит», «Юникап М» и т.д. (см. гл. 4).

Мышечное сокращение требует больших энергетических затрат, которые должны быстро восполняться. Как отмечалось выше, энергия для мышечной работы должна поступать в виде макроэргических соединений. К поставщикам энергии для мышц относится ряд препаратов-актопротекторов. Это, например, кислота аденозинтрифосфорная (АТФ). Для курсового воздействия назначают по 0,5 мл 1%-ного раствора АТФ в первые 2—3 дня, в последующие дни — по 0,5 мл 2 раза в день или 1 мл 1 раз в день внутримышечно (всего 30—40 инъекций), а затем перерыв 1—2 месяца.

Монокальциевая соль аденозинтрифосфорной кислоты. Выпускается во флаконах, содержащих 1 мл 3%-ного раствора препарата в глицерине. Перед употреблением флакон опускают в горячую воду и в него вводят 3 мл изотонического раствора натрия хлорида (физиологический раствор). Вводят внутримышечно 0,03 г (содержимое одного флакона) через день. На курс — 30—40 инъекций, перерыв между курсами 1—3 месяца.

МАП (мышечно-адениловый препарат). В 1 мл препарата содержится 2 г адениловой (аденозинмонофосфорной) кислоты. В состав препарата входят также фруктозодифосфорная и другие биологически активные кислоты. По механизму действия близок к АТФ. Назначается внутрь по 0,5—1 чайной ложке 2—3 раза в день на срок 1,5 месяца.

Применение вышеперечисленных препаратов на ослабленных животных является лечебным, а на здоровых для еще большего наращивания мускулатуры — допингом. Контроль за допинговой стимуляцией с помощью стероидных препаратов хотя и дорог, но не представляет принципиальных трудностей в связи с успехами спортивной медицины и лабораторных средств антидопингового контроля. Такой контроль строится на обнаружении искусственных стероидов и их производных в крови и моче. В собаководстве, однако, остановка не за методиками обнаружения допингов, а за тем, чтобы разработать нормативную базу, регламентирующую их применение.

Напротив, макроэргические актопротекторы, среди которых могут быть не только вышеперечисленные производные АТФ, но и такие, как различные цитохромы и факторы, необходимые для производства АТФ в самом организме, обнаружить крайне трудно, так как они практически не отличаются от естественных компонентов крови и тканей собаки. Столь же сложно доказать применение допингов в случаях, когда наращивание массы достигается стимуляцией аппетита или скармливанием специального рациона, обогащенного ценными нутриентами. Например, PedigreePAL Formula Plus — типичный корм-допинг, но до сих пор не возникало даже мысли запретить его применение на этом основании.

Таким образом, согласуясь с возможностями организма конкретной собаки, учитывая ее возраст и состояние грамотный собаковод может существенно и целенаправленно повлиять на формирование мускулатуры и опорно-мышечной системы в целом с помощью условий содержания, тренировки, физиотерапевтических и медикаментозных средств. Грамотный подход подразумевает не столько использование всего вышеперечисленного арсенала средств, сколько обоснованный подбор комплекса необходимых взаимодополняющих мер с минимальным риском для здоровья собаки.
5.3. КОРРЕКЦИЯ ДВИЖЕНИЙ 

Этот раздел с равным основанием мог быть включен, как в эту главу, так и в предыдущую, посвященную скелету, так как скелет и скелетная мускулатура выполняют общую функцию — опорно-двигательную. Следует также сразу признать, что материала для рекомендаций по коррекции аллюров собаки крайне недостаточно. Дело в том, что медицинские и ветеринарные разработки в этом направлении обычно ориентированы на помощь в случаях инвалидности, при которой необходимо дать пациенту возможность передвигаться, а задача красоты, гармонии движений медико-ветеринарную практику волновала значительно реже. В то же время собаковода, мечтающего о победах его питомца на ринге, значительно чаще, чем задача исправления недостатка той или иной части скелета или мускулатуры, интересует улучшение общего впечатления о характере движений собаки.

Сколь приятно видеть размеренные, плавные, уверенные движения собаки, легко меняющей аллюр в зависимости от требуемой скорости бега, полностью использующей грациозную силу своих мышц и рычагов! Если собака хороша в движениях, она словно не прилагает усилий, кажется, может без устали идти и бежать. Пружина позвоночника работает на рыси почти незаметно. Мышцы конечностей ритмично сокращаются, и в любой момент движения конечности от кончиков пальцев до плечевого (тазового) пояса сохраняют правильное положение и углы.

Конечно, ритм и основной аллюр собаки заданы генетически, но многое зависит и от тренировки. Даже бракуемый у многих пород аллюр — иноходь — может быть исправлен тренировкой. Велика роль хэндлера в представлении собаки на ринге — хороший хэндлер стушует многие недостатки динамики собаки, но его работа с ней должна начинаться задолго до ринга. Дефекты движений могут быть самые разные. То собака выворачивает локти при ходьбе, то припадает на лапу, то сближает скакательные суставы, то семенит, не раскрывая полностью углы рычагов, то виляет из стороны в сторону боками, то косо перемещается, то понуро плетется и т.д. Исправление недостатков движений начинается с анализа причин нарушений в аппарате движений. Это могут быть анатомические дефекты, болезненные явления, нарушения нервно-мышечного тонуса, антитренировка и др. Возможности коррекции анатомических дефектов в опорно-двигательной системе рассмотренны выше.

Для устранения дефектов движений, связанных с болевыми ощущениями, следует установить причину боли и место ее локализации. Одной из наиболее частых причин болезненности мышц является миозит (мышечное воспаление), который может быть результатом сильного переутомления, охлаждения, инфекции, травмы. При миозите появляется резкая или ноющая боль при движениях, животное «щадит» пораженную мышцу или группу мышц. Боль усиливается при ощупывании пораженной области. Могут появиться признаки интоксикации — повышение температуры, вялость, снижение аппетита. Некоторые собаководы не придают своевременно должного значения этому заболеванию, увеличивают нагрузку, стараются «расходить» больную конечность. У молодой ротвейлерши Сабины миозит, возникший из-за травмы, в результате неграмотной тактики владельца превратился в хроническое заболевание, от которого не удавалось избавиться более года. В острый период заболевания пораженным мышцам необходим покой, а затем щадящий режим с постепенным восстановлением нагрузки. В качестве медикаментозных средств используют препараты с выраженным противовоспалительным и обезболивающим эффектами: амидопирин в порошках, таблетках или микстуре по 0,025—0,05 г 3—4 раза в день; бутадиен в порошках или таблетках по 0,01—0,02 г 4 раза в сутки; анальгин по 0,025—0,05 г 3 раза в сутки; бенальгин по 1—2 таблетки 2—3 раза в день.

Кстати, свою первую выставку Сабина успешно прошла еще до полного выздоровления благодаря ударной дозе анальгина — 1 г за 30 минут до ринга.

На фоне медикаментозного, проводится физиотерапевтическое лечение.

1. Грелка, согревающий компресс.

2. Соллюкс, инфраруж, световая ванна на область поражения, 10—15 сеансов по 15 минут.

3. Ультразвук на область пораженной мышцы, через день, доза — 0,4—0,6 Вт/см2 по 5—10 минут.

4. УВЧ поле на область поражения, 10—12 минут ежедневно.

5. Дарсонвализация местная, 5 минут ежедневно.

6. Массаж поверхностный с переходом на средний, 10—15 минут 2 раза в день.

В некоторых случаях болевые ощущения могут быть связаны с невритом (воспалением нерва, обслуживающего группу мышц). Лечение неврита должно быть поручено врачу, но при острой необходимости на некоторое время снять боль и тем самым облегчить выступление своего питомца, собаковод может попросить врача или сделать сам новокаиновую блокаду пораженного нерва. Для блокады используют 2%-ный новокаин, которым обкалывают нервный путь к болезненной мышце.

По-видимому, некоторые из нарушений, связанные с недостаточной координацией тонких движений собаки, сродни паркинсонизму, так как антипаркинсоничеекие средства улучшают вид животных в движении. Среди антипаркинсонических средств следует выделить сермион, наком, амедин, амизол, норакин, медопар, беллазол. Схемы их применения, указанные в аннотациях каждого препарата, не могут быть механически перенесены на собаку для улучшения ее динамики. В каждом случае следует методом проб (начиная с минимальных доз) подбирать препарат и его дозу для конкретного животного.

Флегматичные и быстроутомляемые животные на ринге при испытании в движении выглядят вялыми, заторможенными, что резко ухудшает их вид. Кроме актопротекторов, о которых рассказано в предыдущем разделе, способных снижать утомляемость животного, в подобных случаях могут быть полезны тонизирующие и психостимулирующие средства (см. гл. 3, 10). Так, однократный прием беметила дает существенный актопротекторный эффект через 1—2 часа. Для длительного применения его назначают по 0,2—0,4 г 1—2 раза в день после еды курсами по 3—5 дней с 2—4-дневными интервалами.

Не каждый собаковод может себе позволить иметь профессионального хэндлера, но тогда он должен стать им сам хотя бы для своей собаки. Водить собаку — определенное искусство. К сожалению, далеко не все умеют делать это, казалось бы, простое упражнение. Наоборот, довольно часто на прогулках можно увидеть, как собаковод ведет свою собаку неправильно, тем самым вырабатывая и закрепляя у нее во время каждой прогулки вредные навыки координации движений. Это и есть антитренировка. Вместо выработки привычки к красивому хождению хозяин портит собаку. Один выбирает неправильную дистанцию между собой и собакой, другой тащит пса, третий сам висит грузом на шее своего питомца. Распространенными ошибками является неправильный темп движений (длина ног у дога и той-пуделя различается раз в 5—10, а иной хозяин задает и тому и другому одинаковый темп), отсутствие контакта между собакой и поводырем в движении, наступание на лапы животного и др. Противопоставить этому никакие лекарства нельзя, но можно специально приучить собаку к выставочной стойке и движениям. Кстати, на современных международных выставках характеру самостоятельных и в паре с хозяином движений собаки придают все большее значение.

Думаем, что радикальным средством исправления движений собаки могла бы стать тренировка на тредбане. Представьте себе: бегущая дорожка в специальном станке задает требуемый темп движений животного, снаряженного датчиками и электродами в узловых точках биомеханики тела. Тренировочный комплекс на тредбане должен работать в трех режимах: диагностическом, стимуляторном и дрессировочном. Для управления работой комплекса в него следует включить компьютер.

В диагностическом режиме ритмичные перемещения датчиков, закрепленных в узловых точках биомеханики конечностей и корпуса, позволяют и изучить индивидуальные особенности движений частей тела во время ходьбы и бега, а компьютер, сравнивая эти данные с данными идеальной модели для данной породы, выявляет основные дефекты и подсказывает пути их устранения.

В стимуляторном режиме электроды, зафиксированные на определенных мышцах, подают корректирующий сигнал, усиливающий сокращение недостаточно работающей мышцы или изменяющий момент сокращения ее в рабочем цикле движений животного.

В дрессировочном режиме через электроды подаются сигналы наказания и поощрения за неправильные и правильные движения. Такой компьютеризированный тренировочный комплекс для собак сегодня кажется Нью-Васюками, но по его продуктивности для науки и практики он может вскоре стать реальным тренажером для наших питомцев.
ГЛАВА 6. НАРУЖНЫЕ ПОКРОВЫ 

Наружные покровы играют важную роль в формировании впечатления об экстерьере собаки и одновременно выполняют важные физиологические функции в организме животного, а следовательно, дают основание судить о состоянии его здоровья и работоспособности. Почти все тело животного снаружи покрыто кожей (кроме глаз и слизистых оболочек рта, анального и мочеполового отверстий) и ее производными (шерсть, когти, подушечки пальцев и лап, мочка носа).
6.1. КОЖА И ЕЕ ПРОИЗВОДНЫЕ 

Кожа защищает организм от механических, физических и химических воздействий внешней среды, а также от проникновения в него с поверхности микроорганизмов. В среднем у собак кожа составляет около 8% массы тела. Постоянное, незаметное глазу шелушение кожи способствует ее механическому самоочищению. При вычесывании шерсти вместе с отшелушившимися чешуйками и продуктами кожных выделений с поверхности тела удаляется пыль, грязь. Кожа защищает внутренние ткани организма от губительного действия ультрафиолетовых лучей, вырабатывая для этого пигмент загара. Она обладает способностью нейтрализовать ядовитые продукты, попадающие на ее поверхность, предохраняет организм от перегрева и высыхания. Слабо кислая среда на поверхности кожи сдерживает развитие многих микробов.

Кожа активно участвует в обмене веществ. Через кожу происходит заметный газообмен. Продуцирование сала кожными жировыми железами и подкожное жировое депо — важные элементы обмена жиров. Кожа играет ключевую роль в обмене витамина D, а значит, оказывает существенное влияние на формирование скелета и функционирование многих внутренних органов. Регуляция состояния кожи организмом осуществляется с помощью сигнальных веществ (гормонов), участвующих также в регуляции и других важных физиологических функций — энергообмена, половой, выделительной и т.д. Нервные окончания обеспечивают чувствительность и образуют в коже рефлексогенные зоны, связанные с многими внутренними органами. Не случайно большинство болезней собак сопровождается «кожным синдромом». Именно благодаря такой многофункциональности и доступности наблюдению кожный покров является зеркалом состояния здоровья организма и ему уделяется соответствующее внимание кинологами-экспертами.

На рис. 6.1. схематически показано строение кожи. Самый поверхностный слой образован отмершими ороговевшими клетками. Под ним находится слой живых клеток, продуцирующих пласты рогового слоя. Это эпидермис. В клетках рогового слоя эпидермиса накапливается красящее вещество кожи — пигмент меланин. Каждая живая клетка эпидермиса в конце своего жизненного цикла превращается в роговую и в свой срок подлежит отшелушиванию. Полное обновление эпидермиса у собаки происходит примерно за месяц.

Под эпидермисом расположена основа кожи — дерма. Обилие коллагеновых волокон в клетках дермы придает коже прочность и эластичность. Внутри дермы располагаются сальные и потовые железы, волосяные фолликулы, кровеносные сосуды, мышцы-подниматели волос, нервные окончания. Этот слой обеспечивает питание кожи, кожную чувствительность, рост шерсти и ее движения.
 
Рис. 6.1. Схема строения кожи.

1- эпидермис, 2 — дерма, 3 — субэпидермальный слой, 4 — луковица и сосочек волоса, 5 — мускул, 6 — сальные железы, 7 — подшерсток, 8 — фоликулл пухового волоса, 9 — осевой волос, 10 — кровеносные сосуды.

Самый глубокий слой образован подкожной жировой клетчаткой. Подкожный жировой слой участвует в терморегуляции тела (как жировой экран и как резервный источник высокоэнергетичных веществ), в смягчении ударов по телу и в обеспечении подвижности кожи относительно нижележащей мускулатуры. Степень развития подкожного жирового слоя зависит от конституции собаки и ее кондиций. У собак с грубой, рыхлой конституцией этот слой развит существенно больше, чем у собак с крепкой и, особенно, с сухой конституцией. При недостаточных выставочных кондициях подкожный жировой слой утончен и сквозь него излишне проступают ребра, позвонки, суставы. При ожирении избыточный жировой слой не только увеличивает объем тела собаки, но и стирает нормальный рельеф мускулатуры. Толщина подкожного жирового слоя заметно отличается на разных частях тела: в основном она больше на спине и меньше на животе, больше на задней части и меньше на передней.

Производные кожи подразделяются на роговые (волосы, когти, подушечки лап, носовое зеркальце) и железистые (потовые, сальные, молочные железы). Потовые железы лежат в глубоких слоях дермы, частично погружаясь в подкожный слой. Их протоки обычно открываются порами на безволосой поверхности кожи. Кроме воды пот содержит мочевину, токсичные и некоторые другие продукты. У собак потовые железы развиты слабо. В заметном количестве они присутствуют только на подушечках лап и мочке носа.

Сальные железы у собак многочисленны. Их количество варьирует у разных пород собак. Тело сальных желез расположено в дерме, а их протоки почти всегда открываются в волосяные фолликулы (на головке полового члена — самостоятельными порами на поверхности). Сальные железы у собак отсутствуют на носовом зеркальце, подушечках лап, сосках. Смазка кожи и шерсти секретом сальных желез (салом) обеспечивает водоотталкивающие свойства поверхности, скольжение шерстинок, предотвращает пересыхание кожи, придает шерсти эластичность и блеск. С выделениями сальных желез из организма выводятся многие жирорастворимые яды, лекарства, продукты жирового обмена. Летучие компоненты выделений кожных желез образуют специфический запах животного (запах псины), особенно усиливающийся при намокании. Человек воспринимает запах псины как резко неприятный. По-видимому, хроматографией запахов можно эффективно и достаточно удобно (без проб крови) контролировать присутствие в организме собаки допингов. Становящиеся все более популярными аэрозоли, дезодоранты, спреи и др. не только доставляют приятность собаководам, но и маскируют выделение кожными железами запахов, характерных после применения ряда стимуляторов и других фармакологических средств.

О роговых производных кожи в связи с их особым значением во внешнем виде собак будет подробно рассказано ниже, одновременно с рассмотрением методов их коррекции.

В целом значение кожи как показателя состояния организма, как носителя многих породных отличий делает ее объектом внимания с точки зрения ветеринарии (включая допуск к выставке) и кинологической экспертизы, а значит, весьма актуальной для применения фармакофизиологической коррекции.
6.1.1. Потертости, мозоли, рубцы, эрозии 

Длительное местное воздействие раздражителей (давление, трение, химические агенты) на поверхность кожи вызывает повреждение наружных покровов. Шерстинки обламываются, редеют, появляется сухость и избыточное шелушение кожи[3]. Раздражение стимулирует развитие рогового слоя эпидермиса, утолщение которого служит защитой дерме и нижележащим органам от чрезмерно грубого воздействия. Поредение шерсти и перхоть ухудшают внешний вид животного. Еще больше портят внешний вид потертости и мозоли — оголенные, покрытые толстым роговым слоем пятна на теле собаки. Мозоль защищает кожу от дальнейшего истирания и от проникновения микробов через повреждаемое место. Потертости и мозоли, как правило, образуются у собак на выпуклых участках тела (локтевой и скакательный суставы, задняя поверхность плюсны, круп), а также на месте контакта кожи с неправильно подобранным снаряжением (намордником, ошейником, упряжью). У грузных, малоподвижных собак потертости и мозоли легко возникают от лежания на твердом полу, без мягкой подстилки. Распространены потертости у ездовых собак — в районе шеи и боков. Повышенной склонностью к образованию мозолей обладают пожилые животные.

Серьезный вред внешнему виду и состоянию собак наносят эрозии кожи аллергического или экзематозного типов. Первые связаны с бурной неадекватной реакцией иммунной системы на проникновение крупных биополимеров, особенно белков. Вещества, вызывающие аллергию (аллергены), могут содержаться в пище, попадать на кожу из некачественного снаряжения и парфюмерии, из окружающей среды, в качестве индивидуально непереносимого лекарства. Экзематозные поражения кожи обычно связаны с нарушениями трофики кожи и местными аутоиммунными процессами. Они чаще встречаются у собак с сырой конституцией. Главное звено в процессах образования подобных эрозий — гистамин. Гистамин накапливается в коже при распаде фагоцитов или при плохой его утилизации. Он вызывает зуд, местное раздражение, мокнущие язвы. Иногда эрозии кожи одновременно являются симптомами гастритов или язвенной болезни, в механизмах которых гистамин также принимает участие. Местная гигиена экзематозных язв (размачивание корок, содовые примочки и др.) облегчают состояние животного.

В качестве лечебных средств следует использовать антигистаминные препараты — димедрол, диазолин, супрастин, фенкарол, бикарфен, гистазол, тавегил, хлористый кальций и др. Выраженными антиаллергическими, противовоспалительными, противозудными и заживляющими свойствами при экземах обладают мази синафлан, лоринден А и С. Как правило, собака, заболевшая экземой, будет страдать склонностью к этому заболеванию всю жизнь. Полезно проследить, какие обстоятельства обостряют болезнь и какие препараты дают наилучший эффект у конкретного животного.

Глубокие повреждения кожи, нарушающие целостность дермы и достигающие подкожной жировой клетчатки и нижележащих тканей, глубокие порезы, рваные раны, ожоги и др. вызывают разрастание соединительной ткани на месте нарушения целостности кожи и могут после заживления оставлять непреходящие видимые следы. Много рубцов остается на теле рабочих охотничьих и бойцовых собак. Чем больше разрыв между краями раны, тем больший рубец останется на ее месте. Формирующаяся на месте раны рубцовая ткань существенно отличается от кожи — в ней отсутствует нормальная слоистая структура кожи, волосяные фолликулы, кожные железы, нервные окончания. Хотя рубец не должен снижать оценку, но внешний вид собаки, покрытой рубцами, не очень приятен. Кроме того, иногда рубец может мешать движениям животного или искажать рельеф поверхности смещением кожи (складок, разреза глаз, постава ушей, хвоста и др.).

Потертости и мозоли, в основе которых лежит разрастание рогового слоя эпидермиса (гиперкератоз), явления обратимые. Естественно, прежде всего следует выяснить причину хронического раздражения кожи и устранить ее. При необходимости ускорить восстановление кожи (застарелые обширные мозоли, близость даты ответственной выставки, ослабленный или немолодой организм и т.д.) приходится прибегать к фармакофизиологическим приемам ускорения регенерации кожи. Тактика лечения должна включать действия в трех направлениях: 1) торможение гиперкератоза, 2) размягчение ороговевшего слоя, 3) восстановление волосяного покрова.

Торможение гиперкератоза ускоряется изоляцией мозолистого участка повязкой или специальным пластырем для дополнительной защиты кожи. Такая изоляция обеспечивает также местный парниковый эффект, способствующий размягчению мозоли. Отшелушиваются целые пласты ороговевших клеток, уменьшается толщина эпидермиса, что облегчает местный газообмен и проникновение лечебных препаратов с поверхности в дерму.

Полезно использовать мази на основе лецитина и ланолина. Эти мази легко проникают внутрь кожи и служат пополнению запасов ценных веществ в ней. Хорошей чрезкожной проницаемостью обладают также спирт и, особенно, димексид (диметилсульфоксид), в которых могут быть растворены необходимые для местного лечения вещества — жирорастворимые витамины, стероиды и др. Димексид, усиливая местное кровообращение, сам оказывает благоприятный эффект на ход восстановления. Следует, однако, помнить о необходимой осторожности — димексид не рекомендуется использовать в концентрации выше 60%.

Для размягчения плотной застарелой мозоли может потребоваться применение ферментных препаратов — ронидазы или лидазы. Для этой же цели мы успешно применяем пищеварительные ферменты, вызывающие переваривание отмерших клеток. Это трипсин и химотрипсин, а также самостоятельно изготавливаемый порошок, содержащий комплекс кишечных ферментов. (Соскоб слизистой тонкой кишки кур, крыс, свиней и других доступных животных заливается охлажденным ацетоном (1:15), перетирается, взбалтывается и фильтруется. Осадок, после высушивания до исчезновения запаха ацетона, хранится в сухом прохладном месте без заметной потери активности ферментов в течение многих месяцев. Удаление воды и жиров ацетоном предотвращает развитие микрофлоры. Перед употреблением из порошка можно приготовить водный раствор или лучше мазь, водно-жировую эмульсию, гель на любой приемлемой основе.) В принципе тем же эффектом, хотя и более слабым, обладают народные приемы лечения мозоли прикладыванием к ней кусочка сырого мяса, среза луковицы и т.д. Эти процедуры проводятся 2—3 раза в день не менее, чем по 30—40 минут. Особенно быстро результат достигается чередованием различных мазей и составов для размягчения мозоли. После размягчения мозоли и удаления ороговевших пластов эпидермиса очищенное место еще несколько дней продолжают смазывать кремом для сухой кожи, мазью с ланолином или лецитином или же жировым раствором витамина А (лучше тетравит, содержащий эффективный комплекс витаминов A, D, Е и F).

Для ускорения роста шерсти на месте мозоли можно использовать естественную рефлекторную реакцию волосяных фолликулов на охлаждение. Местную обработку холодом проводят с помощью хлорэтила или более примитивным, но достаточно эффективным массажем лысого участка кожи холодным предметом (удобно пользоваться плотно завязанным полиэтиленовым мешочком, заполненным мелкими кусочками льда с солью — 10 г соли на 20—40 г льда). Холодовой массаж по 1—2 минуте повторяют 5—6 раз в день. Следует учитывать, что слишком сильная холодовая стимуляция фолликулов, вызывающая интенсивное деление продуктивных клеток, может приводить к тому, что эти клетки не успеют накопить достаточно пигмента и/или цементирующей субстанции, склеивающей роговые клетки волоса. Это может быть причиной появления седых волос.

Для стимуляции роста шерсти используют также слабые химические раздражители, например, втирания касторового или камфорного масел (растворенных в димексиде 1:1), а также ветеринарного препарата АСД (3-я фракция). Метод достаточно эффективен, но неудобен из-за резкого неприятного запаха.

Заимствованный из медицины физиотерапевтический прием д'арсонва-лизации в ветеринарии оказался еще более эффективным из-за особенностей физиологии волосяных фолликулов. Раздражителем для фолликулов при д'арсонвализации служит импульсный электрический ток высокой частоты (до 200 тыс. Гц) и высокого напряжения (до нескольких тысяч вольт). Д'арсонвализация вызывает раздражение кожных рецепторов, усиливает местное кровообращение, клеточный обмен веществ. Мощность воздействия подбирают индивидуально на уровне порога чувствительности собаки. Процедура проводится 1—2 раза в день по 2—8 минут с помощью гребешкового электрода, прикладываемого к лысому участку кожи.

Крайней мерой в борьбе с застарелыми, трудно поддающимися лечению мозолями, так же как и с рубцами, является хирургическое иссечение пораженного участка с последующим косметическим ушиванием раны.

Ликвидация рубцов обычно актуальна у собак гладкошерстных пород, склонных к дракам. Конечно, лучше всего не допускать образования заметных рубцов правильным и своевременным лечением раны. Это — задача ветеринарного врача, но могут возникнуть ситуации (на охоте, в походе), когда это должен и может сделать сам собаковод при наличии некоторых знаний. Рваную или резаную рану следует побыстрее очистить от грязи, инородных тел и разможженных некротизирующих (отмирающих) тканей. Туалет раны включает удаление раневых карманов, в которых может застаиваться гной, и дезинфекцию (раствором марганцовки, перекиси, фурацилина, зеленкой, спиртом и т.д.). Полезно применять для туалета раны ферментные препараты (например, ируксол).

Края очищенной раны сближают, следя за тем, чтобы натянутая кожа не искажала экстерьер собаки, и накладывают швы. Если рана глубокая и проникает в подкожную клетчатку и мышцы, то необходимо наложить многоэтажный шов — мыцщы сшиваются с мышцами, подкожная клетчатка с подкожной клетчаткой, а кожа с кожей. Для оттока гноя из глубины раны оставляют небольшое отверстие, в котором желательно временно поместить фитилек из кусочка бинта. Зрительно поперечный по отношению к направлению шерсти шрам более заметен, чем продольный. Длинный рубец косметически лучше замаскировать зигзагообразным (рис. 6.2.), формирование которого требует, однако, определенного искусства.
 
Рис. 6.2. Косметические швы.

1 — прямой поперечный к направлению шерсти резко выделяется.

2 и 3 формирование зигзагообразных косметических швов.

Большие по площади рубцы, например, вызванные ожогом, могут потребовать пересадки собственной или донорской кожи (в качестве доноров лучше использовать однопометников и ближайших родственников). Эту операцию должен выполнять хирург. Собаковод лишь должен напомнить врачу о вероятной выставочной карьере пострадавшего животного для того, чтобы пересаживаемые лоскуты кожи брались с подходящих по структуре шерсти участков тела.

Уже образовавшуюся рубцовую ткань можно уменьшить введением в нее лидазы (микроинъекции по 0,1 мл на расстоянии 6—8 мм друг от друга) или аналогичных ферментных препаратов (например, коллализин). 10-дневные курсы ежедневных инъекций можно повторять с перерывом 30 дней.
6.1.2. Кожные складки 

Во внешнем виде взрослых собак многих пород селекцией закреплены черты инфантилизма. К. Лоренц считал, что черты инфантилизма являются межвидовым сигналом, цель которого защитить детеныша. Понятна привлекательность инфантильных черт внешности для кинолога-селекционера. Одной из наиболее явных инфантильных черт у собак является обилие складок на голове. К породам, у которых ценятся кожные складки, относятся английские бульдоги, мастино неаполитано, мопсы, шарпеи и ряд других. Достаточно взглянуть на портрет английского бульдога начала и конца XX века (рис. 6.3.; цветная вкладка), чтобы увидеть сколь выразительные складки появились на голове этих собак благодаря усилиям селекционеров.
 
Рис. 6.3. Облик английского бульдога конца XIX (А) и конца XX (Б) веков.

Напротив, у многих пород ценится исключительно гладкая кожа, плотно облегающая стати головы и тела (рис. 6.4.; цветная вкладка). Это пойнтера, доги, борзые, доберманы, эрдели и др. Как правило, стремление к обтягивающей, без единой складки коже характерно для поклонников собак гладкошерстных и короткошерстных пород с сухим типом конституции. Однако у некоторых пород собак с грубой или рыхлой конституцией, хотя и допускаются брили, подвесы и иные кожные складки на некоторых частях тела, все же требуется исключительно плотно облегающая кожа лба, шеи, корпуса (например, у ротвейлера, бладхаунда).
 
Рис. 6.4. Портрет грейгаунда, Керк (Э 158—089—93, вл. И. Вистард). Точеная головка!

Владельцы собак одних пород идут на всякие ухищрения, чтобы подчеркнуть вожделенные складки, других — ищут способы избавиться от малейших складок и кожных провислостей.

Консервативные способы коррекции складчатости кожи заключаются в манипулировании диетой. Высококалорийная углеводистая пища способствует увеличению объемов тела собаки и, естественно, некоторому увеличению площади кожи, покрывающей ее. Резкое похудение собаки при переводе ее на ограниченный (но достаточный по белку) рацион накануне ответственного выступления способствует тому, что увеличивается складчатость кожи (в основном на корпусе). Этот мягкий прием применяют, например, на шарпеях. Противоположным образом поступают, когда стремятся убрать лишние складки на корпусе собаки — сначала умышленно поддерживают пониженные кондиции ограниченным рационом и усиленными физическими упражнениями, а затем, накануне выставки, быстро доводят кондиции собаки до выставочных.
 
Рис. 6.5. Удаление складки иссеканием кожного лоскута «слезкой».
 
Рис. 6.6. Формирование складки прошиванием кожи.

Радикальным средством коррекции складчатости кожи является пластическая хирургия. При необходимости убрать лишние складки из соответствующих мест иссекают кожные лоскуты «слезкой» (рис. 6.5.) и ушивают рану косметическим швом. Искусство состоит в том, чтобы не оставить характерных рубцов, которые могут быть распознаны экспертом. Следует также помнить, что «подтяжки» могут оставить улики в виде смещения смежных участков кожи и нарушения рисунка окраса.

Для обратной задачи — формирования недостающих складок, морщин, кроме самой техники пластической операции, важен подготовительный период, состоящий в растягивании кожи для подготовки ложа будущей складки. Пластическая операция может осуществляться с применением протеза и без него. Протез обычно используется для формирования массивной складки, например, высоко ценимой бульдожатниками так называемой «плюшки» над мочкой носа. Чаще используют силиконовый протез, для чего в намеченное место под кожу вводят силикон и формируют из него основу складки. Распознавание искусственной природы такой складки возможно при настороженности эксперта и определенном навыке, хотя вероятность обнаружения подделки во многом зависит от искусства хирурга-косметолога. Тонкий рельеф морщин на лбу или складок на теле может быть подправлен прошиванием формируемой складки многочисленными «матрасными» швами (рис. 6.6.). За несколько дней стянутые швом противоположные кожные поверхности складки (морщины) в местах прокалывания иглой при шитье срастаются и затем, после снятия швов и заживления, складка длительно сохраняется за счет межкожных спаек. В отдельных случаях при формировании складок прибегают к автопротезированию, т.е. в качестве протеза используют соединительнотканный или жировой протез из материала самого животного. Такой протез не отторгается, инкапсулируется и очень долго придает поверхности кожи требуемый рельеф. Проведение этой операции, как и распознавание вмешательства, требуют высокого мастерства. Идет соревнование эксперта и хирурга-косметолога. Устаревшим грубым приемом косметического улучшения кожного рельефа является введение под кожу агентов, вызывающих некроз тканей (например, хлористого кальция, 10%). На месте некротизированных тканей надолго остается затвердение, придающее выпуклость коже над этим местом. Нет нужды говорить о варварском характере этого метода и не очень точно прогнозируемой форме образованной выпуклости.
6.1.3. Пигментация кожи 

Цвет кожи зависит от плотности размещения в ней меланоцитов (пигментных клеток кожи), от количества и качества пигмента, вырабатываемого меланоцитами, и от глубины залегания кровеносных сосудов. Эти признаки достаточно стабильны в течение жизни собаки, хотя ввиду чувствительности меланоцитов к солнечному свету возможны сезонные колебания интенсивности окраски кожи. Заметный вклад в окрас кожи могут вносить пигменты, образующиеся из разрушаемого в печени гемоглобина крови и в норме выводимые из организма благодаря желчной секреции. При заболеваниях печени и нарушении желчевыделения (желтухах) кожа приобретает характерный желтый оттенок, одновременно желтый оттенок появляется на белках глаз. Желтуха как признак гепатита является предметом внимания ветеринара, однако неинфекционные вяло-протекающие нарушения функций печени (склонность к которым селекционно закреплена в генотипе собак некоторых пород) могут достаточно стабильно вносить вклад в пигментацию кожи.

Как правило, пигментация кожи совпадает с окрасом шерсти на этом же участке, но может и отличаться. У белых гладкошерстных собак пигментные пятна кожи хорошо различимы под шерстью. Пигментация кожи на теле, отличная от окраса шерсти у большинства пород, не регламентирована стандартом. Однако иногда она может иметь важное значение. Так, маленькие белые пятна (на подбородке, груди, хвосте) у черного терьера могут (особенно при умелой косметике) быть замаскированы под седину, допускаемую стандартом. Обнаружение депигментированного участка кожи под подозрительным местом указывает на белое пятно, являющееся недостатком, передающимся по наследству. Собаководы, подкрашивающие нежелательные в окрасе шерсти пятна, обычно забывают замаскировать депигментированный участок кожи. То же относится к «подправлению» окраса у пород, для которых желательны темные пятна — крап долматинов, рисунок подпала у черночепрачных доберманов, ротвейлеров и др. В тех случаях, когда мелкие пятна (крап) по корпусу нежелательны, собаководы иногда припудривают кожу собаки. Вычесывание влажной щеткой легко проявляет эти примитивные ухищрения.

Пигментация кожи приобретает особое значение, когда речь идет об окрасе мочки носа, маски (пигментация краев губ), «очков» (окрас краев век). Отклоняющийся от стандарта окрас этих обнаженных или лишь слегка прикрытых короткой шерстью участков кожи может квалифицироваться как существенный недостаток или даже как дисквалифицирующий порок. Например, у многих служебных пород неокрашенная или окрашенная не в тон шерсти мочка носа может лишить оценки безупречного во всех других отношениях пса. У многих пород (например, овчарок, коккеров, шпицов и др.) светлая мочка носа — серьезный недостаток или порок. Во всех этих случаях допускаемое небольшое (до 1/3 площади мочки) светлое пятно на мочке носа при выходе экспонента в бест-ин-шоу будет расценено как нежелательный признак. То же относится к пигментации кожи вокруг глаз (очки) у пород, предусматривающих в стандарте этот признак (боксеры, бульдоги, мастифы и др.).

Способы сокрытия подобного недостатка, кроме примитивного нанесения макияжа (обычно легко распознаваемого при внимательном отношении судьи к экспертизе), включают татуировку с применением соответствующего красителя[4]. Татуировкой обычно не удается достичь интенсивной черной окраски мочки носа, но даже у черных по окрасу собак при умелом подходе можно порок свести к недостатку. При допустимости осветленной пигментации полнота камуфляжа зависит только от искусства и оснащения татуировщика. Конечно, при внимательном рассмотрении краев пигментированного татуировкой пятна можно заподозрить подвох, но существующие правила экспертизы пока не дают оснований эксперту снять подобного экспонента с ринга.

Некоторое усиление пигментации кожи дает препарат псоберан, а ослабление — фогем.

Следует отметить, что у многих собак пигментация охватывает также слизистую рта. Чаще это наблюдается у черных собак. Так, среди черных терьеров достаточно часто встречаются собаки не только с окрашенной слизистой щек, десен и неба, но и с темными пятнами на языке. Кроме вкуса владельца в отношении «черной пасти», этот признак никак не отражается на достоинствах собаки. Кажется, только у чау-чау пигментация языка вошла в список оцениваемых породных признаков. Пигментация языка у чаушек до некоторой степени сходна с одним из симптомов пеллагры (болезни, вызываемой дефицитом витамина РР), однако вряд ли искусственное провоцирование этой болезни может окупиться сомнительным успехом на выставке.

Случаи полного отсутствия синтеза пигмента в организме животного — альбинизм — относительно редко встречаются. При полном альбинизме пигмент отсутствует даже в радужной оболочке глаз. Эта наследственная патология часто сопровождается потерей слуха и обоняния, дневной слепотой, нервными отклонениями. Как правило, полные альбиносы дискриминируются во всех породах. Устранение альбинизма фармакофизиологическими методами в настоящее время невозможно. Одни наши наивные знакомые, умилившись редким абсолютно белым щенком дога от голубых родителей уплатили за него максимальную цену, а затем обнаружили, что для их любимца выставочная карьера закрыта. В этом случае можно рекомендовать не тратить силы на попытки устранения этого недостатка, быть внимательней и грамотней при выборе щенка, а ошибившись — любить своего питомца таким, какой он есть. Из-за генетической природы альбинизма сокрытие недостатка с помощью татуировок и других ухищрений может привести к подвоху в отношении к будущим владельцам щенков от вашей собаки.
6.2. ШЕРСТНЫЙ ПОКРОВ 

Нет ни одной породы собак, шерстный покров которых не был бы детально регламентирован стандартом. Регламентируются длина, густота, структура, окрас шерсти. Кроме общей характеристики шерстного покрова, в стандарте четко оговаривается характер оброслости на отдельных статях животного и допустимость той или иной стрижки. Естественно, у породистых собак речь идет о требованиях больших, чем обязательный для всех собак уход за шерстью (вычесывание, мытье, изгнание паразитов), — опрятная здоровая шерсть является условием и показателем здоровья животного.
6.2.1. Общие сведения 

В шерсти различают три типа волос:

1. чувствительные (вибриссы),

2. остевые (покровные),

3. пуховые (подшерсток).

Чувствительные волосы самые немногочисленные. Они расположены у собак на губах, подбородке и на бровях. Они выполняют осязательную функцию и, по-видимому, функцию, подобную вкусу. Корень вибриссы снабжен значительным количеством нервов и кровеносных сосудов. Чувствительный волос в норме длиннее окружающей шерсти, он жесткий и почти прямой. Влияние этих волос на оценку экстерьера невелико, они хорошо заметны только у короткошерстных собак.

Остевой волос обычно доминирует по длине в шерстном покрове собак, создавая общее впечатление о ее оброслости. Остевые волосы могут быть прямыми, с изгибом и извитыми. Их функция — защита тела от ссадин (в подмышках и паху — от трения) и предотвращение сминания подпуши. Подшерсток, состоящий из многочисленных пуховых волос вокруг остевых (рис. 6.7.), является основным теплоизолятором собаки. Его развитие не равномерно по телу животного (больше на корпусе, меньше на голове, конечностях, в паху) и в различные сезоны года (в теплое время он может отсутствовать вовсе). Имеются также значительные породные и индивидуальные отличия в развитии подшерстка. Пуховой волос наиболее тонкий, нежный, с многочисленными извивами.
 
Рис. 6.7. Распределение первичных (1), вторичных (2) и третичных (3) волосяных фолликулов в плоскости кожи. Пакет волосяных фолликулов — 4.

Рост и развитие волос начинается с утолщения эпидермиса, на месте которого благодаря усиленному размножению клеток образуется зачаток в виде клеточного тяжа. Увеличивающийся в размере клеточный тяж погружается в дерму и на его конце образуется утолщение, постепенно формирующееся в волосяной фолликул. Из средней части эпителиального зачатка образуется впячивание, дающее начало сальной железе. В луковице фолликула клетки усиленно размножаются, давая начало стержню волоса. Раздвигая клетки эпителиального тяжа, стержень пробивает себе путь к поверхности кожи и выходит наружу. Удлинение стержня происходит его выталкиванием под давлением молодых клеток, образующихся в луковице. Клетки эпителия у выхода стержня наружу формируют волосяное влагалище. В дальнейшем вокруг корня развивается мускулатура, поднимающая волос. Все эти процессы происходят только в последние две недели внутриутробного развития щенка. Поэтому неблагоприятные воздействия в конце беременности могут отразиться врожденными нарушениями шерстного покрова. После рождения щенка число отпущенных ему волосяных фолликулов увеличиться не может, они могут только отмирать или менять свою продуктивность.

На поперечном срезе сформированного волоса при увеличении видны три слоя. Центральный — мозговое вещество волоса, состоит из живых и частично ороговевших клеток. Между этими клетками имеются полые пространства, не заполненные цементирующим веществом. Газовые пузырьки служат снижению теплопроводности волоса. Клетки центрального слоя содержат пигменты, определяющие окрас шерсти. У щенков и в пуховых волосах взрослых собак этот слой не выражен.

Вокруг мозгового слоя волоса расположен корковый слой, образующий основную массу стержня. Он придает волосу упругость, прочность, гибкость. В клетках коркового слоя накапливается белок кератин, определяющий механическую прочность волоса. С возрастом как в мозговом, так и в корковом слоях увеличивается количество и размер пузырьков, из за чего волос может казаться белесым, седым.

Наружная оболочка стержня — кутикула — состоит из плоских ороговевших клеток, налегающих, как черепица, друг на друга. Кутикула защищает волос от действия влаги, света, химических и механических повреждений.

Рост волос контролируется эндокринной системой организма. В ответ на температурный режим окружающей среды и продолжительность светового дня эндокринной системой вырабатываются факторы (гормоны), управляющие ростом и сменой волос. При согласованной массовой смене волос по всему телу собаки имеет место линька, обычно приуроченная к весеннему и осеннему сезонам. Локальное усиление роста или выпадение волос может быть спровоцировано действием локальных факторов, в том числе и активацией местных нервных окончаний.
6.2.2. Густота шерсти 

Густота шерсти определяется количеством активно продуцирующих фолликулов на единице площади кожи. Управлять этим показателем у взрослой собаки можно за счет искусственного включения большей или меньшей доли волосяных фолликулов в работу.

Рядом с каждым крупным волосяным фолликулом (первичным), из которого растет осевой волос, расположено несколько более мелких (вторичных) и зачаточных (третичных). Вторичные фолликулы продуцируют пуховой волос, один или несколько из одного фолликула. Зачаточные фолликулы в норме находятся в состоянии покоя. При необходимости они могут быть активированы.

С приближением линьки питание клеток луковицы продуцирующего фолликула ухудшается и клетки перестают делиться, часть их ороговевает и вместе с волосяным стержнем отделяется от живых клеток луковицы. В этот период интенсивное вычесывание шерсти ускоряет выпадение отмирающих, слабо держащихся в волосяном влагалище волос. Вычесывание и поредение (а значит, и снижение теплоизоляционных свойств) шерсти механически и через терморецепцию вызывают усиление местного кровотока и улучшение питания живых клеток луковицы. Начинается рост новых волос. Определенную роль в прекращении и возобновлении питания клеток играют гормоны, сходные с половыми. Именно поэтому приближение течки у суки, сопряженное с гормональной бурей, как правило, совпадает с линькой. В теплое время года на фоне удлиняющегося светового дня вторичные и третичные фолликулы после линьки остаются неактивными, летняя шерсть вырастает более редкой и без подшерстка. Зимой после линьки активируется максимальное число первичных, вторичных и частично третичных фолликулов. Естественно, уровень температурно-светового комфорта может вносить коррективы в сроки, интенсивность и результаты линьки у конкретной собаки. Источником индивидуальных особенностей являются также генетические отличия особи. Признак густоты шерсти явно наследуется как норма реакции на условия окружающей среды.

При таком понимании физиологии кожи очевидно, что физиологические методы эффективны как для повышения густоты шерсти, так и для умышленного порежения ее. Это не только условия содержания — в тепле дома или на дворе, в темной конуре или в светлом помещении с искусственным световым днем. Это и прогулки по морозцу (летом — купание в прохладной воде) или, наоборот, регулярное ношение теплого комбинезона, а также специальные процедуры: массажи, поглаживания холодным предметом, д'арсонвализация, втирание питательных и витаминных лосьонов в кожу. 2—3-недельную в среднем при обычных условиях линьку с помощью рекомендуемых средств можно сократить до 8—10 дней, что может оказаться весьма кстати из-за того, что выставки у нас обычно проводят весной и осенью — как раз в период линек.

Применение фармакологических средств стимуляции волосяных фолликулов может понадобиться при патологическом поредении шерсти, плешивости или появлении обширных облысевших участков кожи. Такое нарушение шерстного покрова само по себе не возникает. Необходимо вначале выяснить причину. К наиболее распространенным причина:: облысения относятся поражения, вызванные кожными паразитами, авитаминозом и гормональным дисбалансом.

Наиболее распространенные и вредные паразиты — блохи, чесоточный клещ, грибки-дерматофиты. Паразиты передаются при контактах с зара женной собакой или через предметы и места общего пользования. В шерсти собак паразиты находят подходящий температурный комфорт и питашн клетки кожи, волосяных фолликулов, продукты сальных желез и др. Паразиты разрушают здоровые клетки кожи, оставляют на коже токсичные продукты своей жизнедеятельности, вызывают зуд. Зуд вызывает повышенную механическую нагрузку на шерсть и кожу из-за постоянного саморасчесывания и самопогрызания, образующиеся ранки становятся воротами для дополнительной инфекции, в результате чего процесс может приобрести лавинообразный характер.

При клещевом дерматите паразит поселяется в толще кожи, как правило, в районе волосяного фолликула. На коже появляются узелки первоначально чаще всего в области надбровья, щек, локтей, вокруг глаз а затем и на других участках тела. В этих местах появляется покраснение кожи, утолщение ее, сморщивание, шелушение и, наконец, выпадением волос. Некоторые виды клещей (например, демодекс) могут не вызывают зуд, но тем не менее наносят ощутимый вред шерсти и самочувствию собаки.

В борьбе с паразитом при клещевом дерматите часто используют препараты на основе хлор- и фосфорорганических соединений (10%-ный раствор хлорофоса, водная эмульсия СК-9, 50%-ная эмульсия трихлормета фоса или карбофоса и др.). Лучше пользоваться менее токсичными препаратами на основе синтетических пиретроидов — стомазаном, эктомином, перетрумом и др. Наиболее эффективным средством является ивомек. Двукратная подкожная инъекция его освобождает собаку от кожных паразитов и круглых глистов. Ивомек может оказывать неблагоприятное влияние на печень, поэтому в период его введения собаку следует перевести на щадящий рацион с минимумом жиров. Ивомек категорически противопоказан собакам двух пород — колли и шелти. Отечественный аналог ивомека — аверсект.

В настоящее время большинство владельцев породистых собак защищает своих питомцев от насекомых специальными ошейниками. Продается много видов таких ошейников — от блох, от клещей, от тех и других паразитов. Они удобны и эффективны. Следует, однако, помнить, что продукция различных фирм может существенно различаться по качеству и длительности защитного действия, важно также следить за сроком годности ошейника. Поступают сведения о возможных индивидуальных аллергических реакциях на постоянное ношение такого ошейника (особенно у гладкошерстных пород). Если вы сменили тип ошейника на своей собаке, то проследите в течение недели-двух за состоянием кожи под ним. Как правило, после попадания противоблошиного ошейника в воду он теряет свои защитные свойства. Не следует забывать также старое средство от насекомых — в подстилку собаке закладывают горькую полынь, запах которой отпугивает насекомых.

Для грибковых поражений характерно выстригание пятен, обычно правильной формы, при полном отсутствии зуда. На безволосом участке, пораженном грибком, вскоре образуется корочка струпа. При сдирании этих струпов можно увидеть гноетечение. Дерматофитии (грибковые поражения кожи) вызываются обычно грибками микроспорус и трихофитон. Для уточнения вида грибка в конкретном случае обычно обращаются в лабораторию, где для выявления микроспории проверяют волосы с пораженного участка на флуоресцентное свечение в ультрафиолете. Трихофиты свечения не дают, но их диагностика может быть осуществлена по виду волос под микроскопом и по клинической картине заболевания. Диагностика вида грибка имеет вспомогательное значение, так как лечение в обоих случаях одинаковое, но при микроспории возникает опасность заражения человека так называемым стригущим лишаем.

Для борьбы с дерматофитами можно использовать наружно такие средства, как мазь «ям», 10%-ный раствор салициловой кислоты на 5%-ной настойке йода, 10%-ную настойку иода, мазь «юглон», «креолин», сангви-ритрин, фетимин и др. Эффективнейшим средством от дерматофитии на любой стадии болезни и для ее профилактики является вакцина «Поливак ТМ», которую вводят дважды с интервалом в 2 недели.

Не следует забывать, что одним из следствий заражения кожными паразитами часто является сильный зуд и он же является причиной осложнений из-за саморасчесов и попадания в образующиеся ранки микробов. Для борьбы с зудом параллельно с устранением его причин полезно понизить чувствительность и возбудимость животного. В этом помогут 1/2 таблетки димедрола, таблетка седуксена или феназепама. Полезны также чуть теплые ванночки и примочки, например, с чистотелом.

Авитаминоз как причина выпадения шерсти и плохого ее роста после линьки или растянутой линьки встречается у породистых выставочных собак относительно редко. Наиболее важными для нормального роста шерсти витаминами являются биотин (витамин Н), витамин А, витамин Е и некоторые другие. Среди животных продуктов, богатых биотипом, особенно выделяются почки. Скармливание продуктов, содержащих важные витамины, или дача аптечных витаминов (или ветеринарного препарата «пушновит») устраняет поредение шерсти из-за гиповитаминоза в течение 1—2 недель. В настоящее время собаководам доступны концентрированные корма, обогащенные витаминами Н, А, Е, F и др. Заметим, что в сыром белке яиц содержится авидин — антагонист биотина. Увлечение яйцами для «оздоровления» собаки может вызвать нехватку в организме витамина Н.

Причиной обширных стойких облысений у собак часто является нарушение гормонального баланса в организме (табл. 6.1.). Многие владельцы собак наблюдают у своих питомцев поздней весной, или даже в течение всего лета, поредение шерсти у основания хвоста, на крупе, вдоль спины, на нижней поверхности шеи, вокруг половых органов, реже на других участках тела. В тяжелых случаях облысение сохраняется в течение всего года с некоторой сезонной вариацией выраженности. Как правило, болезнь сопровождается кожным зудом, расчесами. Иногда расчесы настолько сильны, что животное причиняет себе глубокие раны, переходящие в мокнущие. Кожа в местах облысения становится плотной, сухой, блестит сквозь редкую шерсть. Усиливается шелушение, изменяется цвет кожи, иногда появляются отдельные пятна лилового оттенка.
Таблица 6.1. Основные изменения в коже и шерстном покрове собак при различных гормональных нарушениях

Это заболевание часто путают с авитаминозом, однако на самом деле оно связано с дефицитом гормона роста и избытком половых гормонов. Им болеют только половозрелые животные. Начало заболевания часто совпадает с линькой, течкой, ложной щенностью. Половые гормоны стимулируют ороговение продуктивных клеток волосяных фолликулов (выпадение волос). Гормон роста стимулирует размножение продуктивных клеток (рост шерсти). Определенную, хотя и не вполне ясную роль в этих процессах играет гормон гипофиза меланотропин, ответственный за жизнедеятельность меланоцитов (клеток, продукцирующих пигмент).

Нарушение тонкого физиологического баланса гормонов приводит к нарушениям смены шерстного покрова. Обычно причиной нарушений является избыток половых гормонов, который возникает из-за недостаточной переработки лишних молекул половых гормонов (стероидов) ферментом 17,20-лиазой. Недостаточность этого фермента может иметь наследственную природу (внимание, кинологи-селекционеры!). Наиболее подвержены этому заболеванию чау-чау, померанские шпицы, шарпеи, сеттеры. Нередок подобный дефект в генотипе немецких овчарок.

Избавиться от этого заболевания раз и навсегда удается крайне редко, эффект достигается постоянными усилиями. При склонности собаки к облысению по причине гормонального дисбаланса необходимо повышенное внимание к недопущению зуда — борьба с кожными паразитами, избегание обезжиривания кожи частыми купаниями или неправильным подбором шампуня. Это профилактика. Лечение, исходя из механизма патологии, должно заключаться в повышении концентрации гормона роста — увеличении активности фермента 17,20-лиазы. Оба препарата крайне дороги для искусственного введения и очень сложны для дозировки из-за обилия побочных эффектов (эти гормоны участвуют в регуляции очень многих физиологических функций). В своей практике мы пользуемся оригинальной методикой «перекрестного ингибирования» (подавления) — сукам вводим мужской половой гормон (тестостерон), а кобелям женский (фолликулин, эстрадиол и т. п.). Недельный курс ежедневных инъекций приносит ощутимые результаты. Лечение сопряжено с некоторым риском вмешательства в регуляцию половой сферы, но учитывая то, что оно направлено на исходно смещенный баланс мужских и женских половых гормонов, чаще попутно достигается положительный эффект и в отношении репродуктивной функции пациента.

При умеренном поражении хорошие результаты дает обильное втирание гормональных мазей — синафлана, оксикорта, преднизолона и др. Желательно чередовать втирание гормональных мазей с обильным втиранием растительных масел, богатых витаминами F, А, Е (облепиховое, оливковое), или препаратов «Тривит», «Тетравит». Полезно также использование линетола и кремов на его основе.

Метод перекрестного ингибирования половых гормонов в сочетании с местными процедурами эффективен не только при заболевании. Он может быть использован для повышения продуктивности волосяных фолликулов здоровой кожи.

Среди средств фармакологической стимуляции роста шерсти можно назвать препараты, содержащие дихлорэтилсульфид — мази антипсориатикум и псориазин. Эти препараты достаточно токсичны, поэтому перед их обширным применением следует определить индивидуальную чувствительность собаки к препарату на небольшом участке кожи. Если 2—3 дня применения мази не дали отрицательного эффекта, то можно расширить зону нанесения мази. Нельзя допускать вылизывания мази собакой, для чего следует накладывать повязку (пластырь) или одевать собаке воротник, ограничивающий движения головы. Мазь втирают в резиновых перчатках по направлению роста волоса во избежание воспаления волосяных луковиц. Через 5—6 дней собаку купают с шампунем и после недельного перерыва повторяют курс лечения. В продажу поступают две разновидности мази антипсориатикум — с повышенным (1:10 000) и пониженным (1:100 000) содержанием активного вещества. Лучше пользоваться менее концентрированной мазью.

Таким образом, устранение кожных нарушений и физиологичная стимуляция максимальной доли из имеющихся волосяных фолликулов обеспечивают увеличение густоты шерсти — столь желанного эффекта для поклонников многих пород собак. Депиляция (удаление волос) привлекает внимание поклонников весьма редких голых собак (перуанской, африканской и др.). Для этого, кроме физиологичных методов (повышение температуры окружающей среды), изредка пользуются соответствующими косметическими мазями.
6.2.3. Длина шерсти 

Если густота шерсти определяется численностью продуктивных волосяных фолликулов на коже собаки, то длина шерсти — продолжительностью активного деления продуктивных клеток в фолликулах. Активность делящихся клеток в волосяных фолликулах снижается по мере роста волоса и прекращается по достижению генетически обусловленного предела.

Длина шерсти генетически детерминируется как норма реакции. Так, в зависимости от условий существования на одной и той же собаке может вырастать заметно отличающаяся по длине шерсть. Например, длинношерстные тибетские доги, по наблюдениям У.Келлера, при перемещении из холодных районов Гималаев в теплую Индию со временем (после линьки) в значительной мере теряют длину шерсти. Эти же собаки, попадая в суровый климат Памира, вновь покрываются длинной шерстью. Подобные изменения происходили с доберман-пинчерами, немецкими овчарками и ирландскими сеттерами, завезенными из Германии в северные широты СССР. Собаки этих пород в холодном климате приобретают густой подшерсток и более длинный покровный волос. Мы наблюдали высокопородную догиню с символичным именем «Пурга», прожившую год во дворе и приобретшую густую шерсть длиной почти с овчарочью. Вероятно, следует учитывать региональное происхождение собак при экспертизе и сравнении по длине шерсти. В определенных пределах особь из южного региона, имеющая более короткую шерсть, чем соперник из северного региона, может обладать большим генетическим потенциалом по признаку длинной шерсти.

Для управления длиной шерсти собак могут применяться фармакологические средства. Это миноксидил, мази антипсориатикум и псориазин и др. О технике применения двух последних мазей и необходимой предосторожности в пользовании ими написано выше.

Удлинение шерсти — заманчивая перспектива для владельцев собак многих пород. Бытует много непроверенных народных рецептов препаратов, способствующих отращиванию длинной шерсти (один из них — втирание касторового масла). Эффективность их сомнительна. Периодически появляются сенсационные наукообразные сообщения о новых средствах для ращения волос. Рекламируемые «патентованные» средства, как правило, являются более или менее эффективными комплексами витаминов и микроэлементов, действительно полезными (см. предыдущий раздел), но не радикальными и не избирательно стимулирующими именно рост шерсти. Насущная потребность в препаратах, усиливающих рост шерсти, по-видимому, действительно рано или поздно приведет к их созданию, но пока успехи в этом направлении недостаточно подтверждаются фактами.

В начале 70-х годов появились сообщения о разработке сибирскими учеными препарата «Мивал» на основе кремний-органических соединений. Сообщение сопровождалось фотографиями подопытных морских свинок с длинной (до 13—15 см) шерстью, якобы выросшей после обработки мивалом. Затем появились публикации, ставящие под сомнение достоверность этой информации. Подозрения, казалось, навсегда похоронили новинку в качестве панацеи для многочисленных жаждущих отращивать волосы и шерсть. После длительного молчания появились сведения о том, что препарат достаточно успешно прошел официальные испытания в качестве медицинского средства для ращения волос при некоторых видах облысения. В кратких рекламных сообщениях трудно определить, что является следствием сохранения коммерческой тайны в отношении состава и механизма действия этого препарата, а что ограниченными реальными возможностями новинки. Пока достоверных сведений о применении этого препарата на собаках нет. Остается ждать, когда препарат поступит в распоряжение ветеринаров и кинологов и появятся сообщения о его эффективности.

В последние годы наметился прорыв в понимании некоторых сторон механизма регуляции размножения эпителиальных клеток. Обнаружено и выделено вещество — эпидермальный фактор роста. У этого вещества обнаружен ряд эффектов, но первичный, по которому он тестировался в лабораториях, — влияние на деление эпидермальных клеток. Возможно, что на кинологическом потребительском рынке со временем, по мере изучения фактора роста эпидермиса, появится действительно эффективный препарат, использующий принципы физиологической коррекции функций клеток волосяных фолликулов для управления ростом шерсти.

Противоположная задача — ограничение длины шерсти на первый взгляд простая, решаемая искусным парикмахером. Стремление укоротить шерсть знакомо многим владельцам немецких овчарок, ротвейлеров и собак некоторых других пород, генотип которых бывает отягощен геном длинношерстности. Искусный парикмахер может, конечно, спрятать этот недостаток, но он легко выявляется экспертом по характеру концов подстриженных волос. Эффект стрижки быстро улетучивается, а соперники, зная собаку — носителя нежелательного признака, легко изобличают мошенника.

О технике стрижки (коккеров, пуделей и др.) и тримминга (шнауцеров, терьеров и др.) мы не распространяемся, так как на эту тему есть ряд специальных квалифицированных руководств.
6.2.4. Структура шерсти 

Эксперт-кинолог во время выставочной экспертизы не упускает возможность не только осмотреть, но и пощупать собак. Для него важна фактура шерсти оцениваемых животных, особенно лидеров. В большинстве стандартов пород четко оговорены блеск, жесткость шерсти, форма волоса, наличие подшерстка и т.д.

Блеск. Элементом здорового вида собаки является блестящая шерсть. Блеск волосам и насыщенность окрасу придают выделения сальных желез. Тонкая жировая смазка волосков обеспечивает не только внешний лоск собаки, ной эластичность волоса, его защиту от разрушения. Шерсть тускнеет при загрязнении пылью, перхотью, при обезжиривании частыми мыльными купаниями, из-за недостаточной функции сальных желез. Если отсутствие блеска связано с заболеванием, то, естественно, в первую очередь надо уделить внимание лечению этой болезни. Если причина в другом и если предстоит в ближайшее время представлять собаку на выставке, то следует соответствующими косметическими мерами придать шерсти выигрышный блеск. Для придания шерсти блеска используют, например, специальные гели, бриолин, линетол, тетравит, ополаскивание собаки эмульсией с яичными желтками. Иногда для освежения блеска шерсть собаки протирают салфеткой, смоченной смесью вода:спирт:нашатырь (10:10:1) или слабым (0,1%) уксусным раствором. Слишком жирную шерсть можно протереть салфеткой с 20%-ным димексидом.

Жесткость шерсти обусловлена толщиной волос и особенностями их кератиновых оболочек. Целенаправленно менять эти свойства шерсти мы практически не умеем, но можно придать имеющейся шерсти более желательный вид. Считается, что тримминг в противовес стрижке повышает жесткость шерсти. Укороченная, со свежеподстриженными концами волос шерсть воспринимается более жесткой, чем есть на самом деле. Обработка шерсти антистатиком придает собаке вид более жесткошерстной. Смоченная пивом, шерсть после высушивания кажется более жесткой. Придает более жесткий вид шерсти также нанесение на шерсть лака для волос. Естественно, у судьи при возникновении подозрений по поводу косметических ухищрений есть простой способ проверки: отмыть водой с мылом и высушить участок шерсти для повторной проверки. Делается это в редчайших случаях, поэтому если не возникает скандала по подсказке соперников и если слава о недостатке (мягкой шерсти) экспонента не распространилась до выставки, то косметические ухищрения обычно достигают цели.

Мягкость, шелковистость шерсти, столь желательную у некоторых пород (коккеры, афганы и др.), можно несколько усилить протиранием шерсти салфеткой, смоченной в смеси вода:димексид:ланолин или оливковое масло (10:2:1).

Форма волос, желательная для собак ряда пород, оговорена в стандарте. У одних пород волосы практически прямые, несмотря на значительную длину (например, у афганской борзой, скай-терьера, чау-чау и др.), у других волос с изгибом (ризеншнауцер, скотч-терьер и др.), у третьих — извитой (как у пуделя, пули, командора и др.). Форма волоса задается конфигурацией волосяного фолликула и степенью равномерности деления клеток по периферии растущего волоса. Тонкие волосы более склонны к образованию естественных и искусственных изгибов, чем толстые, жесткие. Завивки (в том числе и химические), укладки с применением соответствующих гелей и лаков (как кинологических, так и обычных, предназначенных для людей) достаточно эффективно изменяют форму волоса.

Соотношение покровного волоса и подшерстка в структуре шерсти зависит от наследственности собаки и условий ее содержания (см. выше). Применением щеток и специальных скребков для вычесывания можно заметно уменьшить или сохранить (в зависимости от типа инструмента) подшерсток.
6.2.5. Окрас шерсти 

Несмотря на большое разнообразие окрасов, базисных цветов, их формирующих, всего 3 — черный, коричневый и желтый. Интенсивность накопления пигментов в клетках, их комбинация — важнейшие факторы окрашивания шерсти собак. Другим важным фактором, отражающимся на восприятии цвета шерсти, является расположение пигмента в волосе — мозговом и корковом слоях. Естественно, белый цвет — отсутствие пигмента в обоих слоях. Когда пигмент находится в центре волоса, а окружающие слои неокрашены, рассеивание лучей в их мутной полупрозрачной среде создает весьма своеобразный оттенок. Например, у голубого дога в центре волоса накапливается черный пигмент, у абрикосового пуделя — коричневый, у золотого коккера — желтый. При наличии пигмента в двух слоях и при достаточной интенсивности его накопления формируется, например, окрас жгучего брюнета (черный терьер), шатена (коричневый пудель) или блондина (золотой ретривер). Сочетание пигментов дает красных чаушек (коричневого и желтого), мышинных догов (черный и коричневый), песочных скотчей (черный и желтый) и др. В отсутствие пигмента получается белая шерсть (подгалянская овчарка, болонка, шпиц и др.). У ряда пород в генотипе закодировано временное (на протяжении роста волоса) выключение производства пигмента. В этом случае возникает зонарный окрас волоса, например, у овчарок часто конец волос окрашен интенсивней, чем основание. Если в начале роста волоса вырабатываются два пигмента, например, желтый и черный, а затем производство черного прекращается, то концы волос будут темнее, чем в глубине шерсти. Возможен и обратный порядок. Учитывая то, что подшерсток короче покровного волоса и растет медленнее, понятны встречающиеся варианты различий в окрасе покровного волоса и подшерстка. Кроме того, отсутствие мозгового слоя в пуховых волосах создает условия для того, чтобы покровный и пуховой волос отличались окраской.

Окрас шерсти может претерпевать изменения с возрастом собаки. Если смена оттенка окраса после выпадения щенячьей шерстки является всеобщей закономерностью, то радикальное изменение окраса характерно лишь для отдельных пород. Так, щенки эрделя рождаются почти черными с маленькими рыжими пятнышками под хвостом, на подбородке и груди. В течение 3—5 месяцев щенки эрделя перецветают на нижней части тела так, что окрас становится чепрачным. Полное перецветание у эрделя завершается к 12—15 месяцам, но расширение подпала может происходить и позже. Подобным образом увеличивается площадь подпала у собак многих пород — доберманов, ротвейлеров, велшей, немецких овчарок. Очень интересно меняется окраска с возрастом у скай-терьеров (от черной до светло-серой и даже белой) и бобтейлов. Последние рождаются темно-серыми, почти черными. Постепенно передняя часть тела бобтейла светлеет. У 4—5-месячного щенка бобтейла на белой передней половине тела выделяются серо-голубые уши, которые к 8—11 месяцам станут почти белыми. Еще дольше формируется окрас керри-блю-терьера. Отличительный для породы голубой цвет (блю = голубой) собаки, родившиеся черными, приобретают к 2—2,5 годам.

Жизнь клеток, продуцирующих пигмент, подвержена изменениям. Если после неблагоприятного периода условия питания и уход резко улучшаются, то вновь вырастающая шерсть может иметь более насыщенный, более темный оттенок. Владельцу может доставить беспокойство, если новая шерсть, выросшая на ограниченном участке после местного нарушения, образует темное пятно.

Прижизненно регулировать цвет шерсти можно только косметическими средствами. Правда, среди поклонников золотых коккеров распространено мнение, что скармливание собакам иодида золота придает шерсти недостижимый обычными средствами оттенок. Не лишено оснований предположение и о том, что, регламентируя поступление в организм микроэлементов (меди, цинка, железа, хрома и др.), можно повлиять на продукцию клетками пигментов, включающих в свой состав атомы этих металлов. Однако участие микроэлементов во множестве жизненно важных процессов, микроколичества потребностей в них, сложности дозировки и опасность передозировки делают этот способ сомнительным.

Подкрашивание шерсти собак специальными шампунями или красками, предназначенными для человека, вполне доступно. Подозрения в применении этого запретного приема проверяются рассматриванием корней волос и наблюдением за окрасом собаки в течение некоторого времени. Владельцы болонок, южно-русских овчарок, шпицев и других белых собак часто пользуются отбеливателями для придания шерсти белоснежного вида.
6.2.6. Локальные украшения 

Одним из отличительных породных признаков в ряде случаев является наличие локальных шерстных украшений — бороды, усов, челки, «штанов» или очесов на лапах, «юбки», гривы и др. Иногда поклонники некоторых пород доводят такой породный признак до утрированной выраженности (рис. 6.8.—6.11.; цветная вклейка).
 
Рис. 6.8. Арнольд (вл. С.И. Матюнин), герой одного из эпизодов книги (глава 3). У эрдельтерьера прекрасная борода!
 
Рис. 6.9. Скотч-терьер Черри-Трейбинг-Скотиш-Таур (№ 08 736, вл. В.К. Довбыш), непременная участница многих Бест-ин-Шоу. Ее «юбка» не только пышная, но и достаточно жесткая.
 
Рис. 6.10. Лакки (вл. Л.Л. Сущенко) — дочь Байды, обладатель роскошных «штанов». Ее братья и сестры возглавляют ринги многих международных выставок. У Лакки карьера впереди.
 
Рис. 6.11. Обладатель этой шикарной гривы — малый пудель.

Случается, что, приобретя и полюбив конкретную собаку, ее владелец вдруг обнаруживает, что у его эрделя недостаточная оброслость на лапах, или что у его ризена жидкая бородка, или что у его борзой неказистое перо (длинные волосы на хвосте). Это становится причиной глубокой зависти к владельцам более удачных собак той же породы.

Кроме холодовых массажей и местной обработки хлорэтилом (см. выше), для усиления роста шерсти на нужном по стандарту месте тела собаки могут быть использованы вышеописанные приемы повышения густоты, длины и жесткости шерсти непосредственно к опекаемому шерстному украшению. Некоторые прибегают к помощи накладок, подклеек, париков. Приходилась видеть, как весьма скромный в смысле украшений черный терьер через день-два щеголял на выставке с шикарной бородой. Делается это так. Собирают шерсть собаки с предыдущей линьки или от собак-доноров, моют, раскладывают по длине, форме и цвету (при необходимости подкрашивают). Пучки подготовленной шерсти на концах волос смазывают клеем БФ-6 и порционно подклеивают между имеющимися волосками. После того как клей высохнет, аккуратно расчесывают и подстригают лишние волосы, придавая «отросшей» бороде естественный вид. Иногда подобным образом заклеивают лысинки, для чего, смазав кожу клеем, посыпают ее шерстью. Такой «парик», конечно, не долговечен, но на выставке (особенно в чужом городе, где никто не знает собаку) может сойти. Проверка этой подделки проста, но дело в том, что не всегда у судьи есть возможность заглянуть, например, вглубь бороды злобного черного терьера, а мимолетный поверхностный осмотр подделку не выявит.

Еще одним ухищрением с целью увеличить (зрительно) бороду собаки может быть снижение слюнотечения во время выставки. Так, на заре разведения черных терьеров был один богатый плотью кобель Рубис с предельно реденькой и короткой бороденкой. Его хозяйка берегла каждую волосинку на морде Рубиса. Когда наступала выставка в конце мая и было очень тепло, Рубис начинал распускать слюни. Бородка намокала и становилась почти незаметной. На выручку приходила инъекция атропина (1 мл), слюнотечение прекращалось, несмотря на жару и присутствие соблазнительных сук. С той же целью может использоваться галазолин (капли) и аэрон (таблетки). Следует, однако, помнить, что испарение жидкости в полости рта — основной способ защиты тела собаки от перегрева. Есть риск при невнимательности хозяина вызвать тепловой удар у собаки, получившей укол атропина.
6.3. ДРУГИЕ ЭЛЕМЕНТЫ НАРУЖНОСТИ 

Существенную эстетическую нагрузку несут производные кожи когти, мочка носа, подушечки лап, а также глаза и ушные раковины.
6.3.1. Роговые производные кожи 

Когти — твердые производные кожи, состоящие из мертвых ороговевших клеток эпителия с высоким содержанием кератина. У собак когти открытого типа (невтяжные). Внутри кератинового чехлика в когте находится живая ткань, обильно снабжаемая кровью и нервными окончаниями. Внешний край когтя касается поверхности опоры, о которую он стирается, получая характерную форму. При недостаточном стирании (ходьба по мягкой или скользкой поверхности, недостаточное выгуливание) форма когтя искажается. Излишне длинные когти могут стать причиной нарушения формы фаланг пальцев и постава лап. Искривление пальцев, нарушение наклона пясти в свою очередь могут способствовать неправильному стачиванию когтей. Невнимание к когтям в запущенных случаях может стать причиной стойких изменений постава конечностей и характера движений собаки.

Следует своевременно и правильно подстригать (при необходимости) когти. Первое стачивание (подстригание) когтей часто делают уже в 2—3-недельном возрасте для того, чтобы щенок не царапал вымя суки. Появилось мнение, что раннее подстригание когтей усиливает и искажает их рост в дальнейшем. Это не имеет подтверждения. Важно лишь соблюдать аккуратность при этой процедуре, так как при слишком коротком подстригании или при очень остром угле спила можно задеть мягкие ткани внутри когтя, вызвать боль, сильное кровотечение, боязнь процедуры по уходу за лапами.

Иногда наблюдается расщепление когтей. В этом случае необходимо пилочкой или надфилями заровнять края когтя и смазывать его жиром или питательным кремом, склеить щель клеем БФ. Отсутствие блеска когтей и их шероховатость перед выставкой устраняются покрытием их бесцветным лаком для ногтей. При необходимости скрыть цвет когтя его подкрашивают, перед чем полезно придать когтю некоторую шероховатость.

Мякиши пальцев и подушечек лап относятся к мягким производным кожи. Их функция — смягчение толчков при ходьбе. У здоровой собаки мякиши лап на ощупь гладкие и мягкие. Кстати, одним из ведущих симптомов чумки, позволяющих отличить это тяжелое заболевание собаки от сходных болезней, является так называемый синдром «жесткой стопы». У здоровой собаки излишняя шероховатость мякишей лап бывает при недостаточном моционе и при длительном нахождении на гладком (паркет, линолеум) полу.

Для смягчения мякишей их протирают глицерином или питательным кремом для рук.

Мочка носа обычно четко определена стандартом породы. Имеют значение ее размер, форма и цвет. На месте царапин может возникать депигментированное пятно, исчезающее со временем. Параметры мочки носа генетически детерминированы, хотя ее зримые размеры могут несколько меняться в зависимости от обрастания морды шерстью. Рельеф поверхности мочки носа у собак строго индивидуален, как рисунок папиллярного узора на пальцах человека. По-видимому, можно создать картотеку отпечатков мочек носа собак для однозначной идентификации животных вместо татуировок.

При желании «подправить» окрас мочки носа иногда пользуются татуированием с соответствующим красителем (см. выше), но из-за обилия нервных окончаний в мочке необходимо пользоваться эффективными обезболивающими средствами.
6.3.2. Глаза 

Форма, цвет, блеск и выражение глаз имеют существенное значение как для привлекательности животного, так и для выставочной оценки. При необходимости исправить форму глаз иногда прибегают к хирургии, меняющей разрез глаз рассечением век или подтяжкой окружающей кожи. Наличие симметричных мелких рубцов и швов в области глаз может служить уликой косметического вмешательства. Цвет радужной оболочки глаза изменить невозможно, хотя стимул бывает значительным. Например, слишком светлые глаза черного терьера, ротвейлера или овчарки — недостаток, граничащий с пороком.

Блеск глаз зависит от характера слезотечения. Атропин и кокаин заметно усиливают блеск глаз, но стоит ли из-за этого вводить собаке столь сильнодействующие вещества?

У стареющих собак (а иногда и у молодых пекинесов, бульдогов, хинов и др.) тусклые глаза обусловлены начинающейся катарактой. Катахром, примененный специалистом-офтальмологом, может устранить недостаток.

Выражение глаз собаки, кроме формы, существенно зависит от степени развития третьего века — слизистой перепонки у внутреннего угла глаза. У алабая (среднеазиатской овчарки) развитое третье веко является одним из породных признаков. У мастино неаполитано гиперемированная слизистая третьего века играет значительную роль в создании вида «кровожадной» собаки. Для маскировки третьего века и слизистой, окружающей глазное яблоко, некоторые собаководы прибегают к закапыванию глазных капель, альбуцида, промыванию глаз чайной заваркой. Слишком большое третье веко иногда приходится иссекать. При желании увеличить красноту слизистой оболочки вокруг глаз некоторые закапывают собаке раствор пенициллина, вызывающего определенное раздражение этой оболочки.

С обильным слезотечением может быть связано появление желтоватых пятен на шерсти под глазами. Эти пятна хорошо заметны на светлой шерсти. Они часто портят вид болонок, японских хинов, пекинесов, бульдогов. Уменьшить слезотечение у собак этих пород трудно из-за особенностей строения глаз и формы нижнего века и скулы. Значительно легче защитить намокающую шерсть под глазами от разъедания жирным кремом или тетравитом. В последнее время в продажу поступили специальные промывные жидкости для глаз собак (Dogwater Collyre, Bogema, Holland).
6.3.3. Наружное ухо 

Форма ушной раковины имеет существенное значение в экстерьере головы собаки. Нет нужды описывать разнообразие породных вариаций формы уха у собак — они хорошо описаны в большинстве атласов пород и руководств по кинологии. С точки зрения коррекции формы уха отметим только приемы косметической хирургии для постановки или опускания ушей и диетическую тактику в период формирования уха у щенка.

В последнее десятилетие под давлением Общества защиты животных кинолога многих организаций, в том числе и FCI, отказались от купирования ушей. Наверное, последними с этим запретом смирятся поклонники кавказских овчарок и алабаев. Но даже при формальном отказе от купирования ушей у таких пород, как боксеры, доги и мастино, останется соблазн для владельцев немецких овчарок, шпицев и др. с помощью хирургии «поставить» упорно не встающее ухо, а у владельцев эрделей, пуделей, коккеров и других опустить нежелательно встающее ухо. Обычно для этого либо пользуются внутриушным протезом (в раковину уха вшивается внутренний каркас или формируют жесткий рубец), либо делают подтяжку окружающей кожи. Следы операции выявить очень сложно, еще труднее уличить их косметическое назначение.

Массаж, витаминотерапия и подкормка микроэлементами в период формирования ушной раковины играют существенную роль, но не способны исправить генетический дефект.
* * *

Таким образом, в этой главе приведены способы коррекции наружных покровов и частей тела, существенных для эстетического восприятия породистой собаки, и способы, с помощью которых эти приемы могут быть обнаружены экспертом.
ГЛАВА 7. КОНСТИТУЦИЯ 

Конституция собаки — комплексная характеристика особи, отражающая массивность скелета, развитие мускульной и соединительной тканей, распределение жировой клетчатки, особенности структуры кожи, функциональные свойства нервной системы и т.д. Являясь суммарной характеристикой состояния многих систем, конституция собаки в значительной мере отражает общие свойства генотипа особи и поэтому чрезвычайно важна для оценки животного в селекционном отношении. Интуитивно улавливаемая корреляция свойств различных систем, по-видимому, обусловлена плейотропным (т. е. множественным, когда один и тот же ген оказывает влияние на многие свойства организма) действием генов. В типах конституции отражено подмеченное собаководами существование устойчивых сочетаний степени развития отдельных систем организма. Вероятно, комбинация аллелей (вариаций одного и того же гена) в генотипе имеет определенные ограничения. Так, если гены А, В, С, D…, управляющие различными признаками и свойствами организма, могут существовать в нескольких формах: А-А1, А2, А3…; В-В1, В2, В3… и т.д., то вполне жизнеспособными комбинациями могут быть только некоторые, например, A, C, D,…, A2B2C2D2…, но не A1B1C3D2… Эти наборы согласованных взаимоприемлемых аллелей в породах собак закреплены и передаются таким образом, что собаки одной породы имеют сходную конституцию.

Стандарт породы нормативно фиксирует тип конституции, желательный для собак данной породы. Обычно выделяют сырой, грубый, крепкий, сухой и нежный типы конституции. Четкие разграничения типа конституции, как правило, характерны для устоявшихся пород собак. Для классических пород в стандарте обычно указан только один допустимый тип конституции. У селекционно молодых пород, у пород, пребывающих в критической стадии развития (вырождение, расщепление породы на несколько дочерних), у примитивных пород и у собак-париев тип конституции может быть стертым, не четко выраженным. В этих случаях приходится пользоваться двумя терминами (например, сырой-грубый, крепкий-грубый, сухой-нежный и т.д.). На первое место в парном термине ставят преобладающий тип (в стандарте молодой породы — более желательный тип). Конечно, в этих случаях в названии типа конституции могут соседствовать только близкие варианты — сухой-нежный, крепкий-сухой и т.д., но не грубый-нежный.

Итак, взаимосогласованный набор свойств анатомического строения и поведения животного, выраженный в определенном типе конституции, передается по наследству всем особям данной породы. Эти особи должны соответствовать типу конституции, регламентированному соответствующим стандартом.
7.1. КОРРЕКЦИЯ ОТКЛОНЕНИЙ ТИПА КОНСТИТУЦИИ 

Прижизненно изменить тип конституции собаки невозможно — слишком общей характеристикой генотипа является конституция животного. Нельзя радикально изменить фенотип собаки вопреки ее генотипу, да и вряд ли такая задача может реально стоять перед собаководом. Если уж тип конституции собаки не соответствует стандарту, то такая собака не имеет никаких шансов стать выставочным призером, а усилия на достижение подобной цели выгодней направить в другое русло (дрессировка собаки, смена объекта выставочных амбиций собаковода и др.).

Правда, иногда лишь отдельные черты сложения или поведения собаки не дотягивают до уровня требований, налагаемых желаемым типом конституции. Такую дисгармонию вполне можно подправить фармакофизиологическими методами. Следует также учитывать наследование ряда таких признаков, формирующих конституцию, как количественные (один признак, например, масса или сила или характер и др., определяется многими генами), причем наследуемых как норма реакции. Это позволяет условиями выращивания и содержания в определенной мере сдвинуть типообразующие черты конституции в желаемую сторону. Существенную помощь при этом может оказать фармакотерапия. Эффективность фармакофизиологической коррекции в модификации отдельных черт конституции и для усиления выраженности ее типа у конкретной собаки не вызывает сомнений. Утрированность проявления конституциональных черт у некоторых чемпионов выставок заставляет думать, что в их подготовке не обошлись без помощи фармакологии.

В соответствующих главах книги приведена информация о способах коррекции черт телосложения и высшей нервной деятельности, совместно образующих комплексную характеристику — тип конституции животного. Воздействуя на скелет, занимаясь кинологическим бодибилдингом, усиливая те или иные поведенческие способности собаки, собаковод одновременно акцентирует признаки, позволяющие отнести животное к желаемому типу конституции. Нет нужды повторять эти частные приемы при анализе методов коррекции интегрального свойства животного. Рассмотрим воздействия, влияющие на выраженность у особи типа конституции в целом.

Понятно, что при прочих равных обстоятельствах чем раньше у собаки проявятся отклонения в элементах типа конституции, тем выше вероятность наследственной природы этого недостатка. С другой стороны, чем раньше собаковод заметит, а лучше предугадает, намечающиеся отклонения, тем больше возможности оказать нужное влияние. Повлиять на выраженность типа конституции взрослой собаки очень трудно. Возможно, главное отличие опытного собаковода, достигшего наибольших успехов в выставочной конкуренции заключается в его повышенной наблюдательности, позволяющей по, казалось бы, несущественным намекам выявить нежелательную тенденцию развития щенка. Некоторые собаководы, не обладая достаточным опытом и наблюдательностью, начинают допинговую коррекцию выраженности типа конституции собаки еще до того, как у щенка появятся соответствующие признаки отклонений. Такая подстраховка может быть оправдана при условии, что собаковод грамотно использует методы фармакологической коррекции, учитывает побочные эффекты и применяет приемы предупреждения неблагоприятных последствий.

Для того чтобы подчеркнуть тип конституции особи существует три пути — диетотерапия, физиотерапия и фармакотерапия.
7.1.1. Коррекция типа конституции диетой 

Питание собаки заметно влияет на выраженность ее типа конституции. Важны объем пищи, ее калорийность, содержание в ней физиологически активных веществ. Пища для собаки может быть подобрана таким образом, что эти три параметра будут сочетаться почти в любом соотношении — большой объем низкокалорийной, но богатой физиологически активными веществами; малообъемная, высококалорийная, бедная физиологически активными веществами и т.д.

Объем пищи определяется в основном содержанием в ней пищевых волокон, которые, не обеспечивая энергетические и пластические потребности организма, тем не менее способны переполнять желудочно-кишечный тракт. Набухая, пищевые волокна увеличивают массу содержимого кишечника и растягивают живот собаки. Пищевые волокна служат структурной основой среды обитания кишечной микрофлоры. Адсорбируя ионы, они меняют темпы их всасывания, притягивают избыток жидкости в кишечник из-за увеличения осмотического давления его содержимого. Пищевые волокна оказывают ряд других эффектов, но в контексте данного раздела книги важно то, что корма, богатые клетчаткой, из-за низкой калорийности снижают двигательную активность собаки, делая ее не только грузной, но и как бы флегматичной. Имитация сытости переполнением кишечника через нейрогуморальную регуляцию также способствует такому поведению собаки, которое похоже на флегматичный темперамент. Если подобную пищу (объемную, низкокалорийную, без веществ, действующих как тоники) скармливать собаке регулярно, то есть высокая вероятность усилить в ее поведении черты, характерные для грубого типа конституции. Высококалорийная объемная пища способствует отложению жира в депо и придает массивность виду собаки, усиливает признаки сырого типа конституции.

Богатая энергией, умеренная по объему, содержащая незаменимые компоненты пища — хорошая основа для формирования крепкого типа конституции. Пищевой базой, на которой лучше формировать сухой тип конституции является кормление малообъемной, умеренно калорийной, богатой витаминами и незаменимыми компонентами пищей. Скудноватый (на нижней границе нормы для данных размеров и возраста) во всех отношениях рацион собак с нежным типом конституции, должен при этом содержать много витаминов и тонизирующих, активирующих нервную систему физиологически активных веществ.

Естественно, все вышесказанное относится к некой условной, «среднестатистической» собаке. При применении перечисленных выше нескольких основных вариантов кормления к конкретному животному конечный результат зависит от исходного состояния собаки. Конечно, рацион, названный, например, базовым для формирования нежного типа конституции, не сделает таковой собаку с грубым типом конституции, и наоборот. Характер кормления лишь придает тенденцию к сдвигу в сторону близкого типа конституции. Итак, смысл метода кормового воздействия на тип конституции понятен. Несмотря на кажущуюся простоту, он требует хороших знаний в области кинологической диетологии и технологии приготовления соответствующего корма. Но с его помощью удается придать, например, собаке с сухим-нежным типом конституции вид животного с сухой конституцией, а у собак с грубым-крепким типом конституции добиться того, что в их описаниях останется только термин «крепкий тип конституции».

Еще одну возможность диетологической коррекции типа конституции предоставляет управление режимом питания собаки. Дробный, частый, малыми порциями скармливаемый рацион при прочих равных характеристиках корма будет способствовать сохранению стройного телосложения, а отсутствие полноценного насыщения едой (с мощной разрядкой, успокоением нервной системы) обеспечит длительное поддержание в тонусе нервной и гормональной систем, т.е. черт, характерных для нежного типа конституции (тщедушное тело и возбудимая нервная система). Напротив, объемное, но редкое кормление способствует закреплению черт грубости конституции животного.

Что касается пищи как источника энергии, то немаловажно, в каких видах питательных веществ поступает основная доля энергии. Два энергетически емкие пищевые источника — жиры и углеводы — различаются по скорости их расходования. Не вдаваясь в подробности, можно считать, что углеводы быстрее утилизируются, обеспечивая энергией двигательную активность животного, а жиры более пригодны для отложения про запас и для защиты организма от холода. В случае, когда энергетические потребности организма в значительной мере удовлетворяются за счет сжигания белков, в организме образуется много азотистых веществ, имеющих заметное влияние на функции различных систем организма, в первую очередь нервной системы.

Для диеткоррекции типа конституции собаки существенное значение имеет не только количество пищи и общий баланс видов питательных веществ (белков, жиров, углеводов, балластных веществ), но и тонкие отличия состава отдельных веществ внутри групп нутриентов. Диспропорции компонентов (например, нехватка незаменимых веществ) изменяют протекание биохимических процессов превращений избыточных веществ. Отсюда различные нарушения функций и размеров тела, сопровождающиеся ожирением или исхуданием животного с соответствующим искажением внешних признаков телосложения. Витамины А, С, группы В и другие физиологически активные вещества, стимулируя метаболизм или меняя гормональный статус организма, способны повлиять на общий вид, выраженность типа конституции. Так, не только в животной, но и в растительной пище содержатся вещества, идентичные, близкие или похожие на гормоны собак. Эти вещества могут оказать влияние на поведение и здоровье животного, на рост костно-мышечной системы, на состояние жировых депо и т.д. Конкретика этих важных тем — «пища как источник физиологически активных веществ» и «питание как метод коррекции функций организма» заслуживает отдельного обстоятельного рассмотрения. Некоторые данные по этой теме содержатся в других главах книги. Более подробное изложение взглядов авторов на сходные проблемы применительно к человеку дано в отдельном труде Э.Г. Гурмана «Научные основы кулинарии», 1995. Читатель вполне может адаптировать изложенные в этой книге сведения к нуждам собаковода.
7.1.2. Физиотерапевтическая коррекция телосложения 

Возможности физиотерапевтических методов коррекции скелета, мускулатуры, внешних покровов, поведения и других признаков экстерьера и свойств животного входят в арсенал приемов коррекции внешних черт конституции собаки. Они подробно рассмотрены в соответствующих главах книги и поэтому не будем повторяться. Остановимся на некоторых общих приемах коррекции конституции моционом, температурным режимом существования и т.д.

Общий стиль жизни, предлагаемый собаководом своему питомцу, является существенным воздействием на поведенческие особенности и телосложение животного. Этот очевидный и в то же время часто забываемый способ кажется парадоксальным, тем не менее он оказывает достоверное влияние на результаты выращивания собаки и на ее поведение. Механизм воздействия включает много факторов — обилие раздражителей или, наоборот, бедность стимулов эмоциональной сферы в рутинной жизни собаки; физическая нагрузка и температурный комфорт, влияющие на запасание и расходование веществ; физиологическая стимуляция эндокринных желез с соответствующими сдвигами внутренней регуляции организма и т.д. Частые игры и массаж влияют на перераспределение кровоснабжения внутренних органов. Режим дня оказывает влияние на выделение в организме регуляторных веществ. Животное, выращенное в спокойной монотонной обстановке безусловно будет более спокойным, ближе к сангвинику, а в эмоционально слишком бедной среде — даже к флегматику, с соответствующим типом расходования запасных веществ в теле. И наоборот, в нервозной, повышенно эмоциональной обстановке вырастает более возбудимое животное, по ряду черт напоминающее холерика (темперамент, характерный скорее для сухого типа конституции). Естественно, имеет значение исходный тип конституции, заложенный в генотипе животного, но направление сдвига легко угадывается.

Понятно, что уровни нервной нагрузки, которые можно признать повышенными или пониженными, для особи строго индивидуальны — то, что для одной собаки норма, для другой может быть чрезмерно. При невнимании к индивидуальности животного есть опасность парадоксальной реакции. Запредельное возбуждение, перегрузка нервных центров вызовет сонливость; пустота эмоциональной сферы может обострить реакции на слабые раздражители, невротизируя животное (в последнем случае поведение животного приблизится к холерическому или меланхолическому, характерному для нежного типа конституции). Так что этим, казалось бы, простым способом коррекции конституции следует пользоваться разумно.

Для усиления или ослабления выраженности физических признаков типа конституции могут быть использованы дозирование физической нагрузки и регуляция температуры среды обитания. Техника этих воздействий понятна и не нуждается в подробных советах. Понятно также значение регулярности в следовании выбранной тактике.

Большие возможности хирургической коррекции конституции на практике почти не используются. Не будем здесь рассматривать хирургическое удаление эндокринных желез (например, щитовидной, управляющей энергообменом), так как последствия и побочные эффекты столь сильного вмешательства в организацию функций тела делает цену достижений в коррекции типа конституции этим способом непомерно высокой. Однако отметим, что в лабораторных условиях такая операция, как удаление двенадцатиперстной кишки, приводит к прогрессирующему истощению собак в первые месяцы и, напротив, к выраженному ожирению в дальнейшем. Заметим также, что на Западе в 80-е годы удаление значительной части тонкой кишки широко использовалось для борьбы с тучностью у людей. Заметные эффекты на комплекцию собаки могут иметь оперативные вмешательства на надпочечниках, поджелудочной железе и др. Повторяем, однако, что изменения в организме собаки после подобных операций столь огромны и опасны, что их применение для улучшения выставочной оценки неоправдано.

Другое дело массаж желез внутренней секреции, их акупунктурная активация или воздействия диадинамическим током, электрофорезом, прогреванием. Точечный массаж или воздействия на соответствующие рефлексогенные зоны, управляющие кровоснабжением и активностью желез, способны усилить или ослабить продукцию гормонов достаточно эффективно и целенаправленно. Такая коррекция вполне применима в собаковдостве (рис 7.1).
 
Рис. 7.1. Зоны массажа, влияющего на телосложение собаки.

1 — зона, связанная с регуляцией энергетического обмена, 2 — массаж этой зоны оказывает анаболический эффект, 3 — зона массажа, влияющего на функции пищеварительных органов и мочеполовой системы, 4 и 5 — зоны стимуляции выраженности полового типа, 6 — зона кардиотропного массажа с анаболическим эффектом, 7 — зона остеотропного массажа, влияющего на формирование скелета.

Кстати, этот прием показывает условность деления воздействий на физиотерапевтические и фармакологические — лекарственные препараты не применяются, но есть лечебный эффект, опосредованный изменением концентрации эндогенных факторов, тонуса сосудов. В чистой фармакологии механизм перестройки запускается введением какого-либо вещества в организм, в физиотерапии — иным образом, но сам механизм реакции системы от этого меняется мало. Так, регулярно массируя фронтальную зону шеи собаки, можно усилить кровоснабжение щитовидной и паращитовидной желез, активировать их рефлекторно и тем самым повысить секрецию гормонов, влияющих на энергетику организма и в конечном счете на комплекцию животного. Это вполне физиологичный прием. Сходное повышение уровня этих гормонов в крови может быть достигнуто введением в организм готовых гормонов, их предшественников или лекарственных препаратов, стимулирующих выработку гормонов (тормозящих разрушение или выведение гормонов). Это уже фармакологический прием. Рационалисту кажется, что сделать укол лекарством или дать таблетку проще и эффективней, но легко увидеть, сколь грубым, нарушающим естественный механизм, является фармакологический способ коррекции функций, дающий резкий разовый подъем концентрации гормонов и часто вызывающий в ответ снижение собственной продукции гормонов железами или понижение чувствительности органов-мишеней к гормону.
7.1.3. Фармакокоррекция телосложения 

Специализированных фармакологических средств для коррекции типа конституции ни в одном фармакологическом справочнике нет, но многие внешние характеристики телосложения животного могут быть направленно изменены с помощью традиционных и новых средств. Так, анаболики существенно увеличивают массивность тела собаки. Стимуляторы и ингибиторы аппетита разного химического состава способны обеспечить быстрое искусственное увеличение или уменьшение массы тела животного. Гепатотропные (действующие на печень) препараты, изменяя метаболизм жиров в печени, способны влиять на усвоение и отложение жира в организме. Умеренные дозы мышьяка делают животное на вид упитанным и флегматичным. Если требуется, наоборот, уменьшить массивность телосложения, хороший эффект дает адипозит (30—50 ЕД 2 раза в день в течение 2—3 недель), который снижает ожирение при его конституциональной форме. Основные сведения по рецептам средств, влияющих на массивность телосложения, приведены в главе 5, а рекомендации по фармакологическим воздействиям на нервную систему, корригирующим поведение животного соответственно типичному для желаемой конституции, — в главе 3.

Велик соблазн несколькими инъекциями, таблетками подправить тип конституции собаки, но пользоваться этими методами надо осторожно, отчетливо представляя все последствия такого вмешательства.
7.2. КОРРЕКЦИЯ ВЫРАЖЕННОСТИ ПОЛОВОГО ТИПА 

Половой тип собаки, определяемый экспертом при ее описании, является такой же собирательной характеристикой особи, как и тип конституции животного. Весомость соответствия полового типа особи ее полу весьма велика. Вторичные половые признаки у собак проявляются в более массивном скелете и мощной мускулатуре у кобелей, в более тонких линиях головы и тела у сук, в стиле поведения и т.д.

Введение собаке половых гормонов способно в течение 1—2 недель существенно повлиять на стиль ее поведения. Мужские половые гормоны повышают агрессивность, непокорность, склонность животного бороться за повышение своего ранга в стае. Соответственно введение женских половых гормонов вызывает противоположные эффекты. При достаточно раннем и длительном (более 2—3 недель) введении половых гормонов изменения затрагивают не только поведение, но и особенности телосложения животных. Особенно существенны последствия введения половых гормонов в отношении телосложения при их применении в возрасте 5—8 месяцев у сук и 8—14 месяцев у кобелей.

Воздействия в сторону маскулинизации у кобелей и в сторону феминизации у сук у животных с недостаточной выраженностью полового типа компенсирует пониженную продукцию собственных, соответствующих полу, гормонов. При нормальной выработке половых гормонов организмом такое введение гипертрофирует черты поведения и телосложения, соответствующие полу особи. При перекрестном введении — кобелям женских, а сукам мужских гормонов — у животных с нормальным половым типом вторичные половые особенности сглаживаются, а у животных с ослабленным собственным половым типом появляются черты, характерные для противоположного пола. Это связано с тем, что половые признаки животного на самом деле определяются не наличием в организме либо мужских, либо женских половых гормонов, а их балансом. И те, и другие присутствуют одновременно в крови животного, но у самцов больше мужских, а у самок преобладают женские гормоны. Естественно, степень такого преобладания определяет выраженность полового типа животного.

На практике чаще всего собаководы стремятся усилить мужские черты у собак крупных пород и феминистические — у пород, в которых ценится малый размер, изящество телосложения. Так уж получается, что в служебных породах кобели в сучьем типе скорее штрафуются, чем суки в кобелином типе. Возможно, это оправдано в пользовательном собаководстве (например, при использовании сук для караульной службы), но в племенном отношении оба отклонения должны быть равно наказуемы. Для усиления мужских черт в половом типе собаки могут применяться препараты, приведенные в таблице 7.1.
Таблица 7.1. Гормональные препараты, усиливающие черты полового типа кобеля

В той-породах, в которых ценится изящество телосложения, иногда прибегают к усилению феминизации не только сук, но и кобелей. Для этого применяют препараты, приведенные в таблице 7.2. Введение женских половых гормонов в этих случаях сокращает продолжительность роста размеров тела, способствует формированию облегченого черепа.
Таблица 7.2. Гормональные препараты, усиливающие черты полового типа суки

Раннее длительное введение гормонов вызывает глубокие изменения развития животного. Так, 4-месячноеежедневноевведениесукетестосте-рона(курсы по 20 дней с перерывом в 10 дней) по 0,01 мл, начатое в 2-месячном, возрасте, изменило ее половой тип настолько, что во взрослом состоянии в ее сложении от половых признаков суки в сущности остались только первичные. Эта сука, став взрослой, обычно даже оправлялась, как кобель, поднимая лапу.

Естественно, длительное введение половых гормонов может вызвать радикальные изменения не только вторичных половых признаков, но и функционирования органов размножения. При этом у кобелей падает половая активность, а у сук могут возникать задержки течки. Тактика использования половых гормонов, если их применение не вызвано болезненной недостаточностью выработки в самом организме, должна быть очень осторожной и обоснованной. Иногда следует после достижения желаемых изменений телосложения компенсировать «перехлест» введением гормонов, соответствующих истинному полу животного, для восстановления нормального полового статуса особи. Нарушить гармонию в балансе мужских и женских половых гормонов в организме легче, чем восстановить.

Сходно по последствиям, но значительно физиологичней и безопасней для здоровья животного достижение маскулинизирующего или феминизирующего эффектов с помощью диеткоррекции и физиотерапии. Пища является естественным источником многих гормонов и гормоноподобных факторов, а также веществ, необходимых для производства гормонов в самом организме. У волков вожак, завалив оленя, как правило, набрасывается и поедает в первую очередь семенники жертвы. Вероятно, это не случайно. Используя в корм собаке соответствующие субпродукты, можно достаточно физиологично и в то же время эффективно сдвинуть ее половой статус. Пищевым источником гормонов может быть не только животная, но и растительная пища, так как в ряде растений содержатся естественные фитостерины, подобные половым гормонам животных. Так, в обычной люцерне, в эспарцете и некоторых других банальных травах содержатся эстрогенподобные факторы, и их концентрация существенно зависит от условий произрастания растений. Именно поэтому, например, в засушливые годы стандартная порция зеленых кормов обеспечивает все же меньшую молокопродукцию коров (зависящую от гормонального статуса), чем в дождливые. Нечто подобное имеет место и у других животных, в том числе собак. Следует также заметить, что использование в сельском хозяйстве и животноводстве стимуляторов роста и продуктивности растений и скота может приводить к сохранению в получаемой пище повышенного фона гормоноподобных факторов. Возможно, некоторые отклонения полового типа у собак связаны не с нарушениями их генотипа и физиологии, а с нарушениями питания.

Достаточно мощный эффект может иметь массаж. Так, массаж мошонки и промежности кобелька в возрасте 10—14 месяцев резко усиливает его маскулинизацию, способствует формированию кобелиного типа телосложения и характера. Правда, неумелая и слишком активная техника массажа может способствовать раннему завершению формирования тела и учащению онанистических реакций пса.

Таким образом, применение фармакофизиологических методов коррекции способно изменить комплексные характеристики собаки — тип конституции и половой тип. С их помощью собаковод может существенно помочь своему питомцу в продвижении к идеалу, отражаемому стандартом породы, в котором типу конституции и половому типу уделено достойное внимание. Эти методы требуют от собаковода кропотливого труда и высокой грамотности, так как при всей незаметности ежедневных сдвигов в экстерьере и поведении животного, описанные приемы оказывают существенное влияние на организм.
ГЛАВА 8. УПРАВЛЕНИЕ СЕКСУАЛЬНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ И ПЛОДОВИТОСТЬЮ 

Необходимость коррекции полового поведения и плодовитости собак возникает у собаководов по целому ряду объективных и субъективных причин. У собак многих пород и у отдельных представителей почти любой породы, по-видимому, в силу каких-то неосознанных последствий искусственного отбора и жизни в ненатуральных условиях (искусственный световой режим, повышенный стрессорный фон, отбор по плодовитости, принудительные вязки, отсутствие свободного выбора пищи и др.) часто наблюдаются нежелательные отклонения в половой сфере и во всем, что связано с размножением. Это диктует потребность в компенсации отклонений целенаправленными действиями кинолога для обеспечения размножения ценных животных. В других случаях необходимость фармакофизиологической коррекции вызывается привходящими обстоятельствами — выбором оптимального для выращивания и сбыта щенков сезона, согласованием срока вязки с графиком важных для карьеры собаки выставок, с личными планами заводчика, с условиями поездок к племенному партнеру и т.д.

Среди собаководов бытует много эмпирических приемов вмешательства в тонко сбалансированную систему процессов в организме, обеспечивающих жизненно важную функцию размножения. При неграмотном вмешательстве легко нарушить гармонию этих процессов.

Мы исходим из того, что нормальный ход процессов в организме собаки, лежащих в основе ее половых функций, в общих чертах известен читателю по другим источникам и главное внимание в этой главе уделим собственно коррекции полового поведения и физиологии размножения.
8.1. КОРРЕКЦИЯ СЕКСУАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ 

Прикладная задача коррекции исключительно сексуального поведения собаки в отрыве от других сторон ее жизни волнует собаководов редко. Однако решение этой задачи может быть вынужденным, попутным с достижением собаководом других целей — повышения или понижения агрессивности собаки, формирования желательной выраженности полового типа, облегчения спаривания, ограничения половой доминанты, мешающей работе, устранения неэстетичных поступков сексуально-возбудимой собаки и т.д. Часть соответствующей информации по этим вопросам представлена в других главах книги (главы 3,7 и 9).

В большинстве случаев отклонения полового поведения от нормы на практике достаточно легко устраняются чисто физиологическими мерами — коррекцией питания, правильной физической нагрузкой, нормированием эмоционально-психической сферы и не требует специальных средств и вмешательств. С некоторыми отклонениями в сексуальном поведении собаковод может вполне мириться, но они всегда должны быть для него сигналом того, что что-то им делается не так, как надо или не так, как требует организм конкретной собаки.

Для коррекции начальных изменений сексуального поведения велики возможности подбора адекватного питания и моциона. Так, повышение доли клетчатки и других балластных веществ в рационе способно снизить избыточную половую доминанту «озабоченного» кобеля, а обогащение пищи витаминами, микроэлементами и белком, наоборот, подстегнуть пассивного. Эффективно нормализует половое поведение адекватный моцион — пассивных стимулирует, чрезмерно активных успокаивает. В тех случаях, когда для достижения желаемых сдвигов требуется введение лекарств, в первую очередь гормонов, следует думать, что либо требования собаковода к конкретной собаке непомерны, либо у собаки имеются серьезные органические нарушения. В последнем случае необходимо ветеринарное обследование и установление первопричины.

Нарушения полового поведения у собак проявляются в виде отклонений силы полового инстинкта (гиперактивность или пассивность) или в неправильной его направленности. Сексуальные перверсии у собак встречаются довольно часто, особенно у молодых, не имеющих нормального сексуального опыта, и у 3—5 летних, имеющих неправильный сексуальный опыт и неестественные навыки стайных взаимоотношений. Не следует, однако, путать игровое поведение, которое в норме включает элементы сексуального (позы, гомосексуальные взаимоотношения и др.), с перверсиями (извращениями) полового поведения. Наскоки молодых собак друг на друга или позы подставления только внешне похожи на половые телодвижения. У собак-подростков эти игры и позы играют символическую роль выяснения отношений подчинения.

Половой акт — мощное эмоциональное воздействие. В его реализации существенную роль играют генетические и физиологические механизмы, тонко сопрягающие поведенческие реакции на окружающую среду и нейро-гуморальные взаимодействия органов и систем организма. Как жизненно важная функция, половое поведение весьма устойчиво к различным мелким нарушениям, но при поломке механизмов, лежащих в его основе, может реагировать резким сбоем.

Наиболее часто нарушения полового поведения имеют невротический характер. При недостаточном половом опыте факторы, вызывающие нарушение полового поведения, легко и быстро вырабатывают у собаки новый стереотип, несмотря на инстинктивную природу большинства элементов полового поведения. Условно-рефлекторные связи, опирающиеся на мощное сексуально-окрашенное подкрепление, в считанные разы совпадений вырабатывают искусственный стереотип. Так, кобель, которому один-два раза помогал инструктор в ходе вязки, может полностью выбросить многие инстинктивные рефлекторные реакции ухаживания (характерные игры, «нашептывания», подлизывания и т.д.) и на всю жизнь усвоить искусственную технику спаривания с помощью инструктора. Такой инструктор может для кобеля стать чуть ли не «главным участником» вязки. Иногда формирующийся стереотип полового поведения оказывается настолько жестким, что требуется одно и то же помещение, один и тот же помощник, а порой и одна и та же одежда на помощнике, для того, чтобы не слишком активный кобель-производитель регулярно выполнял свои обязанности. Напротив, кобель, сделавший первые успешные садки самостоятельно, может в дальнейшем видеть в помощнике помеху (рис. 8.1.; цветная вклейка).
 
Рис. 8.1. Южно-русские овчарки Том-Оман (Ю-90/91, 2 CAC и 2 CACIB) и Кроха-Дели (К-36/91/1, CAC и CACIB) из питомника Д. Новикова. Ладная парочка!

Не менее существенно значение полового стереотипа для суки, которая по устоявшейся традиции даже едет к кобелю, а не наоборот. На практике с ее половым стереотипом считаются мало. Именно поэтому, вероятно, вязка часто выглядит как насилие, принуждение суки.

Когда-то я наблюдал вязку догов Пурги и Боя с помощью неопытного инструктора. Пурга была легкой изящной сучкой, впервые допущенной к вязке. Бой — тяжелый кобель, привыкший к тому, что помощник делает почти всю подготовительную работу за него. Пурга была вполне готова к вязке, в разгаре охоты по всем признакам — она замирала при толчке в круп, отводила хвост, изгибала спину, при прикосновении к хвосту отводила его в сторону, подтягивала и фиксировала петлю. В решительный момент помощник не удержал двух догов на колене, присел… и пенис Боя попал в задний проход Пурги. С воем вырвалась Пурга. Вязку пришлось отложить до наведения чистоты. У Пурги, видно, сразу сложился стереотип, связавший Боя, обстановку вязки и ее результат. Повязать Пургу и Боя так и не удалось ни в эту, ни в последующую течки. Пурга, однако, нормально вязалась с дублером Боя при других помощниках. Опыт отрицательных эмоций с первого раза закрепился как негативный стереотип.

Следует заметить, что вопреки мнению о неизбирательности суками половых партнеров определенные предпочтения в индивидуальном выборе имеются. Свидетельством того, что сука в эструсе (охоте) выбирает партнера по своему вкусу и симпатии явились опыты F.A. Beach и В. Le Boenf в 1967 г.

По 5 кобелей и сук биглей выращивали с 40—50-дневного возраста до двух лет в большом общем вольере. Во время охоты суку выпускали к кобелю в малый вольер. Если кобель нравился суке, то вязка происходила в первую минуту, если нет — сука убегала из вольера. Тогда предлагали другого кобеля и т.д. Оказалось, что с наступлением второй течки суки становились еще более привередливыми и отдавали предпочтение исключительно ранее выбранным женихам. Поведение суки, отказавшей кобелю, может варьировать от бегства из вольера до открытой атаки. Некоторых женихов отклоняли почти все суки, но находилась такая, которая предпочитала именно его. Аналогичную избирательность в паровке иногда наблюдают и у кобелей. Известный мне кобель кавказской овчарки Цезарь всегда с энтузиазмом крыл суку Раму и похожих на нее, но крайне редко других сук.

Мы не знаем признаков, по которым суки (и кобели) выбирают половых партнеров. Есть основания думать, что не всегда высокий ранг особи является залогом обязательной симпатии со стороны партнера. Интересно также, что породистые собаки в выборе партнера, по моим наблюдениям, чаще оказывают предпочтение похожим на себя (черный терьер — черному терьеру, а не кавказцу или овчарке). Конечно, это предпочтение проявляется скорее как тенденция, чем как жесткий императив.

Было бы весьма полезно выяснить «джентльментский набор» кобеля, обязательный для того, чтобы нравиться сукам. Может быть тогда мы бы лучше понимали направление и движущие силы развития аборигенных примитивных пород.

Поскольку селекционные задачи в разведении заводских пород редко учитывают пожелания самих собак, собаководам часто приходится стимулировать сексуальную мотивацию животных настолько, чтобы устранить возможные нежелания собак пароваться в нужном сочетании. По традиции в таких ситуациях обычно прибегают к помощи специалиста, который фактически помогает кобелю изнасиловать суку. С кобелем сложнее: заметный уровень его половой мотивации — непременное условие вязки. Обычно для этого вполне достаточно соблюдения простых физиологических правил ухода за животным, в крайнем случае массажа.

Кроме физиологичных способов нормализации полового поведения вроде диеты, моциона, создания соответствующей психологической среды и правильного воспитания, укрепляющего нервную систему, могут быть использованы легкие психофармакологические воздействия по показаниям. Как правило, активного участника любовного акта — кобеля — приходится активировать, а пассивного — суку — успокаивать. Хотя возможно и наоборот: излишне возбудимого кобеля во избежание преждевременного набухания луковиц и эякуляции (семяизвержения) приходится успокаивать, а суку подбадривать. Конечно, активная и пассивная стороны в половом акте — понятия весьма условные.

В качестве легких возбуждающих средств можно рекомендовать препараты кофеина, а в качестве успокаивающих — малые транквилизаторы типа мепрабомата или бромистый калий. Транквилизаторы, являющиеся эффективными противострессорными средствами, одновременно могут оказаться полезны в плане улучшения результатов вязки. Стресс — это всегда гормональная буря, способная нарушить тонкие механизмы оплодотворения и имплантации зародыша в матке. Видимо, именно этим опосредовано подмеченное в звероводстве стимулирование плодовитости с помощью транквилизаторов. У возбудимой суки на незнакомой территории во владении не ею выбранного кобеля вполне достаточно причин для волнений и стресса. Высокий уровень адреналина в крови нервничающей суки может вызвать спазм мускулатуры матки и кровеносных сосудов брюшной полости. Биохимические изменения в организме могут изменить состояние внутренней среды в матке и яйцеводах.

Выбор средств, применяемых в каждом конкретном случае, — дело достаточно ответственное. Так, триоксазин и аминазин снижают температуру тела, что может отрицательно отразиться на оплодотворении яйцеклеток. При этом аминазин достаточно грубо нарушает психические процессы. Элениум иногда вызывает у собак парадоксальную реакцию (злобу). Феназепам, достаточно широко используемый в животноводстве против транспортных стрессов, по многочисленным данным не мешает собственно оплодотворению. Однако при индивидуальной передозировке может вызвать сонливость, дискоординацию движений и слабость задних конечностей. Желательно заранее проверить индивидуальную реакцию своей собаки на транквилизатор с тем, чтобы не рисковать, когда понадобится им воспользоваться.

Еще одна проблема психосексуального свойства, которая может волновать собаковода, — мастурбации. Некоторым хозяевам приходилось краснеть, когда их песик вдруг пристраивается с сексуальными намерениями к ноге, закинутой на ногу. Сексуально окрашенные игры для собак обоего пола в определенном возрасте являются нормой, но приобретая устойчивый характер онанизма, они могут печалить владельца. Чаще такие случаи происходят с кобельками мелких декоративных пород, не имеющих иного осмысленного занятия, службы и не дрессируемых владельцами, но встречаются и среди других пород собак. В этих случаях следует проверить и исключить зуд в области паха из-за насекомых, воспаления препуциального чехла, дерматитов и проч. В ранних стадиях легких форм нарушений после исключения причины зуда локальное раздражение удается снять гигиеническими процедурами и жировыми мазями, содержащими новокаин, димедрол, ментол, преднизолон и т. п. (см. главу 6). Если причина стойких мастурбаций не в местном раздражении, то могут оказаться полезными седативные и транквилизирующие средства.

Прославленный секс-корректор из восточной медицины по тем отрывочным сведениям, которые у нас есть, заметных сдвигов в половом поведении собак не дает. Напротив, гормонотерапия (см. ниже) обычно дает быстрый отчетливый эффект в большинстве случаев, хотя результативность вязок, подкрепляемых искусственным введением гормонов, в среднем ниже, чем естественных. При коррекции полового поведения гормонами следует помнить, что искусственное повышение уровня гормонов в крови маскирует причину, из-за которой собственная выработка гормонов в организме снижена, а также то, что при частом введении гормонов может снижаться чувствительность к ним органов-мишеней и самостоятельная выработка гормонов.

И все-таки на наш взгляд коррекция сексуального поведения как такового не является особо актуальной для собаководов задачей. Эта проблема еще более выводится из числа прикладных из-за разработок техники искусственного осеменения собак. Реально собаковода могут значительно больше волновать те нарушения в организме животного, которые обусловливают те или иные отклонения поведения. В этом отношении поведение несет неоценимую информацию — задолго до того как непорядок в физиологии и биохимии организма собаки проявится каким-нибудь другим образом (например, пустой вязкой) он может проявиться в поведении. Так, если кобелек в положенном возрасте не поднимает лапу на дерево — ждите слабости мужской половой системы; если сучка начинает мочиться как кобелек — это признак как минимум задержки полового созревания, редких нерегулярных течек в будущем и возможного бесплодия. Поэтому, хотя само сексуальное поведение собаки исправлять специальным лечением приходится редко, но следить за ним — крайне важно. Следует также подумать, что принесет в будущем племенное использование особей, нуждающихся в коррекции полового поведения, не лучше ли заменить их здоровыми животными.
8.2. УПРАВЛЕНИЕ ПЛОДОВИТОСТЬЮ 

Действительно актуальная для собаководства задача — управление плодовитостью — складывается из взаимосвязанных аспектов: регуляции оплодотворения, контроля протекания щенности, помощи при щенении и сопровождения вскармливания щенков. Целями управления может быть повышение количества щенков в помете, уменьшение их числа и коррекция нарушений, вредящих качеству помета.

Рассмотрим наиболее частые проблемы управления плодовитостью исходя из того, что читатель, хотя бы в общих чертах, подготовлен к пониманию сути событий, лежащих в основе зачатия, внутриутробного развития, рождения и вскармливания щенков. Литература по этим вопросам как специальная, так и популярная достаточно доступна.
8.2.1. Стимуляция оплодотворения 

Целью повышения плодовитости может быть увеличение численности редкой малоплодной породы, получение максимальной отдачи от ценных производителей, коммерческие интересы заводчика, снижение размеров отдельных плодов и др. Существующие для этого методы включают мероприятия по предотвращению негативных влияний на нормальное оплодотворение и меры для достижения дополнительного эффекта сверх отпущенного природой.

Действия по повышению результативности вязки через увеличение оплодотворяющей способности кобеля включают достижение оптимальных кондиций его к моменту вязки за счет полноценного питания, обогащения рациона белками и витаминами, заблаговременный контроль качества спермы и состояния мочеполовой системы, соблюдение режима половой деятельности и техники вязки. Владельцу кобеля выгодней не повязать кобеля вообще, чем породить мнение среди коллег о низкой плодовитости пса. Рацион кобеля за 7—10 дней до вязки желательно уменьшить на 10—15% по объему в основном за счет жиров, углеводов и клетчатки. Одновременно следует обогатить корм (на 5—10% против обычного) полноценными белками и витаминами, особенно А, В1, В6, В12, Е. Моцион необходимо удлинить при ограничении интенсивности физических нагрузок. Важно также, чтобы кобель в период подготовки к вязке не подвергался токсичным воздействиям, в том числе и лекарств (антибиотиков, цитостатиков, иммуномодуляторов и др.).

При пониженной половой активности (возраст, индивидуальная и породная особенности) кобелю может быть проведен в преддверие вязки курс легкой гормональной коррекции — 1—2 инъекции по 0,5 мл тестостерона в течение 10—12 дней перед вязкой. Стимуляция полезна собакам с низким либидо: волнистому ретриверу, мастифу, салюки, шарпею. Слабая активность часто является следствием гипотиреоидизма, признаками которого является редкая шерсть, вялая линька, потемнение кожи живота и в паху, сонливость, ожирение. Препараты йода и массаж шеи могут улучшить репродуктивную активность кобеля. По данным профессора О.Н. Воскресенского, настой астрагала (по-видимому, из-за содержащегося в нем в оптимальной концентрации селена) с антиоксидантами, назначаемый в подготовительный период, заметно повышает плодовитость самца.

Контроль за качеством половых продуктов кобеля проводят за 2—3 недели до вязки. Он должен подтвердить отсутствие гнойных выделений, достаточную концентрацию и количество сперматозоидов, их высокую активность и низкую долю дефектных спермиев (не более 2—5%). Впервые вяжущимся кобелям и кобелям после длительного (более 3 месяцев) перерыва в племенной работе процедура искусственного получения спермы для анализа полезна еще и тем, что обновляет и активирует клетки, продуцирующие сперматозоиды.

Эякулят кобеля состоит из 3 фракций:

1) Слизистая фракция, выбрасываемая обычно еще до полной эрекции, сперматозоиды не содержит и служит для смазывания влагалища и подготовки пути миграции сперматозоидов.

2) Самая важная фракция, истекает в самом начале вязки (через 20—30 секунд с начала садки) в течение 2—3 минут. Ее объем не превышает 2—3 мл, но именно в этой фракции содержатся все сперматозоиды — от 60 до 600 миллионов в 1 мл.

3) Фракция большого объема (20—70 мл), истекающая во время склещивания, является секретом простаты и служит для проталкивания сперматозоидов вглубь половых путей суки.

Понятно, что хотя каждая из трех фракций выполняет определенную роль в обеспечении оплодотворения, но роль 2-й фракции особая. Нет оснований стремиться к длительной вязке, так как даже при искусственно поддерживаемой вязке без склещивания (весьма характерной для бульдогов, чи-хуа-хуа, минишнауцеров, сенбернаров, такс, ньюфаундлендов и др.) в течение 3—4 минут матка суки оказывается заполненной сперматозоидами. Нельзя, однако, исключить, что секрет простаты (3-я фракция) содержит какие-либо факторы, полезные для оплодотворения и создания оптимальной среды в матке. Иногда приходится оказывать собакам помощь при патологически затянувшемся склещивании — прикладывать (на 1—3 минуты) пакеты со льдом к мошонке кобеля.

Оптимальный режим половой деятельности кобеля достаточно варьирует в зависимости от породы, возраста и индивидуальных особенностей. Он обычно регулируется традициями, возможностями и правилами распределения нагрузки на производителей по планам клубов собаководства. Для среднего кобеля нормой можно считать 15—20-дневный перерыв между вязками при суммарном количестве вязок до 20 в год в пике формы. В исключительных случаях, когда почему-либо одним кобелем нужно покрыть более 40—50 сук в год, кроме специального рациона, богатого белками, жирами и витаминами, можно рекомендовать методы искусственного осеменения, экономящие половые продукты кобеля. Нагрузка выше оптимальной для данного кобеля быстро снижает его потенцию к оплодотворению и может способствовать раннему окончанию карьеры производителя.

Вводя многомиллионную армию жизнеспособных сперматозоидов в матку суки, кобель обеспечивает условия для рождения немыслимого числа щенков в каждом помете. Реально рождается от 1 до 12, редко до 20 щенков. Не касаясь здесь нормативных актов, которые ограничивают размер помета 8 и даже 6 щенками (правила лимитирования помета, так же, как и частоты вязок, на наш взгляд, больше отражают традиции и экономические соображения, чем биологический смысл. При современной технологии вскармливания можно поднять практически любой помет. Это предмет другого разговора), рассмотрим приемы воздействий на суку, способствующие увеличению числа щенков в помете.

Естественно, здоровая сука оптимальных кондиций (масса тела на 3—5% меньше выставочной) — первое условие результативности вязки. Истощение и, особенно, ожирение резко ухудшают перспективы вязки. О регуляции кондиций собаки достаточно сказано в других разделах этой книги и в многочисленных руководствах. Здесь мы привлекаем внимание читателя к специфике витаминной потребности суки накануне вязки — повышенной на 20—40% потребности в витаминах Е, A, F, Н и PP.

Второе важное физиологическое условие эффективности вязки — правильный выбор срока спаривания. Особенности суки в репродуктивном отношении по сравнению с самками других видов млекопитающих состоят в неоднократной овуляции яйцеклеток в течение эструса (течки) и в достаточно длительном (до 6 суток) созревании яйцеклеток после овуляции перед оплодотворением. Сперматозоиды, дозревающие в матке после копуляции за 4—6 часов, сохраняют оплодотворяющую способность в течение 5—8 дней (по некоторым данным до 11 дней). Поэтому очень важно правильно выбрать срок вязки. С помощью инструктора кобель может изнасиловать суку раньше срока ее готовности, но пользы от этого будет немного. Собака относится к видам млекопитающих, у которых овуляция спровоцированная, поэтому естественная вязка при прочих равных условиях обычно более продуктивна.

Задача правильного выбора срока вязки осложняется существенными породными и индивидуальными вариациями сроков проявления тех или иных этапов течки у разных сук. Так, у болонок, керри-блю-терьера, ризеншнауцеров, малого мюнстерлендера наилучшие результаты дает вязка в начале охоты, а у бульдогов, ньюфаундлендов, алабаев, цвергшнауцеров, черных терьеров, далматинов, командора — ближе к концу охоты (на 12—15-й день), у шарпеев же даже желательно покрытие в самые последние часы течки (иногда на 18—20-й день).

Поведенческие элементы, сопровождающие эструс у суки хорошо известны собаководам. Они обычно дают общие указания на срок наступления охоты в период течки, но индивидуальные отклонения могут затруднить выбор оптимального срока вязки. Имеющийся массив данных о связи уровня половых гормонов в крови суки и картины вагинального мазка с этапами эструса дает возможность очень точно выбрать оптимальный срок вязки. На графиках (рис. 8.2.) показан гормональный профиль состава крови суки в ходе эструса, дающий ориентиры для такого выбора.
 
Рис. 8.2. Признаки (поведенческие, цитологические, гормональные) этапа течки и условия, благоприятствующие оплодотворению.

E — уровень эстрогенов в крови суки, LH — уровень лактотропного гормона, P — уровень прогестерона.

Однако дороговизна и хлопотность многократного определения цитологических и биохимических показателей, длительность самих определений снижают их прикладное значение. Еще более сомнительна возможность их применения, когда сука должны ехать на вязку к кобелю в другой город и сроки поездки нужно согласовывать с владельцем кобеля. Ценя точность и научное значение лабораторных исследований, все же приходится признать, что в этом случае великие усилия для практики собаководства окупаются в исключительных случаях. Адекватным по затратам и вполне эффективным методом определения срока охоты можно считать использование кобеля-пробника (вязку следует проводить через 40—48 часов после первого допуска этого кобеля сукой). Кроме того, клубы собаководства и питомники вполне в состоянии наладить достаточно простое и точное тестирование сук определением электрического сопротивления слизистой влагалища. При наличии соответствующего электрода изготовление и использование этого прибора доступно юному технику (рис. 8.3.).
 
Рис. 8.3. Схема устройства вагинального электрода для определения срока овуляции.
 
Рис. 8.4. Электрической сопротивление слизистой влагалища (по горизонтали — дни вязки).

Электрод представляет собой пластмассовый стержень длиной 15 см и диаметром 8 мм, на конце которого расположены два обруча из позолоченной латуни. После дезинфекции и высушивания электрод вводят в переднюю треть влагалища суки, плотно прижимая его к стенкам слизистой. Показания снимают с помощью омметра со шкалой от 0 до 1000 Ом. В отличие от других сельхозживотных, у сук электрическое сопротивление вагинальных секретов в период охоты не падает, наоборот, овуляция сопровождается повышением сопротивления. Оптимальные для вязки — 3 последних дня в период подъема сопротивления. На графике (рис. 8.4.) показано изменение электрического сопротивления слизистой влагалища суки в ходе эструса. Резкий скачок сопротивления соответствует первой овуляции и, следовательно, вязка должна состояться в течение 1—3 дней с момента регистрации скачка сопротивления. Имея такой прибор или арендуя его в клубе, заводчик может легко контролировать состояние своей суки по ходу течки.

Обеспечив оптимальные сроки покрытия суки, достаточно надежное перекрытие[5] ее тем же кобелем и условия для нормального оплодотворения (избегание или компенсация стресса, исключение токсических воздействий и т.д.) заводчик сделал все зависящее от него для оплодотворения количества яйцеклеток, отпущенных суке природой на эту течку. При необходимости увеличения числа яйцеклеток (а следовательно, и шансов на увеличение размера помета), вызванной породной или индивидуальной малоплодностью собаки и потребностью заводчика, могут применяться фармакологические приемы повышения плодовитости суки.

Среди медикаментозных средств, практикуемых с целью повышения плодовитости сук, кроме ударных (10—40-кратных) доз витамина Е, широко используют сыворотку жеребых кобыл, содержащую гормональные факторы, умножающие число созревающих фолликулов (из которых выходят яйцеклетки[6]. Этот метод способствует также учащению рождения однояйцовых близнецов (однояйцовые близнецы возникают при расщеплении уже оплодотворенной яйцеклетки — зиготы — на два или несколько самостоятельных зародышей). Сыворотка жеребых кобыл — биологический препарат, богатый гормонами, Современная фармация позволяет использовать с той же целью очищенные или искусственно синтезированные индивидуальные половые гормоны — фолликулин, эстрадиол и др. Кломифенцитрат, например, стимулирует выработку гонадотропина в организме самки и, следовательно, овуляцию при одновременном антиэстрогенном действии, что ведет к повышению плодовитости.

Рекомендуемые справочниками и эмпирически подобранные схемы введения желательно дополнять анализом содержания эндогенных (собственных) гормонов в организме суки для индивидуализации дозы. Затраты на иммунохимические тесты в этом случае могут быть вполне окупаемы. Кроме выявления индивидуальных тенденций к гормональной недостаточности (а значит, и подсказки направления коррекции гормонального статуса), данные этих тестов застрахуют от риска передозировки, а следовательно, и от неблагоприятных последствий применения сильнодействующего препарата. Как правило, относительно безвредный эффективный лимит искусственного превышения уровня гормона в крови составляет 40—50% нормальной концентрации данного гормона в соответствующей фазе полового цикла.

Конечный результат усилий по стимуляции плодовитости зависит, естественно, от успешности имплантации эмбрионов, характера протекания щенности, щенения и вскармливания в первые дни и недели жизни щенков. О возможностях физиологических и фармакологических воздействий на эти процессы будет сказано ниже (см. гл. 8.3).
8.2.1.1. Искусственное оплодотворение в собаководстве 

Применение искусственного оплодотворения в собаководстве в настоящее время сдерживается в основном отсутствием соответствующих нормативных документов по учету происхождения животных и определенным консерватизмом кинологической общественности. Хотя у собак овуляция считается спровоцированной, однако научные разработки в области искусственного осеменения позволяют уже сегодня использовать этот метод в собаководстве. Преимущества метода очевидны — сперма от ценных кобелей могла бы поставляться в любой пункт земного шара и использоваться для оплодотворения местных сук с большой эффективностью. Кстати, в истории науки собака была первым объектом, на котором была показана возможность искусственного оплодотворения. Аббат Ладзаро Спалланцани в XVIII веке ввел шприцем в матку суки сперму кобеля той же породы и получил трех здоровых щенков, похожих на отца. Разработанная в настоящее время техника позволяет собирать и транспортировать сперму кобелей и проводить ею осеменение сук. Британский Кеннел Клуб недавно разрешил искусственное осеменение в племенных целях, оговорив обязательное участие уполномоченного ветеринарного специалиста в регистрации документов щенков, родившихся в результате такого осеменения.

При искусственном осеменении одну порцию спермы от ценного кобеля можно использовать для оплодотворения многих сук. Для этого берут только вторую фракцию эякулята и разбавляют ее молочным или желточным разбавителем в пропорции 1:4—1:8 (молочный разбавитель — свежепастеризованное молоко, яичный — 10%-ный раствор желтка куриного яйца в снятом молоке после термической обработки и с добавкой 500 ед/мл стрептомицина). При температуре 4°С сперма может сохраняться в этих разбавителях 5—6 суток без потери качества. Оптимальное количество сперматозоидов для оплодотворения яйцеклеток свежеразбавленной спермой — 200 млн/мл. Оно гарантирует 89%-ную вероятность оплодотворения и такую же численность щенков в помете, как и при естественном оплодотворении. Внутриматочное введение спермы осеменяемой суке практически не имеет преимуществ перед глубоким интравагинальным.

Во многих питомника США собаководы используют замороженную сперму. Сообщалось об эффективности замороженной спермы собак через 8 лет. Для замораживания в желтковый разбавитель добавляют буфер с лимонно-кислым натрием и глицерином. После медленного (до 2—3 часов) охлаждения спермы до 0°С ее помещают в жидкий азот (-196°С). Отогретая после глубокой заморозки сперма все же несколько уступает умеренно охлажденной, но дает возможность получить потомков кобеля, умершего задолго до рождения соответствующей суки. Очевидны возможности обогащения генофонда породы с помощью искусственного осеменения, не зависящего от совпадения времени и места жизни родителей.
8.2.2. Контрацепция и управление сроками течки 

Генетический анализ результатов скрещивания собак моноэстричных (1 течка в год) и полиэстричных (2 и более течки в год) пород показал, что частота течек и сроки наступления первой течки обусловлены генетически — моноэстричность определяется 1 рецессивным геном, скороспелость — 2—3 доминантными генами. К монозстричным породам относятся, например, бассанджи, некоторые линии аборигенных алабаев, командор, ирландский волкодав, жесткошерстный бородатый колли и др. Суки чау-чау, биглей, ризеншнауцеров и других пород часто имеют более двух течек в год. Ранняя половая зрелость (в 6—7 месяцев) часто наблюдается у сук английских бульдогов, бультерьеров, спаниелей, чау-чау (иногда даже в 5 месяцев), а позднее появление первой течки (после 10—12 месяцев) характерно для перуанской голой, шпица, ньюфаундленда и, особенно, шарпея, хортой-грейгаунда, итальянского гаунда (после 18—24 месяцев)[7]. Генетическая обусловленность сроков наступления первой течки и периодичность ее повторения через определенные интервалы времени в дальнейшем показывают, что в значительной мере календарь будущей половой жизни суки предопределен в момент ее зачатия. Однако вмешательства в гормональный механизм регуляции сложных процессов подготовки организма суки к течке могут существенно сдвинуть даты течек или же сделать их безрезультатными. На рис. 8.5. показана схема физиологической организации регуляторных систем, контролирующих размножение. Вмешательства в эту систему управления позволяют сдвинуть сроки течки в желательном направлении.

Рис 8.5. Схема гормональной регуляции размножения.

В зависимости от степени радикальности изменений сроков наступления желательной течки гормональное воздействие может быть более или менее интенсивным. В принципе у взрослой суки искусственную течку можно спровоцировать гормонами даже через 2—4 недели после предыдущей. Понятно, что это потребует весьма сильной ломки естественного механизма управления системой органов размножения в организме собаки и вряд ли пройдет без нежелательных последствий для ее здоровья. Конечно, иногда собаководы идут на самое радикальное вмешательство в репродуктивную сферу собаки — хирургическую или химическую кастрацию. Техника этих процедур (для сук и кобелей) хорошо известна ветеринарам, но она не является актуальной для большинства собаководов. Мотивы и отдельные аспекты ее применения рассмотрены в других разделах книги (гл.1 и 12). Здесь мы уделим внимание случаям, когда по каким-либо соображениям собаководу необходимо сдвинуть сроки течки на более ранний или более поздний срок, а также случаям, когда необходимо прервать щенность.

Допустимым можно считать ускорение или замедление срока очередной течки на 4—6 недель. Этот диапазон (8—12 недель) достаточно широк для того, чтобы были удовлетворены временные соображения (отпуск, даты выставок, удобства сбыта щенков и др.), которыми обычно руководствуется собаковод, внося коррективы в сроки течки. Конечно, величина относительно безвредного для здоровья суки сдвига срока течки (и соответственно силы вмешательства) зависит от состояния организма конкретной собаки и определяется сугубо индивидуально. Имеет значение то, как давно сука щенилась, каков был размер помета, как протекала щенность, как прошло восстановление суки и т.д. Но и в тех случаях, когда в предыдущие 1—2 течки сука не была повязана, не следует ускорять срок наступления очередной течки более чем на 1—1,5 месяца. Период полового покоя — это не период бездеятельности детородных органов самки. Наоборот, это период кропотливой работы всего организма по подготовке острой фазы цикла размножения — эструса.

Обычно для приближения срока очередной течки используют инъекцию гравогормона, сывороточного или хорионического гонадотропина. Хороший эффект дает сочетание инъекций со скармливанием суке таблеток синестрола, октестрола и т.д. Доза и схема введения подбираются достаточно индивидуально (в зависимости от породы, массы тела, возраста, состояния здоровья, выраженности полового типа и т.д.). Поскольку четких научных разработок связи интенсивности гормонального воздействия с временным эффектом ускорения наступления течки нет, приведем пример успешного ускорения течки из практики.

Здоровая сука черного терьера в возрасте 2,5 года имела первую течку в 8,5 месяцев. Третья течка должна была наступить в апреле (цикл у этой суки- 6,5 месяцев). Для подготовки суки к ответственной выставке в сентябре интервал после вероятных родов (конец июня) представлялся недостаточным (2 месяца). Кроме того, иногородние покупатели ожидаемых щенков настаивали на их приобретении в мае, чтобы полнее использовать короткое северное лето в их краях для выращивания щенков. Решено было ускорить срок течки на 4—5 недель. За 7 недель до даты очередной течки суке начали курс синестрола: 1-й, 3-й, 5-й дни по 1 таблетке; 7—10-й день по 1 таблетке ежедневно; с 10-го по 13-й день по 2 таблетки. На 7-й день суке ввели внутримышечно 0,5 мл, а на 13-й день 1 мл сывороточного гонадотропина. Течка началась на 17-й день с начала курса стимуляции, протекала нормально. Сука была покрыта на 12-й и 15-й дни течки, т.е. на 4,5 недели раньше, чем это должно было произойти в естественные сроки. Помет из 13 здоровых и 1 мертворожденного щенков появился на 63-й день щенности. Щенки развивались нормально, в дальнейшем 7 щенков получили оценку отлично, 2 — очень хорошо, 1 щенок пал от чумки, судьба 2 щенков неизвестна.

В вышеприведенном примере проявился характерный эффект гонадотропина — способность стимулировать численность щенков в помете. В других случаях применения вышеприведенной схемы введения гормональных препаратов течка иногда наступала еще до окончания курса. По-видимому, сказывалась степень естественной готовности организма конкретной суки к началу течки. С первыми признаками начала спровоцированной течки введение гормонов можно прекращать — процессы, которые подтолкнуло введение гормонов извне, далее обычно развиваются самостоятельно естественным порядком. При большой разнице между сроками естественной и спровоцированной течек (более 3 недель) прерывание курса гормонотерапии иногда все же может приводить к прерыванию течки или к смазанному характеру ее протекания. К неприятным последствиям провокации течки введением гормонов относится риск нештатного протекания течки — удлиняется срок охоты и необходимо очень тщательно относится к выбору дней вязки, а в ряде случаев и многократное перекрытие суки кобелем (желательно угадать последние дни и часы охоты). При налаженном тестировании срока овуляции у суки это не представляет особых хлопот.

Иногда перед собаководом возникает прямо противоположная задача — оттянуть срок течки (на послевыставочный период, к моменту приезда ценного кобеля и т.д.). Современные средства позволяют отсрочить течку на несколько недель, месяцев или даже лет. Для этого используют либо угнетение процессов подготовки органов размножения суки к очередной течке, либо (предпочтительней) искусственное ускорение процессов, сопровождающих нормальное затухание течки. Обычно используют человеческие половые гормоны. Существуют разные группы препаратов, на основе которых разработаны таблетки и различные растворы для инъекций. Это мегестрол ацетат, медроксипрогестерон ацетат, хлормадинон ацетат и пролигестон. Независимо от конкретной формы выпуска препарата его сопровождает аннотация с рекомендациями способа применения. Для того чтобы упредить эструс, обработку начинают в фазе покоя (анэструсе). Это препятствует проявлению охоты, отодвигая ее на более поздний срок. Мегестрол ацетат скармливают для предупреждения охоты в дозе 0,5 мг/кг в течение 32—40 дней, начиная за 1—2 недели до начала течки. Поддерживающая доза 0,1—0,2 мг/кг дважды в неделю может отсрочить течку более, чем на 4 месяца. Для подавления начинающейся охоты дозу мегестрол ацетата резко увеличивают — по 2 мг/кг в течение недели. Более мягкий вариант — 4 дня по 2 мг/кг с момента появления признаков течки, а затем 12 дней по 0,5 мг/кг. На основе мегестрол ацетата запатентовано много препаратов как в виде таблеток, так и для инъекций (Ovarid, Syntex suppress и др.).

Медроксипрогестерон ацетат в основном используется для предупреждения охоты и обычно не рекомендуется его применять в другие фазы цикла суки. За 6 недель до эструса подкожно вводят 2 мл его раствора (28 мг/кг), для сук массой более 25 кг дозу удваивают. Медроксипрогестерон ацетат назначают также вовнутрь за 5 дней до проэструса по 5—10 мг ежедневно в течение всего проэструса и эструса, а при необходимости и в дальнейшем. Некоторые рекомендуют этот препарат для подавления охоты: с началом течки 4 дня по 10 мг, а затем еще 12 дней по 5 мг (для сук массой более 25 кг дозу удваивают). Медроксипрогестерон ацетат входит в состав фирменных препаратов Perlutex (Leo, England) и Promone E (Upjohn). Оба препарата применяются для длительного (до 30 месяцев) подавления охоты, но второй имеет много противопоказаний и начало охоты после прекращения его введения непредсказуемо.

Весьма эффективен для подавления охоты хлормадинон ацетат: 3 мг/кг подкожно в анэструсе, повторная инъекция через 4—5 недель и далее каждые 6 месяцев как угодно долго. Есть сведения, что у тысячи сук обработкой этим препаратом в течение 10 лет в 98% случаев течка полностью подавлялась.

Эффективно предупреждает течку при предварительном (за месяц) введении пролигестон. Его вводят с интервалом в 6 месяцев инъекционно (20—30 мг/кг, но не более 600 мг/кг). Патентованные препараты на его основе — Covinan («Intervet») и Delvosteron («Gist-brocades»).

Определенным контрацептивным эффектом обладают препараты на основе мужских половых гормонов. Андрогены используют в виде маслянных растворов тестостерона пролонгированного действия. Это тестостерон фенилпропионат (Androject), 1 мг/кг внутримышечно каждые две недели. Отечественный аналог — тестенат — содержит 135 мг/мл активной основы тестостерона, действующего в течение 3—4 недель. Его двукратное введение (0,5 мл мелким собакам, 1,0 мл — крупным; перерыв между инъекциями 2 недели) надежно угнетает течку, но в дальнейшем требует ежемесячного подкрепления дополнительной инъекцией. Владельцам племенных сук надо иметь в виду, что длительное введение андрогенов может вызывать атрофию яичников.

Следует напомнить, что применение половых гормонов вызывает целую гамму изменений в организме: увеличивается аппетит и масса тела, меняются поведение, темпы линьки и т.д. Многие из побочных эффектов гормонов небезопасны. Так, прогестерон может вызывать перерождение эндометрия и даже опухоли вымени. Конечно, реакция организма суки на гормональное воздействие зависит от многих факторов — уровня собственной продукции гормонов, состояния здоровья, характера питания и нагрузки, возраста и т.д. Поэтому подбор препарата и его дозировки должен быть строго индивидуализирован. Несмотря на определенные дефекты, методы фармакологической контрацепции имеют преимущества перед простым и надежным хирургическим выхолащиванием суки — они обратимы, а собаковод, отказавшийся сегодня от роли заводчика, может затем передумать.

При кастрации суки следует иметь в виду, что операцию нельзя проводить до основного завершения формирования организма — не ранее 8—11 месяцев. В противном случае возможны достаточно серьезные нарушения, вплоть до недоразвития вульвы и сложности с гигиеной мочеиспускания. Иногда хирургу не удается удалить яичники без остатка и это может приводить к длительному сохранению элементов полового цикла. И.П. Павлов считал, что кастрация может вести к неврозам и стойкому снижению работоспособности нервной системы. Он рекомендовал кастрированным животным учащение и удлинение периодов отдыха и прием внутрь брома. Кастрированные собаки менее пригодны для большинства видов служб. У некоторых из них после кастрации может появиться агрессивность, особенно по отношению к членам семьи хозяина.

Наконец, затронем щепетильную тему «неравного брака». Нет-нет да случается, что племенная сука повязалась вне планов владельца. Иногда уже после вязки планы и возможности владельца по выращиванию щенков изменяются. Необходимо избежать рождения метисов, да и вообще нежеланных щенков. Особым случаем является также сверхоплодотворение[8] и сопряженные с ним проблемы. Собаковод в таких ситуациях стремится скрыть сам факт внеплановой вязки и, кроме того, поберечь силы организма своей собаки и свои собственные от растраты на ненужные хлопоты при нежеланной щенности.

В этих случаях часто прибегают к гормональным воздействиям. Ранее для этого рекомендовали инъекции эстрогенов в первые сутки-двое после вязки и через 48 часов повторно — нарушается имплантация эмбрионов и щенность не наступает. Но оказалось, что собаки весьма чувствительны к эстрогенам. При неправильном подборе препарата или при передозировке возможно нарушение кроветворения (страдает костный мозг). Считается достаточной и безопасной доза эстрадиолбензоата 0,01 мг/кг на 5-й, 7-й и 9-й дни.

Прерывание беременности рассасыванием желтых тел можно стимулировать препаратами, содержащими простагландин F-2a. Это синтетические препараты — лютализ (динопрост), энзапрост, клопрастенол (эструмейт), флупростенол (эквимейт) и т.д. Хорошо зарекомендовавшие себя на самках других видов, эти препараты оказались недостаточно эффективными и безвредными при применении на суках. Рвота, приступы сердцебиения, понос, моченедержание — достаточно веские аргументы против их применения на суках, тем более, что препараты следует давать 3—5 дней подряд. В какой-то степени избежать неприятных побочных эффектов удается, если вводимая доза нарастает постепенно. Общую дозу простагландина (около 200 мкг/кг) делят на 2—3 порции и вводят с 5-го по 8-й день после течки. Надежность метода составляет 80%.

Во второй половине щенности весьма эффективным для ее прерывания может быть каберголин (малоэффективный в первой половине): 5 мкг/кг в течение 5 дней неизменно вызывает аборт. Эпостан, который ранее не предназначался для кинологических целей, также оказался эффективным индуктором аборта у сук во второй половине щенности. Он прекращает синтез прогестерона в организме и, следовательно, делает невозможным продолжение беременности. Его доза — 15—20 мг/кг дает 100%-ный эффект, но одновременно вызывает абсцессы в местах введения. В последнее время появились однако сообщения об эффективности и безвредности эпостана при даче его суке с кормом.

Можно не сомневаться, что постоянный поиск, ведущийся в этом направлении, может в ближайшее время дать новые эффективные средства регуляции сроков течки и ее результативности.
8.3. ФАРМАКОФИЗИОЛОГИЧЕСКОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ ЩЕННОСТИ 

Защита внутренней среды суки от токсических воздействий и помощь силам организма в предстоящей работе по формированию эмбрионов становится актуальной задачей заводчика с момента вязки. Первые 20 дней щенности — период наибольшей лабильности процессов в организме щенной суки, перестройка которых нужна для вынашивания щенков. По некоторым данным, от 40 до 50% оплодотворенных яйцеклеток в нормальных условиях по тем или иным причинам не смогут имплантироваться, прекратят свое развитие, рассосутся. Понятно, что от того, какие условия созданы суке в начале щенности, зависит ее репродуктивная отдача. Создавая благоприятные условия, можно обеспечить выживание максимального числа эмбрионов и их полноценное развитие, а можно, напротив, способствовать сокращению размера помета и индукции дегенеративных изменений в плодах, которые хотя и выживут, но будут тщедушными и слабыми.
8.3.1. Защита и мониторинг щенности 

Каждому собаководу интересно и полезно как можно скорее убедиться в результативности вязки. Щенность проявляется внешними признаками в телосложении и поведении суки, однако ранняя диагностика щенности по этим показателям ненадежна, требует значительного опыта и подвержена индивидуальным отклонениям. Так, при многоплодной беременности форма живота суки может заметно измениться уже к 5-й неделе, а в других случаях изменения линии живота могут остаться незаметными вплоть до родов. Среди собаководов распространены разные приметы определения щенности и даже количества эмбрионов. У владельцев английских бульдогов принята оригинальная методика определения числа щенков в будущем помете. В последний день парования измеряют обхват туловища собаки точно по месту последнего ребра. Увеличение размера на 40-й день свидетельствует о щенности, а ежедневное измерение обхвата живота на протяжении последней недели определяет количество щенков — один щенок на каждый дюйм прироста обхвата. Достаточно надежный признак щенности — изменение окраски сосков, их эрекция в ответ на дотрагивание. Молоко при этом не появляется до последней недели. Движения плодов регистрируются в последние 7—10 дней. Щенная сука часто меняет позу при лежании, учащается мочеиспускание.

Американские ветеринары Е. Джонс и Дж. Джошуа наиболее реальным показателем щенности считают вагинальные выделения — очень вязкий слизистый секрет, выделяемый из петли после 32-го дня. У некоторых сук он такой вязкий, что тянется шнуром, у других его мало и внешне он проявляется склейкой волосков у входа влагалища. Особенно подчеркивается срок появления этих выделений — при их появлении на 42—49-й день скорее всего у суки фальшивая беременность.

Собаководы обычно легко замечают изменения поведения сук во время щенности — по подвижности, аппетиту, характеру взаимоотношений с другими собаками, отношению к гнезду и т.д. Однако разнообразие индивидуальных реакций и их обязательное появление как при реальной, так и при ложной щенности делает эти признаки мало показательными.

Из инструментальных методов исследования пальпация плодов в матке на 24—32-й день — наиболее доступный и очевидный тест щенности. Позже этого срока наглядность теста снижается из-за того, что границы между плодами сглаживаются. Точность метода достигает 88%, но он не дает информации о жизнеспособности плодов.

В последнее время для выявления щенности сук успешно применяется ультразвуковое исследование (УЗИ). С помощью УЗИ на 30—35-й день можно не только точно подтвердить щенность, но и определить количество и жизнеспособность плодов. Это очень важно для подготовки к щенению, особенно тех сук, у которых роды часто сопровождаются осложнениями (бульдоги, чи-хуа-хуа, таксы, бракки и др.).

Недавно была сделана успешная попытка определения размеров плодов с помощью УЗИ по измерению двух диаметров плода и по их желудкам (последний достаточно надежно коррелирует в своем развитии с возрастом плода) и предсказания даты родов. Хороший результат в этих случаях давало УЗИ на 17—20-й день. Правда, при многоплодии подсчет количества плодов может быть не очень точным. В кинологической УЗИ-диагностике используется ультразвук частотой 2—10 мГц импульсами до 1000 в секунду. Метод полностью безвреден как для суки, так и для плодов. Этого нельзя сказать в отношении рентгеновского исследования, которое выявляет зачатки скелета плодов не ранее 21-го дня после вязки и не позднее, чем за 20 дней до родов.

Длительность беременности у суки существенно варьирует — от 55 до 70 дней, но если отсчет вести от пика концентрации в крови лютеинотропного гормона, то колебания резко уменьшаются — от 64 до 66 суток (в среднем 65,1 суток). Средний размер помета — 8—12 щенков, но количество щенков в помете существенно зависит от породы и субъективных обстоятельств. Зафиксированный рекорд плодовитости — 23 щенка в помете. Считается, что ранняя паровка из-за повышенной смертности эмбрионов до имплантации снижает размер помета.

Существенные хлопоты может причинить заводчику ложная (фальшивая) щенность суки. Внешние изменения поведения и состояния суки при ложной и реальной щенности сходны, но по гормональному фону эти два состояния существенно разнятся. При ложной щенности в организме суки все время поддерживается повышенный уровень прогестерона, уровень эстрадиола повышен только в первые 6 недель, тогда как уровень эстрогена все время остается низким в отличие от его уровня при истинной щенности. Последний показатель особенно важен для различения ложной и истинной щенности. Исходя из динамики гормонального фона, можно отличить ложную щенность от истинной и при необходимости устранить гормональную основу ложной щенности.

При повторных ложных щенностях из-за накопления в матке суки секретов, являющихся отличной средой для микрофлоры, есть риск гнойных воспалений мочеполовой системы. Профессор Н.А. Мартыненко рекомендует для предотвращения неблагоприятных последствий ложной щенности курс эстрогенов: 2—4 мг октестрола внутрь утром и вечером в течение 4—5 дней (10 мг в день — максимальная доза даже для самых крупных собак). С этой же целью можно использовать инъекции дельмадинола ацетата — внутримышечно 2,5—5 мг/кг дважды с интервалом 24 часа, или применение внутрь мегестрола ацетата — 2 мг/кг ежедневно в течение 5—8 дней с момента подготовки ложно-щенной суки к «родам».

По отсутствию серьезных побочных эффектов наиболее предпочтительно использование бромкриптина или парлодела, которые стимулируют выделение ингибитора пролактина через раздражение гипоталамуса (см. рис. 8.5.). Его назначают внутрь ежедневно 1—2 раза по 0,1—0,2 мг/кг в течение 10 дней. На половой статус и плодовитость в дальнейшем такая обработка не влияет. Другие производные алкалоидов спорыньи — эргометрин, эргокриптин, эрготамин — также тормозят секрецию пролактина, но не достаточно эффективно и с побочными эффектами. Не лишен этих недостатков новый препарат каберголин, действующий непосредственно на клетки передней доли гипофиза. Его рекомендуют внутрь раз в день с кормом в дозе 2,5—5 мкг/кг (4—7 дней) либо инъекционно — 4 внутримышечные инъекции с интервалом 48 часов в той же дозировке. Эффективность достигает 95%, побочный эффект (рвота) — 3%.

Для прекращения ложной щенности используют также андрогены в высоких дозах: 1—2 мг/кг препарата пролонгированного действия тестената в неделю внутримышечно в течение 2 недель.

Можно попытаться прекратить ложную щенность не гормональным путем. А.А. Карпов рекомендует для этого обезвоживание организма мочегонными средствами и отмечает, что не следует давать суке слизывать свое молоко (намордник, фартук).

Проявления ложной щенности весьма индивидуальны — от едва заметных отклонений поведения до бурной подготовки к «родам». Сука, которая однажды проявила ложную щенность, будет проявлять ее снова и снова в каждом цикле на б-10-й неделе после течки. Даже стерилизация суки овариэктомией (удалением яичников) не останавливает проявление ложной щенности. Это и понятно, так как лактация и проявление материнского инстинкта при ложной щенности контролируются не прогестероном (источником которого являются желтые тела), а пролактином, вырабатываемом нейроэндокринными органами. Антагонистические отношения, существующие между этими гормонами, при нарушениях нормальной физиологии могут приводить к тому, что у кастрированной суки в течение 1—2 лет с интервалом 6 недель (вместо 6—8 месяцев в норме) будет наблюдаться ложная щенность, естественно без симптомов эстрального цикла.

В норме фармакофизиологическое сопровождение щенности должно строиться на минимальном использовании ксенобиотиков (чужеродных веществ), в том числе лекарств. Понятно, что опасность от ксенобиотиков, попадающих в организм собаки неумышленно из-за загрязнения окружающей среды или из-за включения их в корм (консерванты, одоранты, красители и др.), еще больше увеличивается в период щенности. Эта опасность не только складывается из вреда для суки и вреда для потомства, но и из особой уязвимости физиологических систем организма собаки, работающих в напряженном режиме. В этот период следует воздерживаться от дачи собаке новых видов корма, применения химических ошейников и моющих средств. Следует избегать лишних медикаментозных воздействий. Щенность суки достаточно коротка и каждое потенциально опасное вещество, попадая в ее организм и задерживаясь там хотя бы на сутки, может существенным образом отразиться на здоровье суки и будущего потомства. Некоторые руководства по собаководству, например, допускают дегельминтизацию щенной суки в первые две декады после вязки. Категорически возражаем против этого. Уже известны факты снижения продуктивности вязки и появления уродств у щенков после такой обработки. Для многих лекарств неблагоприятные эффекты в отношении щенной суки и эмбрионов не доказаны, но всегда есть риск того, что эти недостатки всего лишь еще неизвестны. Без крайней надобности не следует в этот период использовать антибиотики, сульфаниламиды, транквилизаторы и другие эффективные средства. Следует избегать необоснованного применения сердечно-сосудистых средств, так как в конечном счете почти все они являются регуляторами локального кальциевого гомеостаза и могут повлиять на закладку скелета и важнейших клеточных систем щенков[9].

Исключение может быть сделано для витаминов и микроэлементов. Будучи вполне физиологичными (т. е. имеющими естественное происхождение и не загрязненные полупродуктами производства синтетических витаминов) эти вещества способны поддержать организм суки в период, когда на него возлагаются дополнительные обязанности. Эти дополнительные обязанности состоят в обеспечении строительства тел эмбрионов материалами и энергией и в обеспечении очистки растущих организмов от шлаков.
8.3.2. Фармакофизиологическое сопровождение щенения 

Предродовой период у сук обычно протекает достаточно спокойно и не требует специальных ветеринарных услуг. Изредка у сук происходят преждевременные роды, сопровождающиеся большим отходом щенков и проблемами, связанными с запаздыванием начала лактации. Суки, у которых преждевременные роды уже были в прошлом, склонны к ним и в последующем. Надежный способ прекращения преждевременных схваток — наложение на живот суки тампона с нитроглицерином на 3—5 минут. Нитроглицерин, действуя на гладкую мускулатуру, тормозит схватки. Иногда этот же способ применяют для отсрочки родов до приезда ветеринара-акушера.

Роды — краткий, но бурный процесс. У большинства собак он протекает естественным образом и, кроме незначительной акушерской помощи, вмешательства не требует. Однако иногда у сук, особенно резко измененных селекцией пород, щенение без фармакофизиологического вмешательства практически невозможно. Так, 80% и более сук английского бульдога рожают с помощью кесарева сечения. Очень трудно рожают суки той-пород.

У бульдогов ситуация осложняется породной специфичностью их реакции на наркоз. Хорошо зарекомендовавшие себя в медицине и ветеринарии препараты (дроперидол, нембутал и др.), дающие безопасный надежный наркоз у собак других пород, у бульдогов, ротвейлеров, мастино и некоторых других часто приводят к необратимым изменениям в головном мозге и эпилептиформным приступам. Практикой найдено, что оптимальные результаты при кесаревом сечении у английских бульдогов дает наркотизация сочетанием (1:1) калипсола с рамитаром или рампуром — 1 мл смеси на 10 кг массы тела, а затем по 1 мл не чаще, чем через 10 минут для поддержания глубины наркоза, но не более 10 мл суммарно.

Следует заметить, что сама техника выполнения кесарева сечения у бульдогов имеет свои особенности. Учитывая то, что суки этой породы нуждаются в кесаревом сечении почти регулярно, требуется особая тщательность хирургической техники для того, чтобы не помешать будущей щенности. У грамотных заводчиков суки английского бульдога переносят до 7 кесаревых сечений за время жизни: по 3 с каждого бока и последнее по белой линии живота. Для того чтобы снизить вероятность образования спайков после операции на матке, желательно использовать тканевую терапию. Именно в противорубцовом эффекте тканевой терапии (алоэ и подсадки взвеси плаценты) видел академик В.П. Филатов главное достоинство своего метода в лечении травматических больных. Не следует позволять суке после кесарева сечения слишком залеживаться — умеренный моцион уже в первые дни способствует уменьшению спаечных проблем в дальнейшем.

При слабости родовой деятельности, которая может быть у сук любых пород, но чаще случается у пуделей, пинчеров и сеттеров, можно использовать мамафизин, питуитрин, окситоцин и некоторые другие сходные препараты. Традиционные среди собаководов рекомендации давать 1—3 ложки столового вина суке во время щенения не обоснованы, так как алкоголь для собак столь же токсичен, как метанол (древесный спирт) для человека (из-за слабой активности разрушающего этанол фермента в печени собак). Во время родов организм суки испытывает значительную нагрузку и его не следует подвергать дополнительным испытаниям на прочность. Столь же необоснованна тактика принудительного скармливания суке накануне и в ходе щенения бульонов, отваров и других особо питательных кормов. Поедание сукой последа полностью удовлетворяет в этот период ее потребность в белке и, что особенно важно, в гормональном стимуле к завершению родов и началу лактации.

Даже при нормальных родах после их завершения для ускорения сокращения матки и отделения задержавшихся кусочков последа часто приходится вводить суке окситоцин или мамафизин. Полезно также подкрепить организм суки запасом кальция в ходе щенения. Несколько таблеток глюконата или глицерофосфата кальция застрахуют суку от такой неприятной вещи, как послеродовой парез и обеспечат ее организм важным для мышечной работы микроэлементом.

У первородок часто наблюдается излишнее беспокойство. Не следует в этом случае применять транквилизаторы, которые могут нарушить тонкую координацию движений (столь необходимую суке в уходе за новорожденным щенком) и усилить пищевую доминанту. Нарушение переключения нервных процессов транквилизаторами может вызвать поедание щенков сукой, увлекшейся перегрызанием пуповины и вылизыванием щенка. Капли валерианы, бромистый калий — вполне достаточны при спокойной обстановке и дружеских отношениях с хозяином-заводчиком для того, чтобы успокоить суку. В крайнем случае суке можно дать половину дозы фенотиазина, который к тому же стимулирует секрецию пролактина, т.е. способствует образованию молока в вымени суки.

В случае воспалительных процессов, которые могут последовать за родами, при необходимости применить сильные антибиотики предпочтение следует отдавать «ударным» дозам в короткий период, ограничивая временно питание щенков молоком болеющей матери. Среди антибиотиков в лечении послеродовый горячки у собак лучше всего себя зарекомендовали ветрим, рифавет, фармазин.

Важное значение в первые послеродовые часы и дни имеет повышенная тщательность гигиены суки. Необходимы чистые, часто сменяемые подстилки. При затруднениях самостоятельного гигиенического вылизывания полезно подмывать суку слабым раствором соды (3—5 ложек на ведро теплой воды).

Часто после щенения (особенно при многоплодии, сопровождавшемся поеданием большой массы последов) у суки возникает диарея (понос). Это физиологичная реакция желудочно-кишечного тракта суки и не следует спешить закреплять стул лекарствами. Даже диету и легкие народные средства (рисовый отвар, настойка ореха и др.) не следует назначать в первые 1—2 дня такой диареи — пусть организм очистится от лишнего, а гормоны из последов насытят организм суки. Обильное питье и препараты кальция — вот и все, что действительно нужно здоровой суке в этот период.
8.3.3. Фармакофизиологическое управление лактацией 

За несколько часов до щенения или в первые сутки после родов молочные железы суки начинают выделять секрет, назначение которого — питание щенков. Состав этого секрета тонко адаптирован не только к потребностям новорожденных, но и к их возможностям усваивать этот продукт. Вначале грудные железы выделяют молозиво, а затем молоко. Молозиво отличается от молока по составу главным образом обилием иммуноглобулинов, столь важных для защиты новорожденных щенков от инфекций, когда сами щенки еще не могут обеспечить собственный иммунитет. Молозиво сменяется молоком, которое, вообще-то, непостоянно по составу в разные периоды лактации и, по-видимому, тонко адаптировано к стадии развития желудочно-кишечного тракта щенков и их потребностям. Характер питания суки относительно мало влияет на содержание белка, жиров и углеводов в ее молоке (табл. 8.1.), но существенно сказывается на состоянии здоровья суки и присутствии в молоке физиологически активных веществ. Жирорастворимые компоненты легко переходят в молоко, а поскольку многие из них придают пище специфический вкус и запах, то возможно, что именно с этим связано формирование первого вкусового стереотипа «хорошей пищи» у щенков. Во всяком случае щенки сук, евших в период вскармливания рыбу, став взрослыми, обычно едят рыбу с большим аппетитом, чем те, которые не впитали вкус рыбы с молоком матери. Можно думать, что состав корма лактирующей суки и по другим компонентам закладывает пищевые предпочтения подсосных щенков.
Таблица 8.1. Содержание питательных веществ в молоке и молочных смесях

Регуляторный контур, управляющий пищевыми взаимоотношениями между сукой и щенками, заключается в том, что адекватное питание стимулирует оптимальный рост щенков и, следовательно, рост потребления молока, а повышение высасывания молока из вымени стимулирует молокопродукцию. Больше молока — лучше условия для роста щенков. Круг замкнулся положительной обратной связью, которая, подстегивая сама себя, ведет к быстрому нарастанию экскреции молока. Понятно, что такие взаимоотношения нуждаются в ограничителях. Такими ограничителями в системе «мать-дитя» являются возможности организма суки и, что особенно важно, способность щенков усваивать молоко как единственный пищевой продукт. Чрезвычайно важно то, что в регуляцию молокопродукции суки вовлечены щенки: прекращение выделения молока в норме происходит в соответствии с индивидуальными темпами созревания щенков, в частности их пищеварительной системы. Когда щенки перестают удовлетворяться молоком матери (из-за прекращения синтеза фермента лактазы, необходимого для усвоения молочного сахара), они ищут подкормку, уменьшая высасывание молока. Дальше «колесо» крутится в обратном направлении: щенки, не удовлетворенные молоком, все больше едят естественную или искусственную подкормку и все меньше сосут суку, меньше сосут — меньше выделяется молока, меньше выделяется молока — щенки вынуждены еще большую часть своих потребностей удовлетворять за счет подкормки и т.д.

При некоторых нарушениях контролирующего лактацию механизма выделение молока грудной железой суки может запоздать или быть недостаточным по объему и/или составу. В естественных условиях либо крепкие щенки, активно массируя вымя, дождутся улучшения молокопродукции сукой, либо (если щенки недостаточно крепкие) часть или весь помет погибает, и в отсутствие стимуляции выделения молока щенками лактация полностью прекращается. Заводчик обычно вмешивается в эту ситуацию — дополнительно стимулирует выделение молока сукой (например, пролактином), регулирует численность Помета, переводит щенков на подкормку.

В норме при среднем помете и хорошем питании (достаточно белков, витаминов, микроэлементов) организм суки за время лактации испытывает умеренные нагрузки и без особого ущерба для себя полностью обеспечивает кормление щенков первые 3 недели.

Стартовые нарушения лактации часто наблюдаются при кесаревом сечении, у первородящих сук, при индивидуальной недостаточности лактации. При запоздалом или недостаточном выделении молока можно усилить лактацию с помощью гормонов: соматотропина, лактотропного гормона и др. Из натуральных средств хороший эффект дает специальная диета — обильное сладкое питье, бульоны, отвары, мясо.

В последнее время появились данные о важной роли обратной связи между щенком и кормящей сукой, замыкаемой поеданием сукой кала своих щенков. Вероятно, кроме гигиены гнезда, этот феномен обеспечивает поступление в организм суки гаммы регуляторных веществ. Капрофагия щенячьих испражнений выполняется сукой до начала прикорма щенков. Как только щенки получат подкормку (даже коровье или козье молоко), сука перестает подъедать щенячьи испражнения. Вероятно также, что поедая кал своих щенков, сука может вырабатывать молоко, адекватное по составу антител антигенам, характерным для микрофлоры кишечника своих щенков. Это чрезвычайно важно для здоровья щенков, еще не способных к самостоятельной иммунной защите.

Компенсация нехватки молока подкормкой в естественных условиях обычно обеспечивается поеданием щенками срыгнутой сукой полупереваренной пищи. Рвотный рефлекс часто проявляется и у породных сук после 3-й недели лактации. Несмотря на его неэстетичность, с ним не следует бороться. Полупереваренная естественная подкормка подсказала способы улучшения усвояемости подкормки щенками — в отрыгнутой сукой пище содержится ее желудочный сок. Тот, кто наблюдал, с какой жадностью щенки поедают естественную подкормку, согласится, что эта подкормка им очень нравится. Дело в том, что в первые дни и недели жизни щенков в их желудке вырабатывается очень мало кислоты. Неспособный к кислому желудочному пищеварению щенок не может усваивать искусственную подкормку. Добавка желудочного сока, соляной кислоты или хотя бы кисломолочных продуктов улучшает переваривание подкормки в желудке щенков. В нашей практике неоднократно приходилось использовать раннюю (на 5—7-й, а иногда и на 3-й день) подкормку щенков. Хороший результат давали подкормки детскими молочными смесями, обогащенными жирами яичного желтка с каплей-другой лимонного сока, творожок с кислым кефиром, а с 5—7-го дня молотое (лучше мелко нарезанное) постное мясо с желудочным соком (столовая ложка желудочного сока на 150—200 г мяса). При необходимости, вместо желудочного сока можно использовать ацидин-пепсин или 0,1%-ный раствор соляной кислоты, обычно имеющиеся в любой аптеке. Маленькая хитрость — кислая подкормка резко улучшала результаты вскармливания больших пометов или брошенных щенков.
ГЛАВА 9. РАЗВИТИЕ ФАРМАКОФИЗИОЛОГИЧЕСКОЙ ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТИ СОБАК В ОНТОГЕНЕЗЕ 

Под онтогенезом понимается индивидуальное развитие организма, включающее все изменения, претерпеваемые им от момента его зарождения до смерти. Степень зрелости и функциональная активность систем и органов в организме с возрастом не только меняются, но и меняются неодновременно. Поэтому реакции организма на фармакологические и физиотерапевтические воздействия существенно зависят от фазы онтогенеза. Кроме того, понятно, что на разных этапах жизни потребность в тех или иных воздействиях различна. Все это определяет необходимость анализа специфики фармакофизиологической чувствительности собак в онтогенетическом аспекте.
9.1. ОСОБЕННОСТИ РЕАКТИВНОСТИ ОРГАНИЗМА СОБАК В ЭМБРИОНАЛЬНОЙ ФАЗЕ РАЗВИТИЯ 

Развитие зародыша (эмбриона) начинается с оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом. Яйцеклетка собаки округлой формы, в среднем 160 мкм, имеет наружную оболочку, окружающую цитоплазму. В цитоплазме содержится запас потребляемых и «строительных» веществ для будущего зародыша. В центре цитоплазмы расположено ядро яйцеклетки. Сперматозоиды по объему в тысячи раз меньше, чем яйцеклетка. У них продолговатое тело, головка и хвост, приспособленный для продвижения в жидкости. Ориентируясь по химическим и физическим сигналам, сперматозоид сближается с яйцеклеткой и проникает в нее головкой, в которой содержится его ядро. Ядра половых клеток (гамет) — их главный компонент.

Слияние ядер кладет начало первой клетки (зиготы) зародыша. Ядра содержат хромосомы — носители наследственной информации. В хромосомах сгруппированы гены будущего животного. По какому принципу группируются гены в отдельных хромосомах — пока неизвестно. Клетки тела собаки любой породы содержат 78 хромосом. Когда клетка начинает делиться, оболочка ее ядра растворяется и хромосомы оказываются свободно плавающими в цитоплазме. Поначалу они перемешаны случайным образом, но вскоре собираются в центре клетки и расщепляются надвое вдоль всей своей длины. Так из каждой хромосомы образуются две, несущие одинаковые гены. Новая дочерняя клетка получает тот же набор хромосом, что и исходная. Именно так, путем многократного деления клеток, образуются ткани плода.

В отличие от клеток тела половые клетки содержат половинный набор хромосом (у собаки — 39). При слиянии ядер яйцеклетки и сперматозоида восстанавливается полный хромосомный набор — зигота, первая клетка нового организма, содержит 78 хромосом (39 пар). Уже через 6—8 минут после контакта яйцеклетки со сперматозоидом в цитоплазме зиготы начинается усиленный синтез белков, а затем активируются и остальные структуры зиготы.

Через 24 часа одноклеточный зародыш — зигота — делится на две дочерние клетки — бластомеры. Каждый из бластомеров несет 39 пар хромосом и в свою очередь приступает к делению. Зародыш проходит стадии 4, 8, 16, 32 и т.д. бластомеров. Формируется многоклеточный зародыш, так называемая морула. Размеры ее те же, что и у яйцеклетки, так как параллельно с увеличением числа клеток размер каждой из них соответственно уменьшается (бластомеры заняты делением и собственная продукция нового вещества в них незначительна). На стадии 16—32-клеточной морулы зародыш собаки попадает (на 7—8-й день) в матку. Это значительно позже, чем у других млекопитающих.

Поначалу клетки морулы размещаются довольно плотно. Далее в середине клеточной массы формируется полость и отделяется собственно зародышевое скопление клеток — эмбриобласт и окружающий его слой питающих клеток — трофобласт. На этой стадии зародыш называют бластоцистой. В полости бластоцисты накапливается жидкость, давление которой нарастает, растягивая бластоцисту. Бластоциста быстро увеличивается и наконец разрывает прозрачную оболочку, «вылупливается» из нее. Освободившаяся бластоциста приобретает, овальную форму, а ее трофобласт приступает к исполнению очень важной функции — прикреплению зародыша к стенке матки. Прикрепление зародышей к матке вдоль ее рогов происходит у собак достаточно равномерно.

Процесс установления первичной связи зародыша с маткой носит название имплантации: в месте контакта его с эндометрием (покровная ткань из клеток, выстилающих матку) происходит частичное отслоение эпителия и усиленная гиперемия и секреция маточных желез. Имплантация у собак осуществляется на 16—18-й день развития зародыша и ее можно рассматривать как первый этап образования плаценты — органа жизнеобеспечения плода за счет средств матери. В матке темпы деления клеток зародыша быстро увеличиваются. В нем образуются 3 зародышевых листка: эктодерма, мезодерма и энтодерма. Из них в дальнейшем развиваются все виды тканей и органы тела плода. Размножение клеток сопровождается их специализацией (дифференциацией) и перемещением для формирования зачатков всех органов.

Зародыш развивается внутриутробно, окруженный тремя оболочками: внутренней водной — амнионом, средней мочевой — алантоисом и внешней сосудистой — хорионом. Они образуются на ранних стадиях эмбриогенеза: амнион и хорион — из трофобласта, алантоис — немного позднее из первичной кишки. Зародыш свободно плавает во внутренней оболочке, которая у собаки содержит 50—70 мл жидкости. Амниотическая жидкость не только защищает плод от травм, срабатывая как буфер, но и защищает зародыш от микробов благодаря своим бактерицидным свойствам. Проглатывая эту жидкость, плод поддерживает свой водный обмен и одновременно с этим тренирует кишечник. В алантоисе накапливается моча плода. К родам в пузыре эмбриона собаки скапливается от30 до 120 мл жидкости. Благодаря давлению околоплодных вод в родах стимулируется открытие шейки матки, а вытекая из разорванного пузыря, они орошают родовые пути, облегчая продвижение плода кнаружи. Хорион собаки имеет форму овального, в виде огурца, пузыря, гладкого на всем протяжении, кроме центральной ворсинчатой зоны в виде пояска шириной 2,5—6,0 см. Поэтому плаценту хищников называют поясной, или зональной. Ворсинки хориона растворяют своими ферментами эндометрий и достигают стенок кровеносных капилляров. В этих местах образуются кровеносные лакуны, в которых расщепляются остатки материнской ткани, жир, слизь, кровь, выделения маточных желез и образуется эмбриотроф, или маточное молочко, для питания зародыша. Далее, с развитием плаценты, зародыш получает питательные вещества и кислород через собственную кровеносную систему. Благодаря индивидуальной для каждого плода системе кровообращения зародыши-ровесники независимы друг от друга. Именно поэтому возможно рождение в одном помете живых и мертвых щенков.

Плацентация у собак завершается до 35-го дня, когда зародыш достигает 3 см длины. Поясная зона хориона вместе с соответствующей частью слизистой оболочки маточного рога образует плаценту. Плацента для плода является органом дыхания, питания и выделения продуктов жизнедеятельности. Кроме того, она имеет защитную функцию, выборочно пропуская те или иные вещества от матери к плоду и подвергая переработке (расщеплению) некоторые биополимеры. Вместе с тем химические вещества с малой молекулярной массой проходят плацентарный барьер почти беспрепятственно. Это гормоны (небелковые), витамины и др. Примерами лекарственных веществ, легко проникающих через плаценту, являются хинин, аспирин, многие антибиотики, наркотики и т.д. Могут проникать через этот барьер и вирусы.

Конечно, каждый день из краткого двухмесячного периода, в течение которого из единственной клетки должен сформироваться почти готовый к самостоятельной жизни организм, весьма важен, наполнен существенными событиями в жизни (пока еще внутриутробной) щенка. Однако есть, по-видимому, смысл выделить критические этапы, моменты, в которые происходят радикальные события в созревании плода. Выше описывались изменения, которые претерпевает зародыш в первые две недели. В этот период зародыш собаки еще заметно не отличается от зародышей рыб, земноводных, пресмыкающихся. На 18-й день зародыш длиной 4 мм приобретает форму тела, характерную для млекопитающих. Ворсинки хориальной плаценты проникают в стенку матки, эпителий последней сливается с эпителием хориона. На 21-й день зародыш увеличивается до 7—10 мм, закладываются зачатки всех основных структур: носа, глаз, челюстей, конечностей, молочных желез, внутреннего органа слуха и равновесия, появляются первичная аорта, почки и т.д. На 28-е сутки длина зародыша достигает 15—20 мм, на 33-и — 26 мм, внешне у зародыша уже все сформировано — уши, веки, усы, закладки вибрисс, пальцы на лапах, хвост. Только кожа еще не имеет шерсти. Далее плод быстро растет в длину (см. табл. 9.1.), постепенно формируясь и созревая, приобретая породные и индивидуальные отличия.
Таблица 9.1. Динамика роста щенка во время внутриутробного развития

Если в течение первой половины эмбриогенеза зародыши собак различных пород мало отличаются по размерам и тем более по деталям экстерьера, то чем ближе к концу второй половины щенности, тем ярче выступают межпородные различия. Понятно, что всякие воздействия на ранних стадиях развития плодов должны иметь столь радикальные последствия, что гибель и тяжелые уродства будут более вероятны, чем желательные изменения в экстерьере или рабочих качествах собак. Чем позже вносятся коррективы в закладку органов и систем плода, тем выше вероятность того, что эти изменения будут в рамках допустимого и могут принести пользу собаководу. Так, даже в вопросах столь явных отличий, как длина тела, 35-дневный эмбрион кавказской овчарки почти не отличается от эмбриона коккера, и до этого времени влияние условий кормления суки на размеры плодов отсутствует. Зато характер кормления заметно отражается на размерах плодов во второй половине щенности. При этом средняя масса щенят в день рождения у крупных пород составляет 1—2%, а у мелких — 5—7% массы тела матери. Это одна из причин того, что у мелких сук чаще наблюдаются осложненные роды, чем у крупных.

Собаководам из практики известны случаи, когда и сука здорова, и время парования выбрано верно, и вязка проведена образцово, и производитель проверенный и надежный, а щенков нет. В чем причина?

Если оплодотворение произошло (а при перечисленных условиях именно так должно случиться), то бесплодие суки можно объяснить только тем, что зародыши начали развиваться, а затем погибли и рассосались, ибо аборта не было. Причин эмбриональной смертности много, но какими бы они не были, зародыши больше всего страдают в так называемые критические периоды развития. Ясно, что здесь смертность рассматривается как пример наиболее резких реакций плода на воздействия. При других по характеру или силе воздействиях эффект может быть в виде уродства или некоторого желательного или нежелательного изменения свойств щенка. Критические периоды реактивности организма можно обнаружить как в пренатальном, так и постнатальном онтогенезе. Критические периоды эмбриогенеза — это периоды повышенной чувствительности эмбрионов, во время которых они проходят «испытания на прочность». Один и тот же фактор окружающей среды, совсем безопасный на одной стадии развития, на другой может стать губительным даже в малых дозах. Для получения от суки полноценного приплода следует знать, когда именно эмбрионы проходят критические периоды развития и влияние каких факторов следует брать в расчет.

Хорошо известно, что беременную самку необходимо оберегать от различных негативных воздействий. Однако бытует мнение, что это касается лишь второй половины беременности. На практике собаководы фактически не меняют уход, условия содержания и экплуатации суки почти до появления внешних признаков щенности (т. е. до второй половины периода внутриутробного развития плодов). Между тем многочисленные работы отечественных и зарубежных исследователей свидетельствуют, что максимум внутриутробной гибели зародышей приходится на первую треть беременности. Это и понятно — любое отклонение от нормального развития зародыша в этот период принципиально нарушает структуру и функции плода. Чувствительность зародышей периодически повышается, так что на протяжении этого времени можно наблюдать несколько пиков эмбриональной смертности. При менее жестких воздействиях во время этих пиков возрастает частота появления уродств. Можно думать, что даже в тех случаях, когда внешне кажется, что плод не изменился, воздействия в критические периоды повышают вероятность изменения интимных деталей организации процессов внутри него.

Впервые чувствительность зародыша резко повышается, как только оплодотворенное яйцо вступает в стадию дробления. Вредное влияние оказывает все, что нарушает процессы клеточного синтеза нуклеиновых кислот и белков: рентгеновское и другое радиоактивное излучение, высокая температура, разные химические соединения, в том числе яды и лекарства (цитостатики, антибиотики и т.д.). Причем зигота мало чувствительна к облучению на протяжении своего первого дробления, но с началом второго становится очень уязвимой. Часто зародыш не гибнет сразу после облучения, но дальнейшее его развитие нарушается из-за разрывов хромосом и других ядерных повреждений, вследствие чего возникает неспособность плода к имплантации.

Первая практическая рекомендация собаководу, которая вытекает из представлений о критических периодах развития фармакофизиологической реактивности плода, — особое бережение суки в первую неделю после вязки. Такой, казалось бы, невинный фактор, как жара, может существенно повлиять на развитие зародышей на протяжении первого критического периода и, следовательно, на размер и качество помета. Установлено, что у млекопитающих, подвергавшихся тепловому стрессу на протяжении первой недели после оплодотворения, лишь 20,8% эмбрионов развивалось нормально, остальные гибли либо значительно отставали в развитии.

Второй критический период эмбриогенеза наблюдается во время имплантации. У собак это соответствует 16—18-му дню беременности. Процесс имплантации может нарушаться под влиянием самых разных факторов — ядов, лекарств, наркотиков, облучения, перегревания либо переохлаждения щенной суки, грубых нарушений питания, неудовлетворенной жажды, патогенных микробов, ощущения боли и сильных эмоциональных стрессов. Следует особо подчеркнуть, что в первые 18 дней беременности охранительный режим суки должен быть строжайшим.

Третий, критический период соответствует стадии плацентации, процесс которой может легко нарушаться под влиянием таких негативных факторов, как недостаток витаминов, в частности А и Е, иммунологической несовместимости матери и плода, нарушения гормонального фона беременной суки, патогенной микрофлоры и т.д. При полном нарушении плацентации плоды гибнут, при частичном — рождаются физиологически незрелыми. Плацентация у собаки завершается в начале второго месяца щенности. Если негативное влияние оказано в начале плацентации, она не происходит вовсе. Если же действие повреждающего фактора имеет место в процессе завершения плацентации, то последняя осуществляется неполноценно. В последнем случае у родившихся щенков обычно снижен тонус центров сердечной деятельности и дыхания, плохая терморегуляция, снижена реактивность и др.

Особое значение в нарушении процессов плацентации имеет нервный г.рыв. В устаревших инструкциях и пособиях по служебному собаководству обычно утверждается, что использование суки до 35-го дня щенности практически не отличается от ее обычной работы. В то же время сторожевая, караульная, розыскная и некоторые другие виды служб требуют от собаки выносливости, преодоления значительных физических нагрузок и нервного напряжения. Следует заметить, что решение собакой сложных задач (например, поисковых, артистических и др.) также может вызвать нервное перенапряжение. В коре головного мозга щенной суки возникает патологическая доминанта, конкурирующая с так называемой доминантой беременности и подавляющая ее. Нарушается гонадотропная функция гипофиза, а с ней и гормональная функция желтых тел, без чего плацентация полноценно осуществляться не может. Нервный срыв — весьма существенный вредоносный фактор щенности. Даже если он происходит после завершения плацентации, беременность будет протекать не вполне нормально. В организме щенной суки образуются кислые продукты обмена, которые отрицательно воздействуют на нервные центры плодов в такой степени, что новорожденные носят признаки физиологической незрелости.

Устойчивость зародышей по отношению к вредоносным факторам повышается с возрастом. Следует подчеркнуть, что в отношении охранительного режима щенной суки нежелательны обе крайности — перегрузка физических и нервных сил суки и их существенная недогрузка по сравнению с нормой. Охранительный режим не исключает возможность умеренного физического и эмоционального напряжения. Наоборот, дозированная и равномерная нагрузка лучше эмоционального голода. Она необходима для сохранения хорошей физической формы сукой и для своеобразного тренинга зародышей. Последние именно на протяжении критических периодов развития приспосабливаются к изменчивым воздействиям внешней среды опосредованно, через материнский организм, тренируя важнейшие механизмы адаптации к среде обитания. Поэтому факторы, оказывающие вредное влияние во время первых критических периодов даже в малых дозах, с наступлением дальнейших этапов развития не влияют негативно на плод, даже при большей силе воздействия.

Исходя из понимания процессов антенатального онтогенеза, рассмотрим фармакологические и физиотерапевтические методы коррекции нежелательных изменений, возникающих в тканях зародыша на фоне возможных негативных влияний внешней среды в указанные критические периоды. Для Украины, Белоруссии и ряда областей России после катастрофы на Чернобыльской АЭС проблема облучения, столь вредоносного в каждый из первых трех критических периодов, приобретает особое значение. Загрязненность почв радиоактивными элементами в этих регионах (да и во многих других регионах СНГ с неблагоприятной экологической ситуацией из-за захоронений радиоактивных элементов и нарушений технологий на опасных производствах), по-видимому, надолго останется фактором риска из-за повышенной радиоактивности сельскохозяйственных продуктов, выращенных на этих почвах. Можно рекомендовать собаководам в районах неблагоприятной экологической обстановки применение в период щенности профилактических средств защиты от облучения. Это могут быть различные пищевые добавки-сорбенты, появляющиеся в продаже последние годы, разработка которых была актуализирована экологической ситуацией. Так, в Одесском технологическом институте им. М.В. Ломоносова была предложена лечебно-профилактическая пищевая добавка «Вин-Вита». Она является натуральным продуктом и представляет собой концентрат биологически активных соединений, приготовленных специальным образом из красных сортов винограда типа «Каберне». В составе «Вин-Вита» содержатся вещества, обладающие Р-витаминной активностью, адаптогенным, стресспротекторным действием, а также агенты, обладающие дезинтоксикационными и иммуностимулирующими свойствами. Показана эффективность применения «Вин-Вита» при вирусных заболеваниях, а также при неблагоприятных условиях труда при повышенной температуре среды. Все это позволяет рекомендовать применение «Вин-Вита» в кормлении щенных сук, особенно в критические периоды развития зародышей. Добавка вносится в питьевую воду из расчета 1 чайная ложка в сутки.

Весьма эффективна профилактика влияния факторов риска на ранних стадиях развития зародышей с помощью витаминотерапии. В частности, витамин А (а-токоферол) способен гасить свободно-радикальные процессы, опосредующие многие вредоносные влияния, например, воздействие облучения на живой организм. При использовании масляного раствора а-токоферола (в аптеках продается раствор, содержащий 50 мг/мл) его дают с кормом по 2—3 капли в день. Избыток витамина А может быть вреден. Целесообразно также, особенно в третий критический период, использовать препарат для ветеринарии «Тетравит». Он содержит витамины A, D, Е и F, растворенные в масле. В 1 мл «Тетравита» содержится 50 000 ME витамина А, 25 000 ME витамина D, 20 мг витамина Е и 5 мг витамина F (линетола). Препарат дают с кормом по 0,1 мл ежедневно или вводят внутримышечно 0,5 мл 1 раз в 5—7 дней (суке массой около 30 кг). Из-за витамина D «Тетравит» не следует передозировать. Хорошие профилактические результаты дает «Гендевит», который скармливают суке по 2—3 драже в день. Состав витаминов в «Гендевите» подобран для беременной самки оптимальным образом. В частности, он хорошо учитывает потребности беременной суки в витаминах В, принимающих участие в дезинтоксикационных процессах.

Особое значение в плане основных задач нашего повествования имеет применение в период щенности препаратов, оказывающих успокаивающее действие на центральную нервную систему суки. Из их числа предпочтение следует отдавать тем, которые обладают одновременно иммуностимулирующим эффектом. К таким относятся препараты лития. Например, предложенный кафедрой фармакологии Одесского медицинского института литонит (вводят по 0,5—1,0 мл 20%-ного раствора внутримышечно 1 раз в сутки), лития карбонат (по 1—2 раза в сутки, начинать с малых доз) и др.

Хорошие результаты в плане транквилизирующего эффекта, антистрессовой защиты беременных при сохранении и даже потенцировании умственной и физической работоспособности животного имеет пикамилон. Его следует назначать либо в виде таблеток по 0,02 г 2—3 раза в сутки, либо внутримышечно по 0,5—1,0 г в зависимости от массы животного и от переносимости препарата. При проявлении возбуждения щенной сукой ей может быть рекомендован мепробамат в таблетках по 0,2 г 1—3 раза в сутки. Последний полезно также назначать возбудимым, склонным к истерическим реакциям, маленьким комнатным собачкам (болонки, пекинес, чи-хуа-хуа и др.) перед родами.

Следует заметить, что в последней трети щенности эмбрионы начинают приобретать индивидуальный опыт взаимоотношений со средой. Например, профессор В.Г. Кассиль показал, что еще до рождения щенки могут запомнить запах своей матери и сразу после рождения отдавать предпочтение клоку шерсти от матери перед шерстью других сук. Вероятно, психотропные воздействия на плод до рождения, даже будучи опосредованы организмом матери, способны оказывать влияние на нервную систему и поведение будущего щенка. Еще слишком мало известно о возможностях психокоррекции и влияния на организм щенков в период их внутриутробного развития для того, чтобы стремиться с помощью таких мер повлиять в заданном направлении на формирование потомства. Мы, как правило, имеем печальный опыт фактов уродования детенышей пренатальным действием лекарств (например, горькая история талидамида, который рекомендовали для беременных в качестве легкого снотворного средства, но который вызывает страшные последствия — резкое укорочение передних конечностей эмбрионов). Можно, однако, надеяться, что когда фармакологи будут не только бояться эмбриотоксичности препаратов, отбрасывая вещества с такими свойствами из кандидатов в лекарственные, но и полнее изучать специфику соответствующих эффектов и физиологические механизмы, лежащие в их основе, то собаководы получат в будущем мощные средства целенаправленного формирования собак на ранних стадиях онтогенеза.
9.2. ЭТАПЫ СОЗРЕВАНИЯ ЩЕНКА ПО ФАРМАКОФИЗИОЛОГИЧЕСКИМ ХАРАКТЕРИСТИКАМ 

Для собак, как и для других млекопитающих, характерна некоторая физиологическая незрелость новорожденных детенышей. Это касается не только функций основных органов тела особи, но и реакций на фармакологические, токсические и другие воздействия.

Исходя из общей оценки зрелости основных физиологических и биохимических систем организма, в постнатальном (после рождения) периоде выделяют несколько этапов. У щенков первый месяц жизни после рождения является ранним постнатальным этапом становления особи. Его отличия в научном понимании развития животного не сводятся к тривиально понимаемому подсосному периоду вскармливания, хотя во временном отношении он совпадает с периодом вскармливания щенка молоком матери. В этот период зачаточное функционирование пищеварительной, выделительной, нервной и других систем эмбриона сменяется наладкой их работы в условиях воздушной среды и относительно независимого самообеспечения. Особенно резкие изменения претерпевают эти функции в первые минуты, часы и дни постнатального периода. Понятно, что в первые минуты после рождения обеспечение организма щенка кислородом переходит с эмбрионального режима газообмена с кровью матери на типичное дыхание. Расправляются легкие и включается центр дыхания с тем, чтобы до конца дней особи ритмично вентилировать дыхательную систему, самостоятельно снабжать свой организм кислородом и удалять углекислый газ. Пищеварительная система, зачаточно функционировавшая в эмбрионе при заглатывании околоплодных вод, до рождения не выполняет полный пассаж химуса — эмбрион не испражняется. Новорожденный щенок в первые 6—8 часов жизни впервые выделяет кал (меконий) в окружающую среду. Уже в момент родов из родовых путей суки происходит засев желудочно-кишечного тракта щенка нормальной, обязательной для здорового организма микрофлорой. Это очень ответственное событие, так как, заселив пищеварительную систему, микроорганизмы формируют весьма устойчивое сообщество и в случае его неудачного состава даже жизнь щенка может оказаться под угрозой. Иммуноглобулины, содержащиеся в молозиве (секрет вымени суки в первые 1—2 дня начала лактации), вносят коррективы в возможности приживания тех или иных микробов в желудочно-кишечном тракте щенка. Выделение мочи в алантоис (у эмбриона) сменяется самостоятельным мочеиспусканием щенка. Вылизывая живот и пах щенка сука массажем стимулирует оправление новорожденного.

Огромные изменения ждут после рождения мышечную и нервную системы организма. В утробе матери эмбрионы находятся как бы в условиях невесомости и экранирования от большинства физических раздражителей. В ранний постнатальный период характер мышечной активности обеспечивает ползание по кругу на небольшие расстояния в гнезде и в основном терморегуляционную функцию. В первый месяц жизни щенка с 1-го по 15—18-й день происходит безусловно-рефлекторная адаптация, а с 16-го по 30-й — условно-рефлекторная адаптация к условиям жизни вне материнского организма. Завершается формирование анализаторов и происходит их включение для исследования и слежения за окружающей средой. Первым включается обоняние. По некоторым данным, обоняние функционирует уже в первые часы жизни, по другим — с 3—5-го дня, затем слух (8—10-й день) и, наконец, открываются глаза (12—15-й день).

Возраст 1—4 месяца для собаки — это период становления многих физиологических систем: щенок переходит на питание пищей взрослой собаки, включается собственная иммунная система, быстро растет скелет в качестве остова для скелетной мускулатуры, позволяющей осуществлять антигравитационную и локомоторную функции, развиваются анализаторы и нервная система. Этот период жизни отличается наиболее высоким уровнем энерготрат и деятельности дыхательной и сердечно-сосудистой систем животного, превышая таковой у взрослых собак в 2—4 раза.

В течение первого месяца жизни щенка происходит наращивание протоплазменной массы организма, которое индуцируется тоническим типом активности скелетной мускулатуры. В течение 1—3-го месяца вначале постепенно, а затем значительно снижается интенсивность роста. В этот период уменьшается избыточное накопление протоплазмы, и на первый план выступают физико-химические изменения клеточных мембран, благодаря которым увеличивается работоспособность скелетно-мышечной системы и организма в целом.

Исследования, проведенные в Институте нормальной и патологической физиологии Российской АМН, показали, что умеренная степень недостатка кислорода и поступления питательных веществ к плоду в антенатальном периоде, пониженная температура среды в раннем постнатальном возрасте и мышечная активность в период после возникновения антигравитационных реакций и локомоции являются теми физиологическими стрессовыми раздражителями, которые определяют уровень деятельности скелетной мускулатуры и через нее регулируют адаптационные механизмы в ряде других систем организма. При этом особое значение придается регулирующим воздействиям со стороны вегетативной нервной системы. Максимальный уровень деятельности вегетативных систем организма в состоянии покоя на первом месяце жизни щенка обусловлен превалированием симпатоадренергических факторов регуляции, повышенным содержанием катехоламинов (аминов, содержащих оксигруппу в положении 3 и 4 ароматического ядра; к ним относятся адреналин, норадреналин, дофамин и др.). Действие катехоламинов в организме в основном связано с эффектами возбуждения симпатических нервов. Центральные и периферические механизмы торможения действуют в течение первого месяца жизни недостаточно активно.

В опытах на щенках было установлено, что постепенные холодоные экспозиции с +16° до -3°, -4°С), вызывающие увеличение двигательной активности, ведут к достоверному увеличению интенсивности роста — на 20—34% по сравнению с контрольными щенками. Содержание норадреналина в стволе мозга у подопытных щенков было в 2,5—3 раза выше, чем в контроле. Однако повышение содержания катехоламинов и интенсивности роста в раннем возрасте может быть достигнуто лишь при очень умеренной и кратковременной стимуляции адренергических механизмов. При интенсификации стрессовых раздражений эти механизмы быстро угнетаются, содержание катехоламинов в крови и стволе мозга, а также скорость роста снижаются. Поскольку дозировать стрессовые раздражители сложно, интенсификацию роста щенков можно вызвать медикаментозным путем — введением в организм готовых катехоламинов.

Адреналин можно вводить щенкам в вену в возрасте от 8 до 20 дней жизни в дозе 0,3 мкг/кг. Препарат можно давать и в виде капель через рот. Близкий по действию к адреналину эфедрин можно вводить подкожно в дозе 2 мкр 1—2 раза в день. Можно использовать также холинолитические средства. Атропин назначают внутрь по 0,1—0,2 мкг 1—2 раза в сутки, либо под кожу 0,1—0,25 мл 0,1%-ного раствора. Можно также давать препарат «Келлатрин» в виде таблеток, в которые входит атропин, по 0,5—1 таблетке 1—2 раза в сутки. Таблетки «Корбелла», покрытые оболочкой и содержащие экстракт корня красавки, обладающего атропиноподобным действием — по 0,5 таблетки 1—2 раза в день. Платифиллина гидротартрата 0,2%-ного по 0,5—1,0 мл внутримышечно 1 раз в сутки.

Препараты, возбуждающие адренореактивные системы, — нафтизин, санорин или галазолин можно вводить в виде капель через нос по 1 капле в каждую ноздрю. В этом случае также происходит стимуляция роста мышечной массы животного.

Вместе с тем возможно и снижение интенсивности роста щенка путем введения препаратов, истощающих запасы катехоламинов в организме. Так, введение в организм резерпина в дозе 3,5 мг/кг (можно через рот) ежедневно в течение первого месяца жизни щенка может привести к задержке темпов роста. Это может оказаться полезным собаководам, занимающимся декоративными собачками.

Таким образом, воздействия на различные отделы вегетативной нервной системы щенков первого месяца жизни могут вызывать акселерацию либо ретардацию роста. Вообще следует признать, что воздействия, затрагивающие интенсивность роста щенка в раннем постнатальном возрасте, существенно отражаются на конечных результатах формирования размеров собаки.

Второй критический период постнатального развития реактивности организма щенка сопровождается рядом существенных перестроек интимных систем жизнеобеспечения. Желудок начинает вырабатывать соляную кислоту для переваривания пищи, характерной для взрослого животного. Возникающий кислотный барьер не только меняет характер пищеварения, но и накладывает отпечаток на возможность поступления в организм микробов и некоторых веществ. Изменение ферментного спектра пищеварительной системы и частые сбои в индивидуальных темпах становления ее приводят к тому, что щенок в этот период имеет повышенную уязвимость для заражения гельминтами и другими кишечными паразитами. Интенсивная миелинизация нервных волокон в возрасте 2—3 месяцев обеспечивает большую, чем раньше адресность нервных сигналов. Координация движений и нервная регуляция становятся более совершенными и одновременно упрочняется гемато-энцефалический барьер (препятствие для поступления чужеродных веществ в мозг). Иммунная система приобретает способность распознавать «чужаков», запоминать их и вырабатывать средства защиты. Именно поэтому вакцинация ранее 2,5—3,5 месяцев (в зависимости от породы и индивидуальности) может быть бесполезна, а позже — запоздалой.

Рассматривая онтогенетические этапы становления функций организма и его реактивности, нельзя не остановиться на так называемом экзальтационном периоде развития мозга у собаки. Этот период приходится на время жизни животного, начиная с 5—6-й до 10—12-й недели. В это время отмечается высокая скорость образования и высокий уровень условных рефлексов со всех анализаторных систем, интенсивное проявление ориентировочно-исследовательской реакции, становление внутреннего торможения. В этот период нервная система имеет повышенную чувствительность к веществам, активирующим психическую и физическую деятельность организма, а формируемые стереотипы поведения способны отразиться практически на всей последующей жизни собаки. Недостаточная активность щенка в этот период — сигнал того, что и в будущем щенок может остаться излишне флегматичным, вялым. При отсутствии признаков повышенной возбудимости щенку назначают кофеин по 0,03 г 1—2 раза в день либо в виде кофеин-бензоата натрия по 0,025—0,1 г на прием. Заметный эффект дает первитин — по 0,5—1 таблетке 1—2 раза в день, фенамин — по 5—10 мг 1—2 раза в день, сиднофен — по 2—3 мг 1 раз в день в первой половине дня или сиднокарб — по 0,0025—0,005 г 1—2 раза в день. Все перечисленные психостимулирующие средства можно назначать животным в случае их утомления, заторможенности. На фоне их применения может быть увеличена физическая нагрузка при тренировке мускулатуры и аппарата движений щенка-подростка. Желательно через каждые две недели применения психостимуляторов делать недельные перерывы. Применение вышеперечисленных препаратов способствует усилению агрессивности щенка и раннему закреплению в стереотипе его поведения элементов злобы. В качестве антидепрессантов возможно применение ами-триптилина (триптизола) внутримышечно по 0,01 г (1—2 раза в день) либо в таблетках по 10—15 мг (1/2 таблетки) 1—2 раза вдень. Имизин (мелипрамин) по 0,025 г в день можно применять в течение 3—4 недель. Антидепрессанты снимают обычно щенячью робость (не путать это физиологичное возрастное свойство поведения щенка с трусостью!) и ускоряют формирование доминантного типа поведения. С их применением следует быть осторожным при выращивании кавказских и среднеазиатских овчарок, у которых становление доминантного поведения происходит особенно резко и рано. Щенок воспринимает семью хозяина как стаю, в которой он стремится занять высокое положение и в определенном возрасте при недостаточно грамотном управлении могут возникать проблемы взаимоотношений. Психостимуляция в этом отношении — достаточно сильный инструмент, пользоваться которым надо с осторожностью.

Наконец, следует отметить этап первичного полового созревания собаки. Внешне он проявляется изменением поведения и усилением выраженности вторичных половых признаков. У сучки происходит первая течка, кобель начинает метить столбики и интересоваться половым статусом других собак. Коррекция половых реакций, в которой может возникнуть потребность в этот период, описана в главе 8. С точки зрения фармако-реактивности этот период (6—9 месяцев) характеризуется повышенной чувствительностью к воздействиям, затрагивающим гормональный статус организма.

Таким образом, этапы созревания организма собаки отличаются существенной спецификой реактивности организма на различные воздействия. Их учет входит в число обязательных факторов творческого индивидуального подхода к фармакокоррекции поведения и экстерьера собаки.
9.3. ФАРМАКОЧУВСТВИТЕЛЬНОСТЬ В ГЕРОНТОГЕНЕЗЕ 

К сожалению, массового читателя значительно реже, чем воспитание и выращивание щенка, интересуют проблемы геронтогенеза (старения). Практически нет руководств, предназначенных для того, чтобы помочь собаководу отдалить и скрасить старость и увядание собаки. Между тем именно отношение собаковода к его стареющей любимице, которая уже не должна завоевывать почетные трофеи на выставках и интенсивно эксплуатироваться (работать, приносить приплод), характеризует высшую степень гуманности в отношении к животным (как, впрочем, и к людям). Кроме того, анализ изменений фармакофизнологических характеристик животного в процессе геронтогенеза предоставляет интересные возможности для понимания связанных с фармакореактивностыо процессов в целом.

Долговечность собак существенно различается по породам. Ирландские волкодавы редко живут больше 8—9 лет. 10—12 лет весьма преклонный возраст для бульдога. Эрдели, болонки, шпицы нередко доживают до 20—22 лет. Считается (правила племенной деятельности, в том числе и FCI, в основном исходят из продолжительности жизни собаки в 12—14 лет), что с 8 лет начинается пожилой возраст собаки, а с 10—11 лет — старость. Возможно, имело бы смысл заменить учет паспортного возраста собаки при определении ее племенного и служебного использования оценкой индивидуального биологического возраста по показателям ее здоровья.

В настоящее время геронтогенез исследуется на молекулярном, клеточном, органо-тканевом и организменном уровнях. Обнаружены факты возрастзависимого изменения структуры молекул ряда биополимеров (коллагена, ДНК, некоторых ферментов, рецепторов и др.) под действием свободнорадикальных факторов, вносящих хаос в биохимическую организацию живого. Установлено также, что соматические клетки могут, по-видимому, делиться ограниченное, на роду написанное, число раз, что увязывают с продолжительностью жизни организма. Имеются многочисленные доказательства того, что структура ряда органов и характер межклеточных взаимодействий в тканях с возрастом претерпевают существенные изменения. Наконец, показано, что кооперация органов и систем организма в единое целое, предполагающая тонкую взаиморегуляцию, также может ухудшаться по мере старения особи. Трактуя все эти данные, ученые выдвинули множество гипотез для обобщающего объяснения причин геронтогенеза. Эти гипотезы в принципе группируются вокруг двух главных идей, кстати, не исключающих одна другую. Варианты первой гипотезы приписывают ведущую роль в качестве причины старения накоплению ошибок в живой системе. Варианты второй гипотезы видят объяснение механизма старения в генетически запрограммированном процессе выполнения животным его биологической роли и запланированности в генотипе момента ухода со сцены жизни. Конечно, решение вопроса о движущих силах геронтогенеза существенно продвинет работы по созданию геропротекторных средств, но практические потребности требуют умения вмешиваться в процесс старения уже сегодня. Многое для продления срока жизни и службы собаки позволяют сделать физиологические и фармакофизиологические мероприятия. Не будем останавливаться на положительной роли в поддержании оптимальной формы таких мер, как здоровый образ жизни, рациональное питание, разумная нагрузка и т.д. Обратимся к эффективным гериатрическим средствам из арсенала медицины.

Значительная часть таких средств применяется симптоматически и фактически является способом протезирования ослабевающих с возрастом функций. Это диета из более нежной, легко усвояемой пищи, массажи и упражнения, помогающие улучшить кровообращение, облегчить работу сердца, более продолжительный отдых, своевременное лечение недугов, казалось бы, случайно учащающихся в старости, и т.д. Щажение, забота, помощь стареющему — справедливая плата за годы совместной радости и службы. Не стоит на этом экономить. Стареющей собаке, может быть больше, чем щенку, нужны положительные эмоции, нужна ласка хозяина. Естественно, к ласке следует добавить лечебные препараты. Для профилактики и компенсации старения как комплексного процесса, затрагивающего практически все органы и системы организма, разработана эффективная витаминотерапия. Это витаминные комплексы: декамевит, квадевит, ундевит, липоболит, бекселетес-1-11, сектой, медиатрик, тиреомин витерал, геровит, олиговит, супрадин, юникап М и др. Цель витаминотерапии — стимуляция и нормализация всего обмена веществ в организме стареющего животного. Назначать животным старших возрастных групп витаминные комплексы желательно еще до появления признаков старости (после 6 лет — обязательно) по 1 драже (таблетке, капсуле) в сутки курсами по 20—30 дней с перерывом в месяц-два.

Все знают о роли кальция в питании щенка, но очень редко собаководы вспоминают о необходимости минеральной подкормки стареющего животного. Между тем с возрастом способность кишечника усваивать многие катионы, в том числе и кальций, снижается и, несмотря на пониженные потребности в минералах для роста скелета, организм стареющей собаки может испытывать дефицит микроэлементов без соответствующего обогащения ими пищи. Потеря кальция организмом стареющего животного может быть причиной старческого остеопороза, выражающегося, в частности, в учащении переломов и их плохом заживлением, треморе (дрожании), нарушении других нервных процессов.

Потенцирующим влиянием на геропротекторное действие поливитаминных комплексов обладает новокаин. Новокаин тормозит или блокирует пусковую деятельность центральной и периферической нервных систем, а также снимает раздражение и улучшает трофическую функцию. После пробной инъекции (0,3 мл) животному вводится 1—2 мл (в зависимости от размера собаки) 2%-ного раствора новокаина в течение 12 дней 1 раз в сутки. Между первым, вторым и третьим курсами делаются перерывы до 10 дней, между третьим и четвертым — 1 месяц, после четвертого — 4—6 месяцев. Эффективность комплексного воздействия «витамины+новокаин» проявляется в снижении утомляемости и соответственно в повышении работоспособности, уменьшении нервозности, улучшении сна укреплении памяти.

Для нормализации белкового обмена в стареющем организме весьма полезно применение анаболических стероидных гормонов, которые рассматривались в главе 5 в несколько ином аспекте. Однако действие этих препаратов значительно шире тривиально известной накачки мускулатуры и усиления синтеза белков. Установлено положительное влияние стероидных анаболиков на липидный, углеводный, минеральной обмены (в особенности калий-натриевых отношений, сдвигавшихся в сторону накопления калия. а также в задержке в, организме кальция к фосфора, предупреждающих остеопороз). Дозы анаболических гормонов старым животным должны подбираться индивидуально и очень осторожно.

Определенное положительное влияние на все жизненные процессы в стареющем организме, имеют биогенные стимуляторы. Эти препараты являются комплексами органических и неорганических веществ. Большинство из них содержит заметные количества карбоновых кислот, ряд аминокислот, аминов, некоторые гормоны и минеральные вещества. Воздействуя на метаболизм, тканевые препараты и биогенные стимуляторы улучшают состояние больного и здорового животного, повышая его защитные силы и активируя адаптационные процессы. Мы рекомендуем собакам старше 6—7 лет введение препарата, разработанного в НИИ им. В.П. Филатова (Одесса), — взвеси плаценты, а также экстракта алоэ, пелоидодистиллята, ФИБСа, торфота, экстракта плаценты. Взвесь плаценты, предварительно нагретую до 37°С, вводят подкожно в заранее инфильтрированный (с целью обезболивания) 0,5%-ным раствором новокаина участок в дозе 0,5—1,0 мл в зависимости от размера собаки. Выполняют 3 введения с перерывом в 10 дней. Другие биогенные препараты можно вводить как указано в инструкции для человека с поправкой на массу тела.

В плане высшей нервной деятельности положительный геропротекторый эффект отмечен у препаратов из маточного молочка пчел — апилака и витаапинола. Назначение их в дозе 0,005—0,01 г 2 раза в день способствует улучшению кратковременной и долговременной памяти.

К сожалению, мы не можем сделать нашу жизнь и жизнь дорогих нам существ бесконечно долгой, но мы можем не сокращать ее безграмотным содержанием, продлить по мере сил поддержкой важных систем организма, сделать активной и приятной значительную часть старости.
Глава 10. ПОРОДНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ФАРМАКОФИЗИОЛОГИЧЕСКИХ МЕТОДОВ КОРРЕКЦИИ 

Доза, момент, срок, способ введения, индивидуальные особенности реакций организма и наша оценка вызываемых изменений делает вещество едой, лекарством или ядом. Индивидуальные (точнее, групповые, семейные, породные) особенности реакций организма собаки на воздействия через призму нашей оценки этой реакции — тема настоящей главы.

Понятно, что особенности организма могут существенно влиять на результат введения животному лекарства (допинга) или физиотерапевтического воздействия. Многие особенности реакций организма на фармакологические и физиологические воздействия передаются по наследству. Порода — это часть популяции единого вида животных, искусственно выделенная селекционерами, ведущая свое происхождение от считанных предков и консолидированная по многим внешним и внутренним признакам. Естественно, собаки одной породы имеют общие для них и отличные от других собак особенности реагирования на фармакофизиологические воздействия. Переход от анализа общевидовой фармакореактивности к рассмотрению групповой (в случае общности происхождения — породной) специфики реагирования организма на различные воздействия — первый шаг к индивидуализации лечебных и корригирующих тактик. Кстати, индивидуализация фармакотерапии актуальна и для медицины, хотя применительно к человеку в этом отношении наука находится еще в самом начале долгого пути. По-видимому, те отдельные наблюдения, которые уже сделаны относительно особенностей реакций человека на лекарства в зависимости от его национальности могут привести к важной новой науке — этнографической фармакологии, биологическим аналогом которой является породная специфика фармакотерапии у животных. Изучение породных особенностей фармакокоррекции у собак может дать, кроме ценной для кинологии информации, важные сведения для медицины. Это тем более интересно, что многие породы несут не только внешние признаки отличий, Но и имеют в своей физиологической основе явные патологические отклонения функций различных органов и систем. Особенностью кинологической фармакологии является также наличие «сверхцели» существования породы, в соответствии с которой оценивается эффект того или иного воздействия. Ни усиление, ни ослабление какого-либо свойства организма под действием физиологически активных веществ или других воздействий в кинологии не может рассматриваться как абстрактно полезное или вредное свойство. В одних случаях кинологу нужно средство для усиления данной функции, в других — для ослабления. Например, воздействие, вызывающее увеличение роста собаки, полезно при выращивании сенбернара и вредно для пекинеса; воздействие, тормозящее развитие мускулатуры, вредно для ротвейлера, но полезно для чи-хуа-хуа и т.д. Это «хорошо; в одном случае и плохо в другом» логично распространить на индивидуальность — хорошо для Джека, но плохо для Альмы! Что «хорошо» и что «плохо» определяется именно нашим отношением к желаемым и побочным эффектам. Заветная мечта дожатника или владельца ирландского волкодава — увеличение высоты в холке для владельца той-пуделя является вредным побочным эффектом. Даже в рамках одной породы владелец крупного кобеля боится того, как бы его пес не перерос верхнюю границу стандарта и делает все, чтобы затормозить рост своей собаки, а его коллега, владелец мелкого экземпляра, мечтает заставить своего пса подрасти и принимает соответствующие меры. Наконец, на одной и той же собаке иногда мы стремимся усилить определенное свойство, иногда ослабить (например, во время дрессировки агрессивность служебной собаки желательно повысить, а во время выставки — ослабить).

Вышеизложенные соображения делают понятным отказ от жестких общих рекомендаций и рецептов в этой книге в пользу обучения собаковода творческому использованию приемов коррекции экстерьера и рабочих качеств индивидуальной собаки. В соответствующих главах книги читатель найдет информацию о различных воздействиях на организм своего питомца, конкретное применение которых зависит от реального материала и видения кинологом идеала данной породы. Мы старались также дать, сведения о том, как выбирать способы воздействия и корректировать их для той или иной собаки, о характере и степени риска. Для овладения техникой фармакофизиологического управления экстерьером и продуктивностью собак читатель должен всесторонне освоить сведения о механизмах изменения значимых признаков, побочных эффектов комплексной реакции организма на сумму прямых и опосредованных воздействий. Необходимо; знать методы контроля результатов. Эта творческая задача должна решаться индивидуально применительно к конкретике случая.

Если читатель, кроме академического интереса к рассматриваемым проблемам, ищет в этой книге практический совет для улучшения подшефной собаки, ему следует особенно проработать те разделы, которые наиболее актуальны для любимой им породы. Например, для пород собак, резко выделяющихся своими размерами (очень крупными и очень мелкими), особенно актуальны вопросы управления формированием скелета; для собак, выделяющихся оброслостью, — аспекты формирования шерсти и т.д. В этой главе мы на отдельных примерах лишь намечаем ход мысли кинолога-практика, работающего с конкретной породой собак.

Следует отметить также, что выбранная для удобства изложения группировка собак не формальна и не совпадает с традиционной. Многие породы в зависимости от акцентируемого признака могут оказаться относимыми сразу к нескольким группам. Например, владельцу леонбергера следует искать интересные для него сведения и в разделе, посвященном породам крупных собак, и в разделе «служебные собаки», и в разделе «шерстные варианты». Это отклонение от филогенетической классификации пород или от группировки их по правилам FCI вынужденное. Оно объясняется удобством анализа прикладных проблем кинологической фармакофизиологии.

Предлагаемая глава, как и вся книга, предполагает сотрудничество с читателем (читателем-собаководом, который намерен использовать приведенные сведения в своей практике, и читателем-экспертом, который намерен с помощью полученных сведений взять под контроль применение допингов в кинологии). Для большей наглядности при изложении материалов 10-й главы основное внимание уделяется крайним вариантам и экстремальным ситуациям, интерполируя которые каждый найдет в этой книге то, что ищет Мы рассматриваем проблемы особо крупных и особо мелких собак, голых и чрезвычайно лохматых, легких и толстых, неукротимо злобных и приторно-ласковых и т.д. Ориентируясь на эти крайние варианты, легче найти решение проблем для промежуточных.
10.1. КРУПНЫЕ СОБАКИ 

К крупным породам относятся ирландские волкодавы, сенбернары, доги, леонбергеры, мастифы и многие другие, а из отечественных — борзые, московская сторожевая, среднеазиатская и кавказская овчарки, и др. Высота в холке кобелей этих пород часто превышает 75 см, а у некоторых гигантов достигает метра и более. В стандарте некоторых из этих пород верхний предел высоты в холке не указан при жесткой сговоренности нижнего предела. При всем своеобразии каждой породы интересы почитателей пород крупных собак имеют много общего.

Что желает владелец крупной собаки? Во-первых, чтобы его собака была как можно выше, массивней. Даже в тех случаях, когда в стандарте породы предусмотрен верхний предел роста, владелец и эксперт обычно предпочтут некоторый избыток высоты в холке, чем малейшую нехватку, рост на нижнем пределе. Во-вторых, общей для всех пород крупных собак проблемой является высокий риск дисгармоничного развития быстрорастущих животных. Дело в том, что быстрое формирование делает особенно уязвимыми пропорции передних и задних конечностей, головы и корпуса, массы тела и прочности опорного скелета. Так, если американский кокер с массой при рождении около 200 г должен к году набрать 8—9 кг (увеличение массы тела в 40—45 раз), то за тот же период дог должен с 400—500 г при рождении дорасти до массы тела 50—70 кг (увеличение в 100—150 раз). Понятно, что потеря (из-за болезни, сбоя питания или перерыва занятий физическими упражнениями, из-за плохой погоды) нескольких дней из 300 отпущенных на основное формирование тела для кокера имеет иное, существенно меньшее значение в плане размеров, чем для дога. То же относится к разладу в динамике набора массы тела и упрочения конечностей — у крупной собаки риск нарушений заметно выше.

На рисунке 10.1 представлены графики увеличения размеров кавказских овчарок и английских кокеров. Для построения графиков использованы данные больших (25—40 голов) выборок: для кавказской овчарки — наблюдения Н.Г. Андриановой и соавторов, для коккеров — наблюдения А. Фединой и мои (Э.Г.). Оказалось, что рост собак крупных и мелких пород удовлетворительно описывается гиперболической временной зависимостью в период после рождения. Это означает, что быстрое вначале увеличение роста постепенно уменьшается (примерно к 4 месяцам), а затем (примерно с 8 месяцев) становится едва уловимым. На кривой, описывающей рост сук, в отличие от соответствующей кривой для кобелей имеется некоторое западение (временная остановка роста) в период с 6-го по 9-й месяцы, что, очевидно, следует объяснить наступлением первой течки. При анализе подобных зависимостей принято их характеризовать двумя параметрами — максимально возможным значением увеличивающегося показателя (характеризует предельную мощность механизма, лежащего в основе процесса) и временем достижения полумаксимального значения показателя (характеризует крутизну подъема кривой, т.е. темпы увеличения показателя). Понятно, что конечный результат прироста размеров у кокеров и кавказских овчарок отличается, но было не ясно, за счет чего это происходит: либо рост собак мелких пород рано прекращается, либо интенсивность роста в высоту у них ниже, чем у крупных собак при одинаковой продолжительности формирования организма, либо, наконец, у мелких пород и интенсивность роста, и длительность его периода меньше, чем у крупных собак. Понятно, что от выбора ответа зависит тактика вымащивания конкретной собаки. Оказалось, что ближе к истине второе предположение: длительность периода роста в высоту у собак разных по размеру тела пород примерно одинакова, а вот интенсивность прироста размеров различается. Из этих простых данных и рассуждений следует несколько полезных советов.
 
Рис. 10.1. График прироста высоты в холке кавказских овчарок (I) и английских коккеров (II).

По горизонтали — возраст в месяцах, по вертикали — высота в см. 1 — кобели, 2 — сук.

В квадратике — те же графики в координатах обратных величин.

Во-первых, измерение высоты щенка в холке в первые месяцы жизни может на основе простых графических построений, позволяющих определить индивидуальный показатель полу максимального роста, предсказать конечный результат в каждый последующий момент. Это позволяет своевременно принять соответствующие меры задолго до того, как недостаток или избыток высоты станет бросаться в глаза и, что особенно важно, в период наиболее интенсивного роста скелета.

Во-вторых, сравнивая темпы расчетного роста животного с реальными после применения соответствующих корригирующих мер можно оценить, насколько эффективно подобраны эти меры для конкретного животного. В отличие от рутинной практики, когда собаковод ориентируется на табличные данные, полученные либо на прежних чемпионах, либо усреднением наблюдений на собаках той же породы, предлагаемый метод позволяет сравнивать индивидуальную собаку как бы с самой собой до и после вмешательства.

В погоне за максимальным ростом крупной собаки ее владелец должен выращиванием наиболее полно реализовать генетический потенциал. На эту тему имеется достаточно руководств. Некоторые полезные сведения приведены также в главах, посвященных питанию, скелету, онтогенезу.

Сверх того, что можно получить от собаки, предоставив ей оптимальные условия выращивания, рост можно увеличить искусственно с помощью фармакофизиологических методов. Наиболее сильный прием стимуляции роста — введение гормона роста (соматотропина), увеличивающее естественный уровень его в крови животного. Как и всяким мощным оружием, пользоваться соматотропином необходимо с осторожностью и мастерством. Деликатность применения этого гормона заключается в том, что в разные периоды развития животного отдельные части тела растут неравномерно, по-разному чувствительны к гормону роста. Это может приводить к диспропорциональному усилению роста частей скелета и к негармоничному формированию тела собаки. Высокозадость, акромегалия, длинная морда, слишком длинный хвост — обычно результат естественного или искусственного нарушения динамики содержания соматотропина в крови. В дополнение к тому, что сказано о стимуляции роста скелета (глава 4) с учетом сведений о этапах онтогенеза (глава 9), можно рекомендовать отдавать предпочтение раннему и длительному введению гормона малыми дозами перед единичными значительными дозами препарата, к тому же часто вводимыми в конце формирования собаки, когда уже очевиден недостаток высоты.

Весьма тонким и эффективным способом увеличения роста животного является балансирование на грани дефицита витамина D и соотношения кальция и фосфора (см. главу 4). Собаковод должен пройти по лезвию бритвы между Сциллой и Харибдой — отклонения от оптимального соотношения микроэлементов и витамина в обе стороны нежелательны. Избыток кальция и витамина D, чем часто грешат придумываемые рационы, приводит к слишком ранней минерализации хрящей и костей, а нехватка — к слабости костяка и опять же к прекращению роста трубчатых костей в длину. Создавая чуть-чуть заметный дефицит минеральной подкормки и витамина D в период интенсивного роста конечностей и одновременно ограничивая массу тела можно, искусственно затянуть период роста животного в высоту. Естественно, в дальнейшем дефициты должны быть компенсированы. Наилучшие результаты в выращивании гигантов дает индивидуальный мониторинг роста особи, состояния зон роста костей и показателей, характеризующих кальциевый обмен.

Определенную роль в прибавке роста играет задержка полового созревания (см. главу 8) и вмешательство в баланс половых гормонов. Так, инсрекундин, доступный в большинстве аптек контрацептив, задерживает начало первой течки и заметно прибавляет рост суки. Силаболин — анаболический препарат стероидной природы, вмешиваясь в гормональную сферу щенка-подростка, заметно увеличивает его рост.

Большие возможности увеличения роста животного предоставляют физиотерапевтические методы. Упражнения, ритмически раздражающие зоны роста в период интенсивного удлинения трубчатых костей, способны увеличить рост дога на 3—4 см. Это может быть тренировка, во время которой собаковод многократно приподнимает и отпускает туловище (переднюю часть) своей собаки с тем, чтобы она как бы падала на передние лапы с высоты 5—10 см. Те, у кого хватает терпения и сил на это упражнение, выращивают высоких, высокопередых собак, имеющих к тому же хороший постав пясти.

Весьма важным для роста является контроль привесов собаки. Излишне упитанные, грузные щенки редко достигают особо крупных размеров в холке. Излишний вес тела предъявляет к скелету, как к опоре, повышенные требования. Не справляясь с нагрузкой, кости утолщаются, минерализуются, быстрее прекращают рост в длину. Некоторая худощавость в подростковый период только на пользу выращиваемому гиганту. Конечно, в ограничении массы тела нужна умеренность, так как ограничение массы сокращением рациона ни в коем случае не должно затронуть снабжение организма незаменимыми компонентами для пластических нужд (т. е. строительства тела) и для калорического обеспечения нужд высокой энергии роста (рис.10.2; цветная вклейка).
 
Рис. 10.2. Роня (САС и CACIB, вл. Новиковы) ростом не обижен, может смотреть прямо в глаза хозяйки!

Большинство пород крупных собак предусматривает наряду со значительной высотой в холке массивность животного (кроме борзых и ирландского волкодава). У короткошерстных догообразных собак массивность тела обычно умеренная, а у мастифов, сенбернаров и некоторых других туловище довольно грузное. Сочетание высоты и массивности довольно сложно для соблюдения. Содержание такого подростка в «тощем теле» может в дальнейшем создать проблемы в наращивании массы тела, а избыток веса может затормозить рост, нарушить аппарат движений. Поиск «золотой середины» в этом вопросе — во многом творческая задача, показатель мастерства собаковода-практика (о допинговых способах наращивания массы тела см. главу 5).

При формировании крупной собаки не следует забывать о роли стойки, движений, углов и суставов в придании особи вида гиганта. Хорошо развитая мускулатура холки может легко добавить мастифу или ротвейлеру 1—2 см роста, а скошенные пясти могут украсть 1—3 см (понятно, что когда речь идет о том, вписывается ли высота холки экземпляра в стандарт, эти несколько сантиметров могут играть решающую роль). Для увеличения у взрослой собаки высоты в холке на 1—2 см иногда на ее месте подкожно помещают протез — из жировой ткани или силикона (см. 6.1.2).

Даже шерсть у многих собак может быть важным элементом демонстрации ее крупности. Некоторые владельцы ньюфаундлендов, сенбернаров, кавказцев и т. п. специально для этого поднимают шерсть на холке и фиксируют ее лаком (см. 6.2.2).

Породы крупных собак объединяет не только погоня владельцев за размерами, но и особенности обмена веществ, физиологии, поведения, заболеваемости. Так, уже отмечавшиеся высокие темпы обмена веществ у этих собак в подростковый период и относительно сниженные во взрослом состоянии (термотраты на единицу массы у крупных животных ниже, чем у мелких) должны учитываться зоотехнией. Следует максимально осторожно использовать любые фармакологические воздействия на организм крупных собак в период интенсивного роста. Желательно защитить щенка-подростка от всех стрессирующих воздействий, чтобы не ускорять созревание физиологических систем и тем самым не сокращать период формирования тела. Это же касается гормональных и других методов коррекции тела и поведения щенка.

Масса сердца относительно массы тела у крупных собак заметно меньше, чем у средних и мелких, что отражается большей нагрузкой на сердце у собак крупных пород, у которых к тому же необходимо поднимать кровь на большую высоту. По-видимому, не случайно, что средний срок жизни у крупных собак примерно на треть короче, чем у мелких, а срок оптимальной работоспособности (с учетом несколько более длительного формирования) короче почти вдвое. Поэтому владельцы крупных собак должны быть готовы помочь своим питомцам в их кардиологических проблемах. Это, во-первых, профилактика и периодическое обследование состояния сердечно-сосудистой системы у специалиста. Во-вторых, соответствующее питание, богатое витаминами В, микроэлементами (особое внимание — обеспеченности калием!), ненасыщенными жирными кислотами (растительное масло и рыбий жир). В-третьих, достаточный моцион. Моцион крупных собак должен отличаться умеренными мгновенными нагрузками при значительной длительности. Многие неопытные собаководы — владельцы крупных собак грешат тем, что вместо выхаживания своих питомцев гоняют их по горе или за велосипедом. Конечно, значительно легче и быстрее утомить пса, гоняя его за аппортом по склону, чем выхаживать с ним километры на коротком поводке. У собаковода возникает ощущение выполненного долга при экономии времени. Думаю, что именно из-за этого заблуждения так много среди догов и сенбернаров высокозадых, с выпрямленными скакательными суставами, с другими дефектами аппарата движений животных, которые к тому же часто имеют нарушения работы сердца. Для моциона крупной собаки нет ничего лучше, чем спокойные прогулки по ровной местности. Длительная, умеренная нагрузка — вот что нужно их сердцу и мускулатуре.

Громоздкость размеров отражается на поведении крупных собак тем, что среди них крайне редко встречаются холерики, но много флегматиков. На выставках и соревнованиях хэндлеры крупных собак часто прибегают к помощи возбуждающих средств, а при дрессировке часто используют психостимуляторы (см. главу 3).

Флегматичные, грузные собаки часто подолгу лежат в привычной позе на твердой подстилке или полу, что создают повышенный риск образования мозолей на локтях, скакательных суставах и т.д. Кроме мер борьбы с мозолями (см. 6.1.1) владельцам таких собак можно рекомендовать периодически делать перестановку мебели, менять место своей собаки в квартире с тем, чтобы она меняла излюбленную позу отдыха. Весьма полезен крупным собакам массаж, улучшающий кровообращение и предотвращающий пролежни у старых. (При возникновении пролежней эффективен актовегин.)

Спецификой крупных собак в ветеринарном плане является некоторый сдвиг на более поздние сроки времени вакцинации (созревание иммунной системы у крупных собак тоже слегка запаздывает). Следует также иметь в виду, что дозы лекарств нелинейно зависят от массы тела. На каждый последующий килограмм массы тела, как правило, требуется несколько меньше лекарства, чем на предыдущий. Поэтому при расчете дозировки препарата, особенно токсичного, следует делать 15—20%-ную скидку для крупных собак по сравнению с арифметическим показателем, получающимся умножением справочной дозы на единицу веса тела на всю массу животного.

Таким образом, применение фармакофизиологических методов коррекции у пород крупных собак имеет свою специфику и является одним из приближений к индивидуализации подхода.
10.2. ПОРОДЫ МЕЛКИХ СОБАК 

Поклонники пород мелких собак (чи-хуа-хуа, той-терьер, цвергшнауцер, той-пудель, карликовая такса и др.) в погоне за идеалом стремятся иметь все более миниатюрный экземпляр (рис.10.3; цветная вклейка). Не повторяясь заметим, что им следует прочесть предыдущий раздел о крупных собаках, так как многое из того, что там сказано, верно и для их любимцев, только с точностью «до наоборот». Размеры тела, кодируемые как количественные признаки (т. е. зависящие от многих генов, у каждого из которых есть свой диапазон нормы реакции), заметно зависят от условий выращивания. Искусственное ускорение созревания (в том числе и полового), ускорение минерализации костей, легкие белковый и калорический дефициты — естественные пути ограничения размеров тела минимальной реализацией генетического потенциала. Укороченный световой день также способствует ускорению созревания животных и уменьшению конечных размеров тела. Если для крупных собак желательные сроки рождения январь-март, обеспечивающие прирост светового дня в период наиболее интенсивного роста щенка, то для мелких предпочтительней июль-сентябрь. Пища для этих собачек должна быть малообъемной, чуть обедненной незаменимыми аминокислотами и микроэлементами, содержать минимальное количество витаминов А и D (на грани, диктуемой сохранением здоровья собачки). Как правило, витаминную подкормку из рациона мелких собак исключают полностью, давая витамины только при признаках их дефицита. Некоторые даже идут на то, чтобы щенка, например той-пуделя, вскармливала сучка еще более мелкой породы (карликовая такса, например) с тем, чтобы с первых дней жизни уменьшить поступление в его организм факторов, определяющих рост. Вырастить чемпиона миниатюрности и при этом вполне здоровое животное достаточно сложно — все время приходится балансировать на грани необходимого и достаточного.
 
Рис. 10.3. Той-пуделек Наташкин не больше варежки, но чувства большие вмещает его душа.

Выше перечислены достаточно мягкие методы снижения размеров собак, в общем-то щадящие здоровье той-собак. Некоторые собаководы, ищущие славы на рингах пород мелких собак, применяют более жесткие способы ограничения размеров тела. Наиболее радикальный, но грубый прием — хирургический. Разрушение гипофиза прекращает выработку в нем соматотропина и останавливает рост щенка. Этот прием весьма эффективен в отношении роста собаки, но поскольку в гипофизе, кроме гормона роста, вырабатывается еще целый ряд жизненно важных факторов, последствия разрушения гипофиза не только тяжелы, но и в значительной мере непредсказуемы.

По непроверенным данным, иногда используются методы химиотерапевтического выключения производства гормона роста в организме и, что более правдоподобно, торможения выполнения им своих функций. Теоретически фармакологический инструмент для блокирования естественной гормональной стимуляции роста вполне реален. Например, это может быть соматотропин, модифицированный таким образом, что он, сохраняя способность связываться с соответствующим рецептором, теряет способность передавать сигнал клеткам-мишеням. Экономически этот прием кажется неоправданным — слишком дорого изготовление такого лекарства исключительно для частных кинологических целей. Известно, однако, что используемый в медицине для лечения ряда гормональных нарушений, связанных с функцией гипофиза, препарат парлодел заметно снижает содержание в крови гормона роста.

Среди жестких методов ограничения роста собак в породах, где соревнование идет под девизом «кто меньше!», есть такие, как введение антивитаминов, сублетальных доз некоторых ядов (например, сапонинов), ингибиторов синтеза белка (актиномицин D, пуромицин, другие антибиотики) и т.д. С целью уменьшить размеры той-собаки некоторые используют натулан — известное противоопухолевое средство.

Жесткие методы ограничения роста эффективны, но разрушительны для здоровья животного. Часто эти методы вредно влияют на способность собаки к воспроизводству потомства. Казалось бы, какой смысл в чемпионе, который не может дать племя. Но в породах, где чуть ли не главным экспертом на выставке служат весы, некоторые владельцы питомников (содержать бригаду чи-хуа-хуа можно даже в небольшой квартире) идут на применение этих жестких методов ради сенсации и престижа питомника. Объект допингового ограничения роста иногда заведомо приносится в жертву рекламе питомника с тем, чтобы повысить специфический интерес и соответственно сбыт однопометников и ближайших родственников микрочемпиона.
10.3. СЛУЖЕБНЫЕ ПОРОДЫ 

Применение допингов в служебном собаководстве достаточно распространено и имеет свою специфику. Использование собак в служебных целях часто порождает стремление увеличить силу, мощь животного. Информация на этот счет представлена в главах, посвященных фармакофизиологической коррекции скелета и мускулатуры.

Служебное собаководство с его повышенной требовательностью к дрессируемости животных и особенностям их поведения, важным для работы (например, для караульной службы), может существенно выиграть от применения методов коррекции высшей нервной деятельности (см. гл. 3). Повышение выносливости нервной системы, быстроты обучения, прочности выработанных навыков дает существенный выигрыш времени на этапе подготовки собак к служебной работе любых видов и повышает эффективность эксплуатации животных. В некоторых видах служебного использования собак приобретают значение приемы коррекции агрессивности (повышения — для защитно-караульной службы, понижения — для поводырей слепых), координации и скорости движений (для буксировочной и ездовой служб), сенсибилизации анализаторов (для розыскной, таможенной и др. служб), стрессустойчивости (для цирковой службы и в любой службе под руководством недостаточно опытного проводника), лабильности переключения доминант (для пастушеской) и т.д. В среднем грамотное применение психотропных средств ускоряет обучение служебной собаки вдвое при таком же повышении интенсивности и эффективности ее эксплуатации. Конечно, в производственном использовании служебных собак имеет также значение цена препаратов соотносительно со стоимостью смены собаки и расходов на дрессировку. В любительском собаководстве эти аргументы имеют меньший вес, так как собаковод обычно хочет именно своего конкретного пса (который, возможно, прекрасный шоу-дог, но не имеет злобы или хорошего обоняния) сделать еще и охранником, участником соревнований или помощником в работе. И в том, и в другом случае, как правило, затраты на препараты и изучение способов их разумного применения окупаемы. По мере роста стоимости трудозатрат экономическая эффективность фармакофизиологической помощи в обучении и эксплуатации собак будет неуклонно возрастать.
10.4. ОХОТНИЧЬИ ПОРОДЫ 

Специфика использования собак охотничьих пород по назначению предполагает актуализацию многих естественных инстинктов, тогда как любые вмешательства способны вызвать дискоординацию гармонии натуральных процессов. Казалось бы, какую помощь в этом могут оказать фармакофизиологические приемы?

Во-первых, все виды охоты сопряжены с повышенным риском для собаки заразиться паразитами и инфекционными болезнями. Вакцинация, контроль титров соответствующих антител, ношение ошейника, отпугивающего клещей и насекомых, для охотничьих собак имеют особое значение. Во-вторых, работа в поле сопряжена с повышенным риском травм. Следовательно, для этих собак приобретают особое значение навыки собаковода-охотника в оказании первой ветеринарной помощи. Летом в степи существенную опасность для собаки представляют репехи и остяки злаковых, которые часто попадают в уши, в перепонки пальцев, в различные складки и удалить которые весьма непросто: занозы из остевых колосков имеют свойство при всякой пальпации обламываться и продвигаться все дальше вглубь ранки. На этот случай охотник должен носить с собой пинцет и уметь расширить ранку, чтобы пинцетом вытащить такую занозу. Зимой при работе по снежному насту собаки часто стирают себе лапы в кровь, возможны обморожения, простуды. Жировые мази для смазки лап, под мышками и в паху весьма желательны в арсенале охотника зимой. Умение сделать массаж поможет избежать обморожения.

Конечно, у каждого вида охоты свои требования, отражаемые спецификой соответствующей породы и эксплуатации собак. Норная охота требует от собаки силы и отваги при небольших размерах тела. Гончая по кровавому следу должна быть мощной, быстрой, выносливой, нечувствительной к боли и иметь крепкую хватку. Загонные гончаки должны обладать выносливостью, быстротой движений, звонким, с массой оттенков, голосом. Подружейные собаки и собаки-подносчики дичи должны обладать отличным нюхом и выдержкой. У борзых очень важна быстрота гона и азарт (стабильная доминанта).

Приемы, усиливающие те или иные свойства, необходимые охотничьей собаке, описаны в соответствующих главах и разделах книги. Здесь особенно очевидна необходимость для собаковода творческого владения материалом с тем, чтобы к конкретным целям подобрать наиболее эффективные для характера работы и индивидуальности собаки методы.

В связи с повышенным риском потери собаки на охоте в этой отрасли собаководства приобретают особое значение методы поиска и идентификации собаки. Пожалуй, самым современным из них является использование радиочипов, вживляемых под кожу собаки и пеленгуемых на большом (а при спутниковой регистрации — на любом) расстоянии. В наших условиях большую помощь может оказать татуирование охотничьих собак и дактилоскопия отпечатков мочки носа (при наличии соответствующей картотеки).
10.5. СОБАКИ-КОМПАНЬОНЫ 

Собаки многих пород, а в ряде случаев и беспородные собаки могут быть зачислены в категорию собак-компаньонов. Это, как правило, не слишком обременительные в содержании животные, хотя иногда владелец, наоборот, чисто подсознательно заинтересован в многочисленных хлопотах о подопечном — это отвлекает от горя и одиночества.

В основном собаки-компаньоны добродушны, спокойны, привязчивы к своим хозяевам. Физические возможности собаки-компаньона должны совпадать с возможностями хозяина — у юноши, увлекающегося бегом, компаньоном может быть и борзая, у медлительного пожилого джентльмена более логичный компаньон — английский бульдог, с его неторопливой натурой, не склонной к длительным прогулкам в жару. Некоторые породы собак будто предназначены для этих целей, но среди собак-компаньонов по сути можно встретить представителей всех пород (Рис. 10.4—10.9; цветная вклейка). Во-первых, кому что нравится: у одного компаньон — мастино, у другого — той-пудель, у третьего — дворняжка. Во-вторых, брали щенка для рабочих целей, а затем цели изменились.
 
Рис. 10.4. Снежана и Злата — подружки.
 
Рис. 10.5. Друзья.
 
Рис. 10.6. Дама с собачкой. Шарпей Дороти-оф-Леунг-Ка-Вит (вл. О.Б. Кошевая) приехала из Гонконга.
 
Рис. 10.7. Вдвоем искать легче!
 
Рис. 10.8. Компаньонки в труде и отдыхе.
 
Рис. 10.9. Не правда ли, о хозяине Тепы мы уже кое-что знаем!

Перевод собаки из любой категории (служебной, охотничьей, декоративной и т.д.) в категорию собак-компаньонов имеет специфику проблем, в решении которых фармакофизиологические методы могут оказать неоценимую помощь. Ведь в тех случаях, когда генетическое предназначение породы вступает в противоречие с возможностями и желаниями компаньона-человека, приходится искусственно восстанавливать равновесие между компаньонами. Рекомендации по конкретным вопросам читатель должен выбрать для своей ситуации сам из различных разделов книги. Это тот случай, где индивидуальное творчество заменить нечем. В одних вопросах хозяин готов смириться с особенностями питомца, оказавшегося его компаньоном. В других он может изменить в чем-то свой стиль жизни или перевоспитать свою собаку. В третьих, наиболее многочисленных, хозяину необходимо с помощью фармакофизиологических приемов изменить свою собаку. Может оказаться, что в роли собаки-компаньона выступает достаточно злобный пес, а владелец — человек общительный, не имеющий врагов и к тому же часто нуждающийся в подмене различными помощниками по уходу за собакой. Приходится гасить природную злобу.

В роли собаки-компаньона может оказаться любвеобильная сучка, а в планы хозяина размножение собак не входит. Приходится регулировать ее половой цикл. Сентиментальные морды охотничьих собак (сеттеров, спаниелей, пойнтеров) подкупают многих сугубо городских жителей, далеких не только от охоты, но и от длительных прогулок за городом. Приходится гасить природный охотничий инстинкт собаки.

На все эти и многие другие трудно предвидимые случаи в арсенале фармакологических средств имеются такие, которые снимут значительную часть проблем.

Среди общих проблем владельцев собак-компаньонов, по-видимому, одной из наиболее частых являются гигиенические. По этому поводу, кроме стандартных мер ухода за шерстью и приемов, описанных в главе 6, можно обратить внимание собаковода на необходимость приучения собаки к запаху, предпочитаемому хозяином. Это может быть запах дезодоранта, запах полынной или мятной набивки подстилки и др. Кроме удовольствия хозяина, эти запахи часто оказываются еще и полезными для собаки — они отпугивают насекомых. Важно только помнить о стойкости одорантных предпочтений и начинать приучение с раннего детства, проявляя достаточную настойчивость и грамотно закрепляя привычку к желательному запаху положительным подкреплением.
10.6. ПОРОДЫ СОБАК С ДЕГЕНЕРАТИВНЫМИ ПРИЗНАКАМИ СТРОЕНИЯ ТЕЛА 

В основу селекции ряда пород собак положены врожденные уродства. Это укорочение черепа (брахицефалия) у бульдогов, мопса, пекинеса, хина, боксера, укорочение конечностей (хондродистрофия) у бассета, бракков, такс, скотч-терьера, денди-динмон-терьера, скайтерьера и др. У некоторых пород дегенеративные изменения и извращения функций коснулись внутренних органов, например, патология печени у бедлингтон-терьера или нарушения липидного обмена у чау-чау.

В погоне за предельным выражением породного признака (по сути — уродства) собаководы порой прибегают к помощи допингов или физиотерапевтических приемов коррекции. Специфика таких пород заключается, с одной стороны, в применении «уродующих» воздействий, а с другой стороны — в особенностях ветеринарной помощи, необходимой собакам этих пород.

Применение уродующих воздействий особенно эффективно в определенные онтогенетические периоды (см. главу 9). Так, есть сведения, что гриппоподобные заболевания матери в период беременности накануне закладки скелета усиливают признаки хондродистрофии у плодов. Применение талидамида в определенной стадии беременности также ведет к укорочению (а при очень раннем применении и к практически полному отсутствию) конечностей. Укорочение верхней челюсти (бульдоги, мопсы, пекинесы, боксеры и др.), обусловленное генетически, может быть дополнено остеотропным воздействием на рост костей черепа и формирование его пропорций, если такое воздействие будет оказано в период интенсивного формирования. Наиболее ответственный период формирования черепа — внутриутробный этап морфогенеза и ранние сроки постнатального (после рождения) онтогенеза. Применение антагонистов кальция (верапамил, трифтазин, трилон Б и др.) или антивитамина D на этих стадиях развития способно еще больше замедлить рост костей черепа, усилить дегенеративные признаки. Следует заметить, что вопреки поверхностному мнению о высокой консервативности скелета, костная ткань, как и всякая живая ткань, сохраняет пластичность практически всю жизнь. В костях достаточно активно идет обмен веществ, происходит внутренняя перестройка структуры. Пользуясь этим, некоторые собаководы подправляют формы костей черепа. Так, наложением соответствующих шин на челюсти можно существенно поменять обвод морды у бульдогов, у которых особенно ценится наполненная, но остро выступающая вперед, а не округлая, как у боксера, форма нижней челюсти. Для фиксации таких шин обычно используют клыки — их мощные корни дают тянущей шине надежную опору. Приходится ждать смены зубов и достаточного их укрепления, теряя период наибольшей пластичности челюсти. Этой задержки можно избежать, если фиксировать шинку штифтами непосредственно в тело кости.

Используя пластичность костей, можно попытаться повлиять на формирование черепа массажем и наложением наружного каркаса. Медлительность изменений и мучительность для собаки подобных процедур делает их применение крайне ограниченным, однако при достаточном терпении, упорстве и мастерстве конечные результаты бывают весьма эффектны. Следует только помнить, что любое воздействие на кости черепа в конечном счете смещает пропорции многих элементов формы головы, которая рассматривается экспертом с многих позиций. Так, у английского бульдога нижняя челюсть во фронтальном аспекте должна быть достаточно округлой, наполненной, широкой, в то же время в профиль она должна достаточно остро выступать вперед, образуя прямую линию с мочкой носа и лбом. При этом перекус (бульдожина) должен быть хорошо выражен, но зубы нижней челюсти не должны выглядывать за кромку губ.

Сходные проблемы могут возникать в отношении конечностей хондро-дистрофиков. Обычно укороченные ножки собак соответствующих пород все же должны сохранять прямую форму, кривизна, как правило, недопустима. Хотя наложение шин и каркасов на конечности собаки нереально, однако управление нагрузкой на опору (вариацией массы тела или веса спецснаряжения, характером физической нагрузки и т.д., рис. 10.10.) способно существенно отразиться на формировании конечностей. Период наибольшей интенсивности роста конечностей — 2—6 месяцев. Другие советы по коррекции породообразующих признаков, связанных со скелетом, даны в главе 4.
 
Рис. 10.10. Упражнения с утяжелением для коррекции мускулатуры.

1 — намордник с грузами

2 — ошейник с грузами

3 — упряжь с грузами

У собак, породные признаки которых коррелируют с патологией внутренних органов, некоторые собаководы пытаются воздействиями, углубляющими эту патологию, усилить выраженность внешних признаков породы. Так, некоторые владельцы бедлингтонов используют медь-содержащие подкормки для усиления синюшного оттенка окраса, владельцы чау-чау вводят в рацион своих собак лярд и избыток других жиров для усугубления ожирения и т.д.

Специфика ветеринарных услуг собакам пород с дегенеративными признаками заключается в рассмотрении любых проблем со здоровьем таких животных через призму их уродства и соответствующего учета факторов риска. Так, у брахицефалов врожденные изменения верхних дыхательных путей повышают вероятность проблем с газо- и термообменом. В жаркую погоду, при повышенной нагрузке бульдоги, мопсы, пекинесы становятся весьма уязвимы для теплового удара, бронхоспазма и др. Владельцам собак этих пород не следует обильно смачивать шерсть (частая ошибка) собаки в случае теплового удара и весьма полезно иметь наготове в летнее время все необходимое для снятия бронхоспазма. Бронхоспазм, проявляющийся симптомами удушья (учащенное дыхание, затуманенное сознание, синюшный язык, тахикардия), эффективно снимается инъекцией эуфиллина. Могут быть полезны и другие спазмалитики, например атровент. Желательно также дать собаке что-нибудь для поддержания сердца (валидол, нитроглицерин, валокордин и т.д.). Весьма часты у брахицефалов случаи ксерофтальмии, вызванной повышенным риском травмирования глаз.

В клинике хондродистрофиков-горожан следует учитывать их повышенную подверженность действию смога и травмам брюшной полости. Суки-хондродистрофики (особенно щенные) нуждаются в повышенном внимании к гигиене вымени.

В целом можно считать, что болезни собак тех пород, признаки которых можно трактовать как врожденные уродства той или иной системы, являются продолжением их породных достоинств, а ветеринарная профилактика и помощь при заболеваниях должны учитывать специфику дегенеративных изменений соответствующих систем и органов организма животного.
10.7. КРАЙНИЕ ШЕРСТНЫЕ ВАРИАНТЫ 

Среди пород собак есть такие, создатели которых основное внимание уделяли характеру оброслости. На пути к максимальной короткошерстности возникли ряд пород, у которых даже самые длинные шерстинки на холке не превышают 1 см — гладкошерстные таксы, пойнтера, левретки, доберманы и др., а у некоторых пород шерсть на корпусе отсутствует вовсе — перуанская и африканская голые, китайская хохлатая и др. (рис.10.11; цветная вклейка). Напротив, любители длинношерстных собак культивируют породы, у которых шерсть может достигать нескольких десятков сантиметров — пули, пуми, командор, южно-русская овчарка, бобтейл и др. Обилие вариаций длины, густоты, цвета, структуры меха собак и достаточно очевидные пути генетического конструирования желаемой фактуры и размера меха при очевидном удобстве содержания собак заставляют удивляться, как это наши прагматичные предки не вывели для пушного звероводства соответствующие породы и не составили конкуренции производству песцовых, лисьих и прочих шкур. Видно, даже у чистых прагматиков интеллект собак накладывает табу на выращивание их ради меха (при убийстве чужих или бесхозных собак на мех для варваров, способных на это, табу, по-видимому, отменяется из-за того, что длительность контакта с индивидуальной собачьей личностью невелика).
 
Рис. 10.11. Перуанская голая. Совсем голая!

Полезные сведения для поклонников собак, основные породные признаки которых включают требования к своеобразию шерсти (по всему корпуса или на отдельных участках тела), даны в главе 6 этой книги и в книгах, посвященных соответствующим породам. Следует также иметь в виду, что своеобразие шерсти собаки — это лишь верхушка айсберга специфики физиологии организма таких животных. Со своеобразием шерстного покрова связано, как правило, своеобразие терморегуляторных механизмов таких собак, специфика аллергенных реакций, специфика активации витамина D ультрафиолетом и т.д. Энтузиасты пород, в которых уделяется большое внимание крайним вариантам оброслости, должны учитывать комплексный характер любых изменений в организме (как в силу генетических причин, так и под воздействием фармакологических или физиотерапевтических средств) и принимать разумные меры для компенсации неблагоприятных побочных эффектов.
10.8. ЭКСТРЕМАЛЬНЫЕ ПСИХИЧЕСКИЕ ВАРИАНТЫ (бойцовые и беговые собаки) 

Больше, чем мощная мускулатура и крепость тела, больше, чем мощные вооруженные челюсти, бойцовую собаки отличает ее нервная система. Безудержная злоба, отвага без оглядки, честолюбие без пределов, безжалостность к другим и себе, нечувствительность к боли — вот, что культивируется в своих собаках поклонниками этого жестокого спорта. Можно осуждать это варварское увлечение, но нужно считаться с его реальным существованием и знать допинговую сторону этих собачьих состязаний.

Конечно, без природных задатков в этих боях у собаки нет шансов. Чаще всего на ринги для боев выходят стаффордширские терьеры, бультерьеры, питбультерьеры, алабаи и некоторые другие. В некоторых регионах проводятся бои с участием кавказских овчарок, ротвейлеров, аргентинских и перуанских мастифов. Как правило, бои сопряжены с тотализатором, и большие деньги до предела взвинчивают нервы организаторов и участников, азарт болельщиков. Понятно, что соблазн получить фору за счет «химии», допингов весьма велик. Специальная тренировка отборных бойцов часто дополняется психофармакологическими подпорками. Применение средств подкачки мускулатуры, укрепления скелета и зубов (см. главы 4 и 5) для бойцовых собак имеет второстепенное значение. Многие владельцы бойцовых собак имеют свое тайное средство из арсенала народного творчества для повышения агрессивности (от кормления свежей кровью до сложнейших восточных рецептов с жень-шенем, опием, костями тигра и десятком различных трав), но на наш взгляд объективная эффективность этих средств весьма сомнительна. Более обосновано применение разработанных современной психофармакологией и физиологией высшей нервной системы средств управления поведением (глава 3).

Из личных сообщений нескольких собаководов, занимающихся подготовкой бойцовых собак, нам известно, что в период натаски этим собакам иногда дают успокаивающие средства (феназепам, дневной транквилизатор — гидазенам, мепробамат) для снятия робости и стресса. Для снятия страха, робости в начале притравки молодых собак весьма эффективен людиомил. Он быстро повышает настроение, уверенность в себе, снимает психомоторную заторможенность. Препарат используют в виде драже, капель, инъекций в индивидуально подобранной дозе. Перед боями (за 15—20 минут) некоторые дают своим собакам психостимуляторы сиднокарб или сиднофен. По мнению респондентов эти препараты эффективно усиливают агрессивность, энергичность атак бойцовых собак. По-видимому, сведущие в фармакологии собаководы используют также в качестве допингов актопротекторы, повышающие выносливость, силу и быстроту движений бойцовых собак. Так, хорошую поддержку бойцовым и беговым собакам могут оказать препараты, улучшающие работу сердца, снижающие его кислородную зависимость. Это, например, миофедрин, нонахлазин, сензит, коргард. Для улучшения дыхания во время тяжелой физической нагрузки может быть использован либексин.

Для быстрого разогрева мышц перед соревнованием иногда в мышцы втирают никофлекс. Широко известный нафтизин сужением периферических сосудов снижает риск кровопотери при ссадинах и покусах, повышает артериальное давление, обладает длительным противовоспалительным действием.

Вполне логично также применяемое многими собаководами введение анальгетиков перед боем для снижения болевой чувствительности. Следует, однако, избегать применения опиатных анальгетиков, к которым собаки менее чувствительны и которые при передозировке способны снижать агрессивность, ослаблять мышечную силу, нарушать координацию движений, менять мотивацию и др. Кстати, у собак боевых пород болевая чувствительность от природы снижена. Вероятно, это обусловлено как особенностями периферической нервной системы и нервных окончаний, так и спецификой функционирования нервных центров. По крайней мере к такому выводу приходишь, наблюдая породные особенности реакции бойцовых собак на психотропные и нейротропные средства. Например, при наркотизации ротвейлеров, бульдогов, булей, питов весьма часто возникают проблемы, связанные с центром возбуждения и агрессии. Прекрасно зарекомендовавший себя на других породах калипсол дает у собак этих пород эпилептиформные приступы, судороги, акты агрессии, возбуждения, злобы. Да и с возрастом, когда стереотип поведения особи становится более жестким, психика собак боевых пород демонстрирует доминантность в их мозге центров, связанных с агрессивными реакциями.

Мой ротвейлер Кинг после 5—6 лет не мог играть или ластиться даже по собственной инициативе: через минуту все эмоции переходили в одну — злобу. Попросит, например, почесать любимые места на груди или за ухом а потом рычит и готов броситься. Принесет мячик для игры в аппорт, а через минуту с рыком вырвет его, несет к себе и злобно разгрызет.

Сходной допинговой обработке могут подвергаться собаки, участвующие в бегах, поскольку в отношении нервных процессов этот вид состязаний предъявляет к животным практически такие же требования, как и при участии в боях — настойчивость, стрессустойчивость, азарт, сильный дух, выносливость, быстроту, честолюбие и др. Фавориты беговых дорожек без куража и фанатизма победителями стать не могут, не принесут куш игрокам, поставившим на них. Как бы ни были важны мускулы и рычаги для высоких результатов беговой собаки, без соответствующей мотивации победы не будет. Арсенал средств, влияющих на мотивацию, описан в главе 3. Следует заметить, что повысить способности своей бойцовой или беговой собаки значительно трудней, чем навредить соперникам[10]. Методы, которые могут быть использованы для этого, описаны в главе 12. Если учесть, что непорядочному сопернику в этих соревнованиях нет нужды добиваться гибели собаки-конкурента, а достаточно вызвать легкое недомогание, чтобы получить существенную фору на ринге или беговой дорожке, то понятно, сколь важно грамотно оберегать своих собак.

Характер использования бойцовых и беговых собак сопряжен с быстрым изнашиванием организма, высоким травматизмом, перегрузками. Изнашивание организма еще больше усиливается при использовании искусственной (допинговой) стимуляции. Остатки своеобразной гуманности в собаководах, увлекающихся этими состязаниями, требует хотя бы того, чтобы применение фармакофизиологических методов было грамотным, а реанимационно-реабилитационная помощь эффективной. Грамотный подход к применению психотропных средств в первую очередь подразумевает понимание неоднозначности реакций различных индивидуумов на воздействия и вероятности парадоксальных реакций при различных условиях. По-видимому, это связано не столько с несовершенством препаратов, разработанных для коррекции поведения, сколько с пластичной, лабильной природой высшей нервной системы.
10.9. ПОРОДНЫЕ ОСОБЕННОСТИ БОЛЕЗНЕЙ И ЛЕЧЕНИЯ 

Полный список породных особенностей течения болезней, лечения и чувствительности к фармакологическим и физиотерапевтическим воздействиям ввиду его обширности и незавершенности дать невозможно, а без полноты охвата темы ее анализ теряет значительную долю смысла. Все же некоторые общие соображения кажутся не бесполезными для собаководов-практиков.

В борьбе за высокий ранг имеет значение не только наличие достоинств, но и отсутствие недостатков. Профилактика болезней и лечение — один из компонентов соревнования собаководов за достижение выдающихся экстерьерных и рабочих качеств своих собак. Породные особенности здоровья проявляются в различной вероятности того или иного заболевания у отдельных пород, в различиях протекания заболевания у собак разных пород, в тяжести исхода болезни и в различиях реакций организма на лекарства. Надо заметить, что многие подобные отличия имеют скорее характер линейных отличий, чем породных. Так, породы, о которых известно, что они не восприимчивы к определенным заболеваниям, при завозе ограниченной группы представителей в новый для их культивирования регион могут стать восприимчивы к этому заболеванию. Так, изначально устойчивые к чумке эрдельтерьеры после культивирования их в течение ряда поколений в наших условиях стали болеть этой болезнью не реже, а может быть и чаще, чем такие уязвимые для чумки породы, как доберман-пинчер или колли. Противоположный пример — экземы у черного терьера. Первые собаки этой породы почти поголовно страдали экземами, отитами. После многих лет селекции удалось резко уменьшить частоту этих заболеваний в современных массовых линиях черного терьера.

Породные особенности заболеваемости, течения болезни, реакций на фармпрепараты не являются чем-то раз навсегда данным. Со временем они могут меняться. Велика роль в характере этих изменений селекции и распространения методов профилактики болезней. Часто, фактически помимо сознательных действий селекционеров, массовое распространение прививок от инфекционных заболеваний ведет к сохранению в популяции уязвимых для соответствующей инфекции линий собак. По-видимому, кинологам следовало бы наладить учет и регистрацию в родословных документах собак, кроме информации о выставочных достижениях пред ков также сведений о склонности этих предков к заболеваниям, способности переносить те или иные болезни и т.д. Кажущаяся громоздкость хранения подобной информации в век компьютеризации не является веским аргументом против такой кинологической работы, а ее прикладное значение может быть чрезвычайно велико. Сегодня, к сожалению, нет объективных статистических данных по этим проблемам. Наилучшие обзорные публикации по проблеме породных особенностей здоровья и болезней собак, как правило, опираются на опыт ветеринаров-практиков, но не базируются на количественных оценках и теоретическом анализе. В предыдущих разделах этой главы и в некоторых других главах также приводятся отдельные сведения по данному вопросу, но анализ всей проблемы — научная задача кинологии будущего. Ее актуальность позволяет надеяться, что решение этой задачи не станет достоянием столь уж отдаленного будущего.
ГЛАВА 11. СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОЕ ПИТАНИЕ 

Специализированное, адаптированное к индивидуальным возможностям и задачам питание является мощным средством коррекции экстерьера и функций организма собаки. Это становится очевидным, если учесть, что натуральная пища в обязательном порядке содержит вещества, способные изменять состояние физиологических систем и скорость протекания биохимических процессов. Более того, новейшие данные наводят на мысль о том, что практически любое вещество, входящее в пищу, может оказывать физиологические эффекты, подобные эффектам ряда признанных фармакологических агентов. Так, тривиальная глюкоза, оказалось, не только служит источником энергии для организма, но и участвует в регуляции эмоционального состояния человека и животных. Обычные аминокислоты (глицин, аланин, пролин, триптофан, фенилаланин, валин и др.), которые входят в состав белков пищи и используются организмом для построения собственных белков, кроме этого, нужны организму для выполнения релейных функций, (нейротрансмиттеры в межнейронных синапсах) в нервной системе. Некоторые из них для выполнения сигнальных функций подвергаются доработке, другие используются в неизменном виде.

Ярким примером сочетания нутритивных и фармакологических ролей в одном лице являются витамины. Физиология питания и фармакология с равными основаниями рассматривают открытие витаминов и механизмов их действия как свои достижения. К тому же оказалось, что производные и продукты разрушения витаминов выполняют определенные регуляторные функции в тканях мозга, печени и могут стать кандидатами в новые лекарства.

Шире и подробней вопросы фармакотерапевтически целенаправленного нутриентного (нутриент = пищевое вещество) влияния питания на организм и теоретическое обоснование этого феномена рассмотрены в нашей предыдущей книге (Э.Г. Гурман «Научные основы кулинарии», 1995). Здесь, отстраняясь для краткости от доказательств, мы просим читателя поверить в то, что большинство фармакологических и допинговых эффектов, достигаемых сложнейшими и небезопасными фармакологическими средствами, могут быть достигнуты через специализацию характера и количества тех или иных нутриентов в пище и ритма их поступления в желудочно-кишечный тракт. Важно также и то, что процесс пищеварения сопровождается выработкой в организме сигналов и факторов, влияющих на функции большинства систем — нервной, иммунной, эндокринной и т.д. В кратком очерке, каким является настоящая глава, невозможно осветить интересную и важную проблему индивидуализированного адекватного питания. Остановимся на избранных моментах темы: ритме питания, аппетите и составе пищи.

Конечно, в настоящее время потребитель тяготеет к готовым решениям своих проблем: не хочу вникать в то, как нечто действует — дайте средство «от головы», «от ожирения», «от живота», «для повышения потенции», «для щенков», «для беременных», «для больных» и т.д. Такой подход удобен при нарастающем ассортименте кинологических продуктов питания, но думающий кинолог, представляется, должен понимать, что происходит в организме при тех или иных рационах и должен обоснованно выбирать требуемые в конкретной ситуации фирменные продукты.
11.1. РИТМЫ ПИТАНИЯ 

Естественные ритмы питания ближайших диких родственников собаки (собака динго — подвид того же вида, волки и шакалы — близкородственные) демонстрируют сочетание двух тактик распределения в течение суток потребления пищи в зависимости от источника питания, Мышкование и охота на мелкую добычу — длительный процесс с малобъемным разовым поглощением пищи. Охота на крупную добычу и поедание падали — разовые способы кормежки с наеданием «до-отвала». Хороша ли та или иная тактика — не столь важно, как важно то, что многие поколения предков собак, по-видимому, питались именно так и это, вероятнее всего, нашло отражение в физиологии желудочно-кишечного тракта и всего организма собаки. При питании малыми порциями пищеварительные органы животного находятся в рабочем состоянии длительное время. Сопровождающее эту работу выделение сигнальных веществ в кровь постепенно доводит их уровень до такого, который успокаивает всякую поведенческую активность и животное приступает к отдыху. В целом тактика дробного питания более характерна для миниатюрных, изящных хищников.

Разовое объемное поглощение пищи характерно для мощных крупных хищников. Наглотавшись нищи, животное приступает к ее перевариванию и отдыху. Часто такое насыщение достается хищнику после тяжелой охоты в конце его «рабочего дня». Заметим также, что собачьи, как правило, питаются в светлое время суток: при мышковании — утром и вечером, при охоте чаще ближе к ночи. Обязательный отдых после еды создает наилучшие условия для пищеварительной работы.

Механизм наступления покоя после еды связан с очень важным общеорганизменным феноменом — специфическим динамическим действием пищи (СДДП). Это целый комплекс реакций организма, включающий иммунные, терморегуляторные, нейрогуморальные, ферментативные и другие компоненты. Одна из составляющих СДДП — поступление эндогенных и экзогенных опиоидных пептидов в кровь в ходе пищеварения — обеспечивает положительные эмоции и успокоение животных после еды. Послеобеденное время — самое приемлемое для игр и контактов, в это время даже вожак терпимее и миролюбивее относится к остальным членам стаи. Напротив, в конце привычного промежутка между кормежками уровень опиоидов в крови животных низок, а агрессивность соответственно высокая. Это достаточно сильное влияние ритма питания на поведение вполне может быть использовано.

Разумеется, тактика дробного или разового питания также может быть использована в целенаправленном формировании экстерьера и рабочих качеств породистых собак, в управлении поведением в ответственные моменты выставок, соревнований, боев.

В большинстве руководств рекомендуют одно-двукратное кормление взрослых собак. Это в среднем, без специальных целей. При стремлении сформировать изящную, легкую собаку с подтянутой линией живота (борзые, левретки, бедлингтон, отчасти доберманы и др.) предпочтение нужно отдать учащенному ритму питания с поглощением за раз небольшой по массе порции дневного рациона. Животное, питающееся в таком ритме, при прочих равных условиях снабжения организма питательными веществами, сохраняют в течение дня повышенную подвижность, на его опорный скелет и стенку живота ложится меньшая нагрузка. При однократном питании животное, съедая весь дневной рацион в один присест, становится на несколько часов сонливым, его мускулатура обслуживает большую массу тела и соответственно накачивается, переполненные внутренние органы способствуют формированию грузного корпуса. Такой ритм кормления вполне подходит, скажем, кавказцу, который после караульно-сторожевой работы (голод и предвкушение кормежки активируют ориентировочную реакцию, возбуждают агрессивность, что весьма полезно для службы) за один раз может съесть несколько килограммов пищи (голодный волк способен за раз съесть до 25 кг мяса) и крепко заснуть (его умиротворенность после снятия с поста опять же полезна спокойствию в питомнике).

Другой компонент СДДП — иммунные реакции — в естественных условиях служит защите внутренней среды организма от возможной экспансии вредных веществ из полости желудочно-кишечного тракта в кровь. Его можно использовать для усиления эффективности вакцинации. Если вакцинацию проводить на фоне СДДП, то ответ иммунной системы на введение с вакциной антигенов будет более выраженным, ускорит выработку и повысит титр антител против предполагаемой инфекции.

Термогенный эффект СДДП невелик — температура тела собаки после еды повышается всего на несколько десятых долей градуса, но и его можно использовать во благо. Обнаружено, что СДДП тесно связано с гормональным статусом организма. Поэтому по нему можно судить о состоянии эндокринной регуляции в организме собаки. Так, первым признаком ожирения, на много опережающем иные внешние проявления болезни, является исчезновение СДДП. Контролируя термогенный эффект СДДП, можно заблаговременно насторожиться в отношении вероятности заболевания и своевременно принять соответствующие меры.

Вышеприведенные советы относятся к здоровым взрослым животным. Щенки и подрощенные собаки должны питаться значительно чаще, чем взрослые. Об этом написано во всех руководствах по кормлению, однако там, к сожалению, редко говорится об индивидуальном подборе графика кормления для щенка, а даются жесткие схемы: во сколько месяцев по сколько раз следует кормить щенка. В естественных условиях щенок первые дни жизни имеет возможность питаться почти все время. Он сам участвует в формировании графика своего кормления. График кормления можно навязать искусственно, но вряд ли это принесет пользу здоровью и формированию у щенка уверенности в себе.

В сторону учащения кормления изменяется график кормежки для щенных и, особенно, для лактирующих сук, а также для стареющих собак.

Регулировать ритмичность питания значительно проще и дешевле, чем применять допинги, а польза от правильно подобранного индивидуального графика питания собаки может быть огромная. Выбор индивидуального ритма питания обязательно требует учета аппетита собаки.
11.2. АППЕТИТ 

Под понятием «аппетит» разные авторы понимают не вполне совпадающие, хотя и имеющие много общего, феномены пищевого поведения. Для одних аппетит сродни голоду, и они измеряют его количеством добровольно поглощаемой пищи. Для других аппетит — это стремление поглощать ту или иную пищу. Теоретические основы кажущегося простым, почти очевидным, феномена аппетита и возможности влияния на него представлены в главе, посвященной высшей нервной деятельности (гл. 3), написанной признанным авторитетом в области пищевого поведения профессором В.Г. Кассилем. Здесь мы лишь кратко наметим те аспекты, которые касаются связи аппетита с целенаправленной нутритивной коррекцией экстерьера и рабочих качеств собак.

Пищевое, поведение, доставляющее приятные эмоции при потреблении наиболее нужной организму пищи (еще одно определение аппетита), как любой физиологический процесс возникло и существует в качестве естественного механизма поддержания здоровья и чувства комфорта, т.е. адекватности животного и условий существования. В его основе лежит сложный механизм регулирования потребления определенного количества и видов пищи. Не вдаваясь в подробности того, что происходит внутри организма, можно рассматривать ситуацию как некий «черный ящик», вход и выход которого доступны наблюдению. Это весьма удобный для рассматриваемой проблемы подход: собаковод не может в повседневной жизни наладить постоянный лабораторный контроль состава пищи, не может следить за интимным ходом пищеварения, не может точно учитывать все траты энергии и веществ в организме, но может оценить то, что происходит на входе и выходе пищеварительного тракта. Входом можно считать то, что потребляется собакой во время еды и то, как оно потребляется. Выходом в широком понимании являются отходы жизнедеятельности и регистрируемые наблюдателем изменения в состоянии здоровья, внешнего вида и поведения животного. Оценка выхода знакома собаководам-практикам. В отношение же «входа» слишком много заблуждений бытует не только относительно кормления животных, но и человека.

Самое глубокое заблуждение, которое может быть допущено, — это пренебрежение аппетитом собаки как подсказчиком в выборе правильного питания. Питание «по аппетиту» — залог здоровья. Следует заметить, что по поведению диких хищников внимательный наблюдатель еще до начала охоты может определить, на какую добычу собрались они охотиться. Иными словами, животное предвкушает желанную пищу.

Я кормлю свою собаку молочной пищей из пластмассовой миски, а мясной — из эмалированной. По тому, к какой миске подойдет моя Лайза, я всегда знаю, что бы ей хотелось поесть сегодня. Чаще всего она перед кормежкой вертится возле эмалированной миски (Лайза любит мясо), но иногда она настойчиво показывает желание съесть что либо молочное и тогда вертится возле пластмассовой миски. Этот простой прием может помочь учитывать аппетит собаки к той или иной пище и следить за изменениями предпочтений, отражающих состояние ее организма.

Не имея в быту возможности часто и подробно обследовать собаку, собаковод может по ее аппетиту выбирать оптимальную для нее пищу.

Конечно, правильные показания о состоянии здоровья и о потребностях организма дает здоровый аппетит. Извращенный аппетит (извращенный по причине неполадок в организме или по причине неправильного воспитания) не может служить диетологическим ориентиром — он сам может быть причиной болезни. Сложившийся у собаки стереотип питания чрезвычайно трудно переделывать. Поэтому очень важно в период, когда происходит запечатлевание специфики поведения, помочь щенку выработать правильный стиль питания. В природе это происходит в возрасте 1—3 месяца в порядке подражания матери и закрепления в памяти вкуса и запаха «хорошей» пищи. Собаковод обязан в этот период жизни щенка познакомить его с различными видами корма, приучить есть полезную пищу. Например, если в этот период не познакомить собаку с рыбными продуктами, сырым мясом, кашей и т.д., то в дальнейшем может возникнуть проблема из-за отказа собаки есть этот корм. Многие владельцы собак (особенно декоративных пород) жалуются, например, что их питомцы отказываются от сырого мяса, плохо едят овощи. В то же время избыток сладостей в кормлении щенка может в дальнейшем привести к тому, что собака будет отказываться от неподслащенной пищи. Это следствие ошибок, допущенных, когда щенку было 1—3 месяца. Извратив в детстве аппетит щенка, собаковод рискует создать себе в будущем большие проблемы — от неправильного питания щенок будет неправильно развиваться, а исправить аппетит может оказаться не под силу сердобольному хозяину. Для того чтобы изменить пищевые предпочтения собаки есть только одно средство — повысить пищевую мотивацию при доступности для потребления определенного вида корма. Усилить пищевую мотивацию (см. гл. 3) можно голодом, увеличением нагрузок и фармакологическими препаратами. Весьма полезно на стадии переучивания дать собаке компромиссный вариант. Корм, к которому собака приучается, можно с помощью отдушек или примеси любимого корма сделать более привлекательным. В настоящее время имеется большой выбор отдушек с запахом мяса, рыбы, различных фруктов и овощей. Надо, однако, признать, что собаки требуют более точного подбора отдушки, чем дегустатор-человек. Кстати, многие фирменные продукты для собак содержат отдушки, подобранные с учетом вкуса животных. Перевод на новый стиль питания требует постепенности и настойчивости. Желательно в каждом конкретном случае разобраться в том, почему у данной собаки сформировались те или иные пищевые предпочтения. Так, у собак некоторых пород, склонных к ожирению, по-видимому, генетически запрограммирован повышенный аппетит к углеводистой пище (кашам, хлебу и др.), что, как оказалось, связано со спецификой спектра пищеварительных ферментов в кишечнике.

Внезапное изменение аппетита — важный сигнал для собаковода о состоянии здоровья собаки и адекватности корма ее потребностям. Аппетит резко реагирует на любые отклонения в состоянии организма животного, особенно на интоксикацию. Именно поэтому заболевшая собака обычно отказывается от корма. Уговаривать и заставлять собаку поесть в таких случаях без грамотного анализа причин и следствий опасно.

Аппетит собаки может лучше любых руководств подсказать индивидуальную норму пищи. Имея некоторый «запас прочности» на случай возможного дефицита пищи в будущем, аппетит животного как бы запрограммирован примерно на 10%-ное переедание. По нескольким кормлениям своей собаки стандартным кормом без ограничения доступа к еде собаковод может легко определить этот объем съедаемой за один раз пищи и, отняв его десятую часть, выяснить разумный объем порции, насыщающий собаку и одновременно не грозящий перееданием. Есть собака должна «в подлиз», ничего не оставляя в миске и сохраняя желание съесть еще кусочек.

Таким образом, не следует пренебрегать прекрасной возможностью, предоставленной Природой. Сообразуя кормление с аппетитом здоровой собаки и подправляя извращенный аппетит в случае патологии, собаковод может эффективно достигать свои цели.
11.3. СОСТАВ ПИЩИ 

Состав пищи должен отвечать потребностям организма и его возможностям усваивать данные нутриенты из данной композиции. В большинстве руководств по питанию (будь то человека или животных) подчеркивается необходимость эквилибрирования потребления и потребностей и как-то упускаются из виду те эффекты в организме, которые сопровождают естественную технологию пищеварения. Начатый академиком А.М. Уголевым перевод нутриционисткой культуры физиологов, врачей, гигиенистов с устаревающей позиции теории сбалансированного питания на новую — теорию адекватного питания, к сожалению, затормозился с его ранним уходом из жизни и принял форму доработки разных аспектов классической теории. Впрочем, не так уж важно, каким путем (эволюцией или скачком) и под чьими именами новая, более совершенная теория завоюет признание практиков. Я считаю, что теория адекватного питания принципиально нова и характеризует подъем знаний на новый уровень. Ее критики, например профессор В.К. Мазо, не признаваясь в этом, но откликаясь на идеи, высказанные A.M. Уголевым, настолько уточняет трактовку теории сбалансированного питания, что в новой интерпретации последняя плавно превращается в теорию адекватного питания. Это ли не признание правильности теории при отрицании приоритета ее автора? Вернемся, однако, от тем чистой науки и околонаучных перипетий к рассмотрению прикладных вопросов, касающихся всех собаководов.

В число обязательных компонентов натуральной пищи входят белки, жиры, углеводы, микро- и нанонутриенты и так называемые ненутриенты (балластные вещества, пищевые волокна, вода). Кроме того, натуральная пища обязательно содержит некоторое количество физиологически активных веществ. К последним можно отнести ферменты пищи, гормоноподобные факторы, ингибиторы ферментов (антинутриенты) и токсиканты. В переработке натуральной пищи участвуют автолитические процессы, ее сопровождает выработка в желудочно-кишечном тракте сигнальных факторов и активность микрофлоры.

Автолитические процессы при усвоении натуральной пищи дополняют работу ферментов собственно пищеварительного аппарата. Кстати, именно отсутствие активных расщепляющих ферментов в термически обработанном корме снижает его усвояемость, повышает нагрузку на пищеварительную систему. В ряде случаев желательно поддержать ферменты желудочно-кишечного тракта добавкой ферментных препаратов в пищу или сразу после еды. Это могут быть таблетки фестала, абомина, панкреатина, мексазы и т.д.

Содержащиеся в естественной пище ингибиторы ферментов вносят коррективы в работу аппарата, расщепляющего биополимеры пищи. Физиологически активные вещества пищи, влияющие на нервные и мышечные клетки, могут менять перистальтику желудка и кишечника, а значит, длительность и глубину переработки пищи в различных отделах пищеварительной системы. Микрофлора желудочно-кишечного тракта, если она нормальна по составу, принимает участие в переработке пищи, образовании незаменимых компонентов из избыточных нутриентов и поставляет своими телами определенную долю нутриентов организму-хозяину. Соответственно ненормальная микрофлора поставляет токсины. Токсиканты и антигены пищи в норме «тренируют» защитные силы организма, поддерживая его в определенной степени готовности к другим опасным воздействиям, т.е. в конечном счете их присутствие в пище в разумных пределах тоже служит во благо организму. Разнообразие, объем и хронический характер выброса гормонов, сопровождающего биотехнологию переработки пищи, позволяют считать пищеварительные органы самой большой эндокринной «железой» организма.

Нет необходимости тратить в этой главе место на информацию о качественном составе и роли белков, жиров и углеводов пищи, кочующую из одной популярной книжки о питании в другую. Остановимся лишь на менее широко внедрившихся в сознание практиков сведениях о балластных веществах.

Длительное время балластные вещества воспринимали как лишние, бесполезные, но неизбежные компоненты натуральной пищи. По мере того как становилась реальной возможность создания искусственной пищи приходилось задумываться, нужны ли эти балластные вещества, которые вроде бы ничего не дают организму? Исследования поискусственней пище высветили по крайней мере два важных обстоятельства: во-первых, балластные вещества, хотя и не усваиваются организмом, но очень важны для нормального хода пищеварения; во-вторых, то, что форма, в которой усваиваемые питательные вещества поступают в организм, имеет важное значение для функционирования желудочно-кишечного тракта (готовые мономеры, оказалось, менее пригодны для питания высших животных, чем полимеры, которые еще необходимо расщепить на мономеры).

К балластным веществам относятся, например, пищевые волокна. Они не расщепляются ферментами кишечника, но благодаря своим механическим свойствам регулируют перистальтику (а значит, и темпы продвижения перевариваемых продуктов по пищеварительному тракту). Благодаря высокой гигроскопичности они участвуют в поддержании водного баланса в пищеварительном аппарате. Адсорбируя ионы и молекулы, пищевые волокна участвуют в перераспределении минеральных и органических веществ в полости и вдоль пищеварительной системы. Пищевые волокна поглощают и выводят из организма многие токсиканты и радионуклиды (пример использования этого свойства пищевых волокон см. 9.1.). Наконец, пищевые волокна служат остовом «дома», в котором живут кишечные микроорганизмы. Через изменение численности и состава этих микроорганизмов пищевые волокна могут влиять на образование и переработку многих важных для организма животного веществ: витаминов, недостающих аминокислот, токсикантов, физиологически активных веществ.

В натуральной нище хищника пищевые волокна — это трудно перевариваемые коллагеноные волокна, шерсть, остатки растительных продуктов, включающих целлюлозу, и остатки насекомых с их инертным хитиновым скелетом. Волки, шакалы, лисы в природе едят не только мясо. Заглатывая целиком мелких травоядных и зерноядных, они получают вместе с тушками жертв содержимое их кишечника. При захвате крупной добычи оказалось, что вначале волки выгрызают мягкие ткани брюшной полости. Вместе с поглощаемой требухой хищники не брезгуют кишечным содержимым, содержащим, естественно, пищевые волокна рациона травоядного животного и его пищеварительные ферменты. Даже такие типичные хищники, как волки, оказалось, часто едят молодую зелень, ягоды, фрукты. Организм и пищеварительный аппарат собаки, питающейся на протяжении тысячелетий (т. е. несколько тысяч поколений) возле человека, адаптирован к значительному потреблению зерновых и других растительных продуктов.

Рафинирование (очистка) пищевых продуктов рациона человека затронуло н пищевые продукты, скармливаемые собакам. Бытовое рафинирование начинается с разделки тушки. Понятно, что разделка тушки на сорта мяса ведет к изменении) состава пищи — в отдельных сортах содержится много одних веществ и мало других. Традиционный приоритет сортов мускульного мяса в качестве сырья для корма собак не защищен от критики. Эта критика может быть аргументирована наблюдениями за порядком поедания крупной добычи хищниками в природе — волк сначала наедается требухи, а затем (подзаправив свой пищеварительный аппарат ферментами жертвы) наедается мускульным мясом, грызет кости. Конечно, мускульное мясо богато ценным для организма собаки белком, но кроме белка пища должна содержать еще большой рад веществ, важных для здоровья и оптимальной работы всех систем организма. Среди них есть гормоны, модуляторы рецепторов, лекарствоподобные соединения, яды и др. Я еще раз отсылаю читателя к моей предыдущей книге, всецело посвященной вопросам питания, так как мне кажется, что эти важные вопросы заслуживают всестороннего рассмотрения и что краткий очерк не может заменить детальный анализ.

Входящие в быт нашего собаковода концентрированные и консервированные корма для животных, в случае их добротного изготовления сделаны с учетом многих достижений современной науки о питании. Их лучшие образцы включают композицию продуктов и пищевых добавок, отвечающих потребностям организма собаки, а способ хранения и используемые консерванты снижают побочные эффекты до минимума. Повторяю, эта похвала относится к лучшим образцам такой продукции.

Остановимся на рассмотрении некоторых параметров фирменных продуктов для собак. Понятно, что первое, на что должен обратить внимание собаковод при выборе таких продуктов для своей собаки, это сертификационные признаки товара. Авторитет фирмы-изготовителя, каналы доставки, дата изготовления, срок хранения и сертификаты, выданные в стране производителя и в стране продажи, удостоверяющие соответствие качества продукта ветеринарно-гигиеническим нормативам, должны не вызывать никаких сомнений. Это важнее цены. Кроме того, полезно удостовериться в целости упаковки и правильности условий хранения в пункте продажи пищевого продукта. При чтении этикетки на упаковке корма для собак следует отделить полезные сведения от сугубо рекламных. Добротные фирмы помещают на этикетке адрес головного учреждения фирмы и адрес филиала-изготовителя данной партии продукта. Информация о сортах мяса и пищевого сырья, использованного для приготовления корма, без указания пропорций и способа приготовления (являющихся, как правило, технологическими секретами), мало что дает для анализа качества товара. Обычно фирмы «скромно» умалчивают о содержащихся в корме отдушках, консервантах и токсикантах. Кодировка класса продукции чаще всего для ее понимания требует специальных справочных данных, но престиж сертификационного учреждения может косвенно указывать на качество продукции.

Поступающие в продажу специализированные корма для животных могут быть трех типов: сухие (dry) с влажностью 6—10%, полусухие (soft-moist) с влажностью 23—40% и баночные (canned) с влажностью 68—80%. Сухие корма в виде брикетиков, кусочков или порошка наиболее популярны. Они легко сохраняются без холодильника, легки и малообъемны. Источником белка в них обычно является мясо или соя. В их изготовлении используют субпродукты, крупы и рыбу. Многие собаки охотно едят эти корма в сублимированном виде без размачивания. Полусухие корма обычно продаются в банках, чаще пластмассовых. Они имеют мягкую, нежную консистенцию, их состав такой же, как и у сухих. Герметически укупоренные, они могут храниться при комнатной температуре, но лучше их держать в охлажденном состоянии. Баночные консервы предназначены на любой вкус. Плотность консервированного продукта может варьировать от жидкой, как суп, до упругой, как крепкий студень. В их состав реже включают сою. Кроме мяса и субпродуктов животных, птиц, рыбы, они могут содержать овощи.

К сожалению, на Украине и в других странах СНГ не уделяется достаточно внимания контролю качества продуктов для животных. При грядущем создании такой службы следует учесть опыт развитых стран с высокой кинологической культурой. Так, в Канаде для того чтобы пища для собак была допущена к продаже необходимо (с 1976 года), чтобы она прошла контроль в Ветеринарно-медицинской Ассоциации (CVMA). CVMA обеспечивает тестирование продукта в независимых лабораториях, проверку годности продукта в ходе 12-месячного (как минимум) хранения, проверку того, что нутриенты не только присутствуют в корме, но и доступны усвоению в организме собаки, контроль за соблюдением декларированного качества продукта во всех партиях корма по его составу, перевариваемости и усвояемости.

Обычно на этикетке помещают также данные гарантированного анализа, т.е. сведения о среднем (минимальном и максимальном) содержании в корме протеина (белка, protein), жиров (fat), влажности (moisture), волокон (fibre), солей (ash, minerals) и энергии (energy). Данные о их содержании часто представляют в расчете на общий вес (с учетом воды), на сухой вес или же на определенное количество калорий. Это создает трудности в пересчетах и сравнении разных продуктов по их составу. Приходится вносить поправку на влажность продукта. Например, если написано, что влажность составляет 75%, белок 7% и жир 2%, то это означает, что в продукте 25% сухого вещества, из которого 28% белки и 8% жир.

В списке ингредиентов нутриенты указывают в порядке убывания их процентного содержания в продукте. Этот список не дает представления о качественных характеристиках поименованных нутриентов. Например, нельзя определить полноценность корма по составу незаменимых аминокислот исходя из данных строки, касающейся содержания белка в продукте. Под общим названием «жиры» могут скрываться довольно различные по физиологической роли вещества: твердые жиры, растительные, ненасыщенные и т.д. В конце списка, часто без указания количества, представлены витамины и минеральные вещества, входящие в состав данного корма. Подразумевается, что если указан определенный витамин, то его содержание в корме обеспечивает потребности собаки в этом витамине при ежедневном питании данным кормом.

Несколько слов о пищевых добавках. Их добавляют в фирменные корма для придания им привлекательного цвета, запаха, консистенции, устойчивости при хранении. Это различные эмульсификаторы, облегчающие смешивание воды и жира, антиоксиданты (для защиты жиров от прогоркания), одоранты (для усиления или улучшения запаха), антимикробные факторы и красители. Западные фирмы используют в кормах для собак такие же пищевые добавки, как и применяемые пищевой промышленностью для людей. Некоторые виды кормов, снабженные надписями «additive-free» или «all-natural» произведены исключительно из натуральных продуктов.

Многие коллеги на Западе не рекомендуют самостоятельно приготовленные корма для собак, так как нет гарантии того, что домашняя еда может оптимальным образом сбалансировать все необходимые ингредиенты. Следует заметить, что и фирменная продукция может отставать от новейших достижении науки о питании и физиологии собак, но, учитывая профессиональный подход, вероятность ошибок при изготовлении фирменных продуктов меньше. В наших условиях ограниченный выбор непланово поставляемых кормов, их достаточно высокая цена и отсутствие традиций делает концентрированные корма в значительной мере товаром нерегулярного потребления. Кстати, самая дорогая пища не обязательно самая лучшая. Это, а также то, что собаковод должен делать выбор среди продукции разных фирм и продуктов специализированного кормления для собак разных пород, возрастов, пола, физиологического состояния, делает необходимым хотя бы поверхностное знакомство с правилами выбора состава корма для конкретной собаки. В таблице 11.1. приведены рекомендации по составу основных групп нутриентов в корме, отвечающие потребностям различных состояний организма собаки.
Таблица 11.1. Желательная композиция питательных веществ в специализированных кормах для собак в различном физиологическом состоянии.

Так, щенкам, с их высокой энергией роста, большой подвижностью и потребностью в материале для формирования растущего организма необходим высокобелковый, высококалорийный, легко усвояемый корм. Диета щенка обычно должна содержать 25—35% белка и 18—22% жира. Конечно, такой корм не может быть рекомендован взрослым собакам, особенно ведущим малоподвижный образ жизни. В отдельные периоды подготовки к соревнованиям, лактации, интенсивной работы, восстановления после болезни и др. корм с таким содержанием белка и жира может быть использован в кормлении взрослых животных. Потребность щенка в солях относительно высока, тогда как во взрослом состоянии избыток солей может быть для собаки вреден, особенно для склонной к некоторым заболеваниям, в первую очередь почек. Если в корме для щенков соли могут составлять 6—7% сухого веса, то в корме взрослой здоровой собаки — не более 4—5%. Склонность к остеопорозу, лактация, заращение костных травм могут, однако, повысить потребность собаки в минеральных элементах.

Существенно снижена должна быть доля белков и жиров в корме для собак, склонных к ожирению: белок — до 12—14%, жир до — 15—18%. Доля пищевых волокон может быть увеличена в их рационе с обычных 1—1,5% до 2—5%.

При склонности собаки к нарушению пищеварения и после перенесенных болезней весьма полезными могут оказаться специальные корма со сниженным содержанием жиров (9—11% вместо обычных 15—25%). Пищевые волокна в таком корме должны содержаться в умеренном количестве (1,5—1,8%), а белок может быть повышен до 19—21%.

Следует заметить, что в тех случаях, когда рекомендуемое в этикетке количество корма дано в граммах корма, калориях или граммах белка на килограмм массы тела, то необходимо помнить о нелинейном характере нарастания трат организма в зависимости от его размеров. Читатель найдет в книге указания на то, как учесть породу, возраст, пол, кондиции и другие особенности собаки при определении ее потребностей в корме. Ниже приведена номограмма для облегчения определения количества корма, необходимого собаке в зависимости от массы тела (рис. 11.1.).
 
Рис. 11.1. Номограмма для определения необходимого собаке количества пищи в зависимости от ее массы тела.

По горизонтали — масса тела собаки в килограммах; по вертикали — объем рациона в процентах от порции, рекомендуемой аннотацией данного корма, для собаки массой 25 кг.

И еще несколько замечаний. Никогда не используйте корма для кошек в кормлении собак и наоборот. У каждого из этих видов свои требования к составу корма, которые обычно учтены фирмами-изготовителями. Так, кошки весьма подвержены образованию мочекислых кристаллов в почках и мочевом пузыре, и поэтому корм для них обычно содержит мало солей, в частности магния. Никогда резко не меняйте стиль кормления своей собаки, даже прочитав хорошую книгу. Резкие перемены в характере питания могут вызвать диарею (понос) и другие заболевания. Приучайте свою собаку к новому корму постепенно.

Помните! Ваш щен зависит от правильности вашего кормления!
Глава 12. НЕЧИСТОПЛОТНЫЕ ПРИЕМЫ ВОЗДЕЙСТВИЯ НА СОПЕРНИКА 

Некоторые из описанных в предыдущих главах приемов стимуляции организма могут быть названы допинговыми. Применение их для достижения успеха в конкуренции с другими собаководами за высокий выставочный ранг при наличии гласного запрета допингов в собаководстве является нарушением формальных и нравственных законов. Однако все подобные приемы, описанные выше, по крайней мере направлены на собственную собаку. В настоящей главе будут приведены более или менее распространенные тайные способы получить преимущество путем воздействий на соперника.

Конечно, соперничество собаководов не исключает некоторые хитрости, но хитрость хитрости рознь. Когда собаковод, делая ставку на щенка в качестве кандидата в производители, использует информацию о кровях основного поголовья сук для того, чтобы подстраховать себя (имея редкие ценные крови кобелек получает фору — будучи даже вторым-третьим в ринге он может иметь больше вязок, чем победитель) — это его право и нечестным его не назовешь. Когда собаковод ухитряется выставить своего пса на достаточно титулованной выставке в отсутствие основных соперников — это хитрость, но допустимая. Но когда для продвижения и рекламы своей собаки наносится вред сопернику, то это нечистоплотно и не имеет оправданий. Отсутствие публикаций на эту тему не является следствием чрезвычайной редкости подобных случаев. Скорее наоборот, проблема настолько актуальна (особенно сейчас, в условиях падения нравов и атаки прагматизма), что ее боятся затрагивать.

Для того чтобы защитить своего питомца и себя от нечестных приемов борьбы, для того чтобы выявить негодяя, владельцы выставочных животных и эксперты должны быть вооружены знанием возможных козней. К сожалению, на практике почти в любом клубе, в любом городе такие «любители» собак, злоумышляющие против соперников, встречаются чаще, чем хотелось бы. Уменьшить риск для здоровья и репутации вашего любимца — задача этой главы.

Мы не будем подробно останавливаться на таких приемах, как клевета, дискредитация, подкуп и др. Последствия этих приемов могут существенно испортить карьеру конкурсанта, но ничего нового в этих приемах собаководами придумано не было — обычная порочность взаимоотношений непорядочных людей. Заслон этим приемам — бдительность и остракизм.

Пожалуй, только специфика кинологической деятельности придает отличия конкретике каждого эпизода. Так, в одних случаях о сопернике, где только возможно, говорится: «Ах, как жаль! Такой чудесный кобель Джек, но вот что-то не в порядке у него с аппаратом движений (стойкой, выходом шеи, нервной системой и т. п.)». Если это повторяется достаточно часто и среди нужных людей, то эксперты (которые тоже люди с присущими людям слабостями) будут более придирчиво оценивать Джека — глядишь, и у честного независимого судьи возникнут сомнения! Если распространитель слухов более или менее удачно выберет якобы дефект Джека (например, еле заметному недостатку придаст характер чуть ли не порока) и если имеет репутацию опытного собаковода (для этого часто достаточно длительности посещений клуба собаководства при отсутствии реальных достижений), то это может существенно снизить шансы на успех оклеветанного Джека. При этом, как правило, параллельно распространяются столь же преувеличенные разговоры о достоинствах по этому параметру протежируемого пса-соперника и о важности именно этого параметра в «современной» трактовке стандарта.

В других случаях распространяются слухи о скрытых болезнях собаки, передаваемых по наследству. Например, начинают муссировать домыслы о «склонности» племенного кобеля Арго передавать патологию поджелудочной железы (печени, иммунитета и т. п.). Никто не установил у Арго этот диагноз, никто не провел статистику этого заболевания у потомков Арго и у потомков других кобелей, зачастую недоказана даже наследственная природа данной патологии, но слухи делают свое дело. Будущие покупатели щенков начинают избегать потомков оклеветанного Арго, владельцы сук стараются устроить вязки с другим псом, племенная комиссия при составлении плана вязок придерживает на вторых ролях оклеветанного производителя и на выставках эксперты исподволь отодвигают его на задний план, придирчивей осматривают беднягу.

Следует заметить, что по результатам менее опасна клевета, распространяемая ближайшими реальными соперниками — заинтересованность клеветника очевидна! Опасней клевета, распространяемая аутсайдерами и «друзьями», мотивы которых могут быть самыми различными — от соперничества кровей и линий до банальной зависти. Интересно, что в этом отношении неумышленная клевета неграмотного, как-бы заинтересованного только делом собаковода может иметь не менее отрицательные последствия, чем корыстная. Кроме совета собаководу быть бдительным, осторожно выбирать собеседника для обсуждения своих сомнений, кроме совета экспертам пропускать досужие разговоры через призму компетентной критики, здесь ничем не поможешь. Выездные выставки и приглашенные из других городов независимые эксперты не всегда помогают — реальную работу в клубе ведут местные авторитеты, а мнение приглашенного судьи может расцениваться как скоропалительное и поверхностное.

Безграмотность в вопросах тайных фармакофизиологических и токсикологических приемов борьбы чрезвычайно опасна. Эти приемы в большинстве случаев требуют доступа к собаке, на которую покушаются. Наблюдая как сегодня, несмотря на телохранителей и меры безопасности, злоумышленники с помощью хитроумнейших комбинаций и техники подбираются к людям, влияющим на властные и коммерческие процессы, можно не сомневаться в изощренности средств, задействованных в злонамеренных целях в собаководстве — ведь в ряде ситуаций речь идет о весьма значительной материальной выгоде.

В цивилизованном обществе возможности опосредованной кем-то, особенно ветеринаром или кинологом, вредоносной акции исключены моральными запретами и угрозой потери лицензии, жизненноважной для специалиста, но у нас все возможно. Конечно, владельцы племенных собак должны пользоваться услугами постоянных проверенных ветеринаров и ветфельдшеров.

Возможны, однако, и другие пути для того, чтобы отравить или заразить соперника.

Так, нам известны результаты одного частного расследования. В регионе участились случаи гибели щенков и племенных собак. Основной диагноз у погибших животных — болезнь Ауески. При этом заболевании пути заражения, как правило, не вполне ясны, лечение малоэффективно. Было замечено, что многие владельцы погибших животных использовали для их кормления Pedigree PAL, купленный с лотка на местной выставке. Эти владельцы припоминали, что большинство пакетов было чуть-чуть надорвано и продавцы даже делали скидку в цене из-за этого дефекта. Предположительно подноготная этой истории и мотивы преступников заключались в следующем. Сбыт породистых собак в регионе упал. Pedigree PAL — достаточно дорогой корм, который у нас используют в основном состоятельные владельцы щенков и владельцы конкурентноспособных племенных собак. Владелец (или группа владельцев) питомников компенсировал услуги и некоторое снижение дохода от сбыта дефектных пакетов, зараженных инфекционным материалом. Расчет строился на том, что устранение собак-конкурентов и увеличение сбыта щенков заранее подготовившихся к этому питомников с лихвой перекроет затраты. Богатые горюющие жертвы аферы щедро заплатят за покупку новых собак, а риск не велик, так как смерть от болезни сойдет за трагическую случайность.

Так что второй совет — будьте бдительны при покупке кормов для своих питомцев. Качество корма и надежность источника его поступления важнее дешевизны.

Еще одно древнее правило: бойтесь данайцев, дары приносящих! Известен случай, когда «доброжелатель» подарил другу-сопернику красивый самодельный ошейник, внутри которого оказалась зашитой порция порошка щавелевой кислоты. Через щели в ошейнике кислота попадала на кожу собаки и вызывала зуд и изъязвления на шее, что помешало этой собаке на ближайшей, очень важной для ее карьеры, выставке занять подобающее место.

Итак, доступ к лечению, кормлению и снаряжению вашего питомца должен быть надежно закрыт для опасных воздействий. Подавно следует исключить угощения из посторонних рук. Безобидные на взгляд доверчивого владельца «случайности» — серьезный риск для его питомца.

Трудно отличить умышленное от неумышленного заражения собаки путем контактов во время прогулок. Известны, однако, злоумышленные случаи загрязнения парадных и мест постоянного выгула соперников выделениями больных энтеритом животных. Конечно, своевременные прививки (некоторые владельцы взрослых собак как-то забывают о необходимости через определенный период подстегивать иммунитет) защищают вашего питомца от инфекции, но если злоумышленник разбирается в механизмах формирования иммунитета, он может найти брешь в защите организма. Например, он может привезти инфекционный материал из другой местности или иным способом добыть штамм возбудителя болезни, к которому не готовы иммунные системы собаки-жертвы. Вероятность заболеть при заражении новым штаммом возрастает. Если опасения подобного рода агрессии реальны, то можно рекомендовать вакцинировать собаку, привлекательную для покушений, полиштаммно, используя смесь нескольких одноименных вакцин разного производства. Следует также не полагаться только на график вакцинации, а периодически проверять (и если надо восстанавливать) титр антител.

Особенно уязвим для подвоха ваш питомец, когда он еще не ваш. Ваш будущий питомец может быть подвергнут изощренной фармакофизиологической агрессии накануне передачи его вам. Например, средством для этого может стать кастрация, но не простая, легко обнаруживаемая, а хорошо законспирированная фармакологическая или физиологическая. При перепродаже собак, а иногда и при продаже щенков, чтобы выбить потенциального конкурента из рядов будущих заводчиков, на внутренние органы размножения может быть оказано воздействие, которое в дальнейшем скажется падением плодовитости. Это может быть хирургическое или травматическое воздействие: у сук — создание непроходимости яйцеводов или маточных труб, у кобелей — разможжение семеных канатиков. Внешне после такого воздействия собака практически неотличима от здоровой, разве что может остаться едва заметный шрам от операции, да и тот легко замаскировать под «шов на месте грыжи» или что-то в этом роде. Другой способ замаскированной кастрации — облучение яичников (семенников). Он не столь уж недоступен частному лицу при некоторой грамотности и возможности доступа к медицинскому рентгеновскому оборудованию. Стерилизованное таким способом животное в момент продажи имеет вполне здоровый вид. Возможны и другие способы предотвращения племенного использования животного с помощью фармакологических воздействий, например, гормональным сдвигом или стимуляцией аутоиммунных процессов (в простейшем случае введением взвеси соответствующих тканей сенсибилизированному животному) в эндокринных железах и органах размножения (происходит атрофия желез и возникает эрозия внутренних половых органов). Так, накачивая кобеля перед продажей анаболиками нечестный продавец может одновременно нарастить мышечную массу и вызвать бесплодие.

Что можно этому противопоставить? Смотрите, у кого покупаете собаку. Если покупаете взрослого кобеля, то проверьте его эякулят на наличие живых сперматозоидов; если суку — обследуйте ее на УЗИ; при возможности биохимических лабораторных исследований проверьте содержание гормонов в крови. Только неготовность к подвоху и неграмотность может сделать вас жертвой обмана. Кстати, за рубежом стерилизацию часто открыто делают собакам, не предназначенным для племенного использования. Такие собаки существенно дешевле племенных и соблазнившийся дешевизной посредник может скрыть от отечественного покупателя «маленький дефект» заграничного животного.

Все случаи нечистоплотной игры предусмотреть трудно. Это зависит от соотношения изощренности нападения и защиты, от вооруженности знаниями злокозненного продавца и опытности покупателя. В условиях, при которых заводчики-профессионалы, дорожащие своей репутацией больше, чем разовой сделкой, еще не отделились от случайных бизнесменов-собаководов наивность опасна. Ока опасно еще и тем, что обманутый покупатель может не заподозрить умышленного подвоха, списав свою неудачу на случайность, и тем самым способствовать совершению других преступлений непорядочным собаководом.

Возможностей для того, чтобы скрытно испортить собаку перед ее продажей, много. Так, изощренный продавец может вызвать у передаваемой собаки патологию других желез внутренней секреции и поддерживать ее, состояние близким к норме, вводя недостающие гормоны. Например, одной инъекцией аллоксана (1 г/кг) вызывают гибель клеток, вырабатывающих инсулин в организме собаки, скрывают диабет инсулинотерапией и продают животное. Или разрушают щитовидную железу и маскируют начинающуюся базедову болезнь введением тиреоидных гормонов. Даже ветеринар или опытный кинолог при однократном осмотре собаки в момент продажи не выявит такие дефекты. Оговоренный в договоре купли-продажи карантинный период подстрахует покупателя от приобретения собаки, которая через некоторое время может без поддерживающего введения лекарственных препаратов превратиться в инвалида. Конечно, это полностью исключает покупку щенка или собаки на базаре у случайных людей.

Когда собака обрела постоянного владельца, основную опасность для нее могут представлять отравленные приманки. Стоит потерять бдительность и беда может обрушиться на вашу собаку.

Был случай, когда на выставке во время жары посторонний предложил «поделиться» водой для шикарного сенбернара, который ничего не взял бы из чужих рук. Хозяин сам напоил собаку предложенной жидкостью. Во время ринга сенбернар был какой-то очень вялый, даже двигался неуверенно, слегка покачиваясь. Через несколько часов он прилег… и больше не встал. Оказалось, что в питье был подмешан подслащенный нитрит натрия.

Нитрит натрия сам по себе на вкус похож на обычную поваренную соль. Подмешивая сахар, можно подобрать такой раствор, который будет вполне приятен собаке. Он чем-то даже напоминает вкус свежей крови. Нитрит натрия хорошо растворим, легко всасывается в желудочно-кишечном тракте. В крови он вызывает разрушение эритроцитов и нарушает способность гемоглобина снабжать клетки тела (в первую очередь мозга) кислородом. Кислородное голодание мозга вызывает сонливость и дискоординацию движений. В зависимости от проглоченной дозы нитрита натрия возникает либо временное болезненное состояние (выражающееся, как у этого сенбернара, вялостью, дискоординацией движений), либо животное тихо погибает, иногда с легкими судорогами. В условиях гипоксии мышцы не могут сильно сокращаться и внешне такая смерть выглядит достаточно спокойной и естественной. Для собак смертельная доза нитрита натрия всего 0,3 г/кг. Наверное, если бы все случаи внезапной смерти собак заканчивались вскрытиями, то в ряде из них была бы обнаружена так называемая «лакмусовая кровь» — верный признак отравления нитритом натрия. Жаль, что подозрения в злоумышленности возникают не во всех случаях, в которых следовало бы. Отсутствие судорог, рвоты, видимых мучений собаки перед смертью не должно быть основанием для отказа от обязательного исследования причин преждевременной смерти животного. Понятно, что горе собаковода, потерявшего питомца, делает для него тяжелым дополнительным испытанием процедуру вскрытия. Но пока такие случаи возможны — это долг собаковода перед другими коллегами: нужно выявлять негодяя.

Для отравления собак могут быть использованы и другие соли или неорганические вещества (табл. 12.1.).
Таблица 12.1. Некоторые доступные яды

При возможности неоднократной подкормки злоумышленники могут применять кумулятивно действующие яды (т. е. яды, действующие постепенно, накапливаясь в организме). Постепенное нарастание гибельных симптомов во многих случаях может успешно маскировать отравление под какую-нибудь болезнь (табл. 12.2.). Например, многие металлы (свинец, ртуть, кадмий, бериллий, таллий и др.) при хроническом поступлении в организм малыми дозами способны вызвать болезнь и гибель животного. Учитывая то, что сопернику часто достаточно вывести конкурента из строя не доводя дело до его гибели, понятна привлекательность этого приема для злоумышленника и трудность его обнаружения.
Таблица 12.2. Яды, действующие кумулятивно

Еще сложней заподозрить применение ядов, действующих синергично или потенцирующе, т.е. усиливая или дополняя друг друга. Так, относительно безвредные по отдельности вещества А и Б при совместном попадании в организм вызовут тяжелые последствия, а обнаружить их значительно труднее, так как избирательные методы выявления могут не заметить малые дозы каждого из них. Примеры синергично действующих ядов приведены в таблице 12.3.
Таблица 12.3. Синергично действующие яды

Самая сложная ситуация возникает, когда применяются биологические яды (токсины). Токсины многих микроорганизмов, животных и растений весьма опасны в ничтожных дозах, их обнаружение сложно, а умышленное применение, как правило, почти недоказуемо. В самом деле, как юридически доказать, что столбнячный токсин, легко изготавливаемый кустарно и смертельно опасный в микродозах, попал в организм в результате умысла, а не при случайной царапине?

Ряд биологических токсинов белковой природы имеет то ограничение, что они эффективны при попадании непосредственно в кровь. Для их использования злоумышленнику необходимо сделать укол собаке или нанести токсин на слизистую оболочку (глаза, носа) или на раневую поверхность. Хотя нельзя полностью исключить такие варианты, но все же они значительно менее доступны для проведения тайной акции.

Наряду с биотоксинами, разрушаемыми ферментами желудочнокишечного тракта, существуют биотоксины, сохраняющие свою смертоносность и при обычном пути в организм с пищей, питьем. По нашим наблюдениям, даже такие белковые яды, как пчелиный, могут при достаточной передозировке (0,5 г/кг вместо 4 мг/кг при инъекции) оказывать свое вредоносное действие (по-видимому, они могут проникать в кровь через микротравмы кишечника или благодаря персорбции). Для энтеротоксинов (таких, например, как токсины, образующиеся при ботулизме, холере, парвавирусном энтерите и др.) желудочно-кишечный тракт является основным натуральным путем в организм. Близкими по эффективности к белковым биотоксинам, но устойчивыми к разрушению в кишечнике, являются токсины иной химической структуры. Это токсины из ядовитых грибов (бледная поганка, мухомор), растений (тис ягодный, белена, наперстянка), водорослей, моллюсков и др. (табл. 12.4.).
Таблица 12.4. Биологические токсичные вещества

Конечно, многие биотоксины в чистом виде — достаточно дорогие и мало доступные вещества. Их цена составляет сотни, иногда многие тысячи долларов за грамм, но для злоумышленника особая чистота и большое, количество не требуется. Коммерческий бум последних лет породил интерес к этим малообъемным, но дорогим товарам. Пчеловоды, например, наладили сбор огромных количеств пчелиного яда. Отсутствие реального сбыта этого кустарного продукта резко (в сотни раз) снизило цену на него внутри страны и сделало легко доступным. Многие токсины несложно приготовить самостоятельно. Набрать ядовитых грибов или растений значительно легче, чем съедобных, а приготовить из них водную или спиртовую вытяжку с последующим концентрированием токсинов упариванием не составляет труда даже для не очень образованного злоумышленника, не располагающего почти никаким лабораторным оборудованием. Что уж говорить о тех потенциальных пособниках преступления, которые имеют некоторое образование и могут воспользоваться специальным оборудованием! Учитывая опасность применения биотоксинов и неуловимость отравителя мы не помещаем специальной информации, способной облегчить изготовление и применение этих ядов. К сожалению, обнаружить биотоксин в организме пострадавшего животного значительно труднее и дороже, чем его изготовить. И хотя борьба с таким преступлением дорога и сложна, следует быть внимательным до подозрительности, так как безнаказанность преступления против животного может подтолкнуть отравителя к преступлению против человека.

Еще один источник опасности отравления — умышленно передозированные лекарственные препараты (табл. 12.5.). Многие доступные лекарства при их соответствующей переработке становятся ядами. Для выявления отравлений лекарственными препаратами существует достаточно методов диагностики и анализа, но важно, чтобы эти методы были применены и правильно истолкованы.
Таблица 12.5. Некоторые лекарства, которые могут быть использованы как яды

Что можно противопоставить отравителю? Конечно, когда тем или иным способом преступник уже сделал свое черное дело, нужно как можно быстрее предпринять ветеринарные меры по спасению животного. До постановки диагноза какие-либо меры предпринимать надо с особой осторожностью, так как при отравлениях различными ядами тактика реанимации и реабилитации может быть существенно различной. Так, если яд такой, что часть его может еще быть в желудке, то следует вызвать рвоту, сделать промывание кишечника, клизму, но если в желудочно-кишечный тракт попали иголки, осколки стекла и т.д., то стимуляция перистальтики может только навредить. То же относится к укутыванию, согревающим компрессам и другим мерам первой помощи — при одних отравлениях они спасительны, при других вредны. И еще одно желательно помнить в этот тяжелый момент: необходимо сделать все, чтобы собрать и зафиксировать улики, изобличающие отравителя. Следует собрать пробы всех выделений отравленного животного (рвотной массы, кала, мочи, крови) и поместить их в морозильную камеру до передачи в лабораторию. К сожалению, официальное правосудие в нынешней сложной ситуации не уделяет достаточно внимания преступлениям против животных, считая их пустяками на фоне преступлений против человека. Может это и так, но может оказаться, что через этот пустяк прорастают новые еще более страшные преступления. По иронии, любителям животных приходится надеяться, что придав своим любимцам ранг собственности владельца, удастся привлекать преступников к ответу хотя бы за преступления против имущественных прав, тогда как следовало бы с большей строгостью наказывать за преступления против гуманности. Сознательный собаковод должен настоять на проведении официального вскрытия внезапно павшего животного и составлении протокола токсико-патологоанатомического анализа. Может быть, это уже несущественно для вас и вашей собаки, но возмездие не только справедливо, но и защищает других от опасности.

Не следует недооценивать опасность отравления даже тем, у кого собака отдрессирована на отказ от корма из рук посторонних. Заброшенная в комнату через открытую форточку приманка будет через некоторое время восприниматься живущей в квартире собакой как домашняя еда.

Есть и другие хитрые приемы обмана воспитанной собаки. Мою хорошо обученную собаку Кармен породы черный терьер лет двадцать назад обманули. Кармен не брала корм ни из чужих рук, ни с земли. Ее дразнили через забор. Недоверчивая, злобная Кармен стремилась достать врага и брошенный кусок колбасы в момент, когда она кинулась на забор, Кармен восприняла не как запретное лакомство, а как часть врага. Укус, глоток в азарте — и отравленная приманка в желудке. Кармен спасти не удалось. Что уж говорить о медаленосных, но добродушных и необученных пуделях, догах, далматиках и др.

Существует группа нечистоплотных приемов, не связанных с вредом здоровью собаки, но портящая карьеру сопернику, основанная на оригинальном подходе — использовании запахов. Эти возможности достаточно велики. Их применение ограничивает отсутствие избирательности адресата, которому отправлен запаховый сигнал. Но следует иметь в виду, что дополнительные хитрости могут компенсировать этот недостаток и позволить использовать запах для нанесения ущерба сопернику. Так, в некоторых случаях спор ведется заочно: протежируемый пес не участвует в том ринге, на который, например, направлена струя запаха текущей суки. Нервничающий, возбужденный соперник-жертва теряет качества выставочного красавца и, возможно, сойдет с дистанции еще до встречи в бестин-шоу с протежируемым конкурентом. Другой способ придания избирательности атаке запахом — заблаговременно подготовить протежируемого пса к воздействию. Неподготовленный соперник останется уязвимым.

Так, рассказывают, что некий К., владелец одного из примерно равных соперников-однопометников, обучил своего пса отличать запах текущей суки от такого же запаха с примесью эфира. Реакция на запах течной суки с примесью запаха эфира была погашена в ходе подготовки к выставке, на которой должно было решаться, кому быть первым, а с учетом одинакового происхождения соперников, то и кому стать главным производителем в этой породе. Когда дело дошло до определения победителя в ринге, помощник К. с помощью целофанового пакета с тампоном, смоченным выделениями течной суки и эфиром, растягивая и сжимая пакет, подал запаховый сигнал. Сквозняк донес почти не различимую для человека струю запахов до кобелей. Неподготовленные к запаховой провокации, кобели стали беспокоиться, принюхиваться и не показывали себя в своей лучшей форме, тогда как протежируемый стоял при осмотре в самой выигрышной позе.

По-видимому, можно воспользоваться и другими запаховыми сигналами (запахом еды, кошки, драчливого кобеля и др.) и даже специальными собачьими атрактантами или репелентами, столь эффективно используемыми для управления поведением многих видов животных.

Сходным образом может быть использована способность собак слышать ультразвук, неслышимый человеком. Хитрый соперник, подавая свистки, может дразнить, отвлекать неподготовленных соперников.

Есть прецеденты (правда, на соревнованиях кошек), когда на выставке одному из экспонентов подпустили блох, а затем напомнили оргкомитету, что наличие на животном насекомых должно вести к недопуску экспонента к соревнованиям.

Таким образом, воздух, вода, еда, лекарства, яды, микробно-вирусное окружение и сигналы могут быть использованы в злокозненных целях. Некоторые наиболее изощренные приемы тайной войны в среде нечистоплотных собаководов мы здесь не приводим или не раскрываем детали, так как от них практически нет защиты и обнародование этих сведений пользы не принесет.
Глава 13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

Мы с огромным интересом работали над этой книгой. Надеемся, что читатель также прочтет ее с интересом и пользой для себя и своего питомца. Этот интерес порожден не только увлечением своей научной специальностью и увлечением кинологией, но и удивительными возможностями, предоставляемыми оригинальной проблематикой. Освобожденная от некоторых этических табу, проблема допингов оказалась увлекательнейшим разделом физиологии и фармакологии, а ее кинологическое приложение — восхитительная модель для обкатки многих принципиальных аспектов, недоступных масштабному анализу на других объектах. Так, легко антропологизируемое поведение наших четвероногих друзей дает благодатный материал для психофармакологии. Многие задачи нейро- и психофармакологии, которые не могут быть окончательно решены в рамках медицинской фармакологии, и эффекты, которые трудно уловимы на примитивных лабораторных животных (точнее, крысы, мыши, морские свинки, хомяки и другие, может быть, и не столь уж примитивны, но те нюансы поведения, которые замечает собаковод у своего подопечного, ускользают от наблюдателя грызунов), наглядно проявляются на собаках.

Обилие пород и знание происхождения животного в десятках поколений дает уникальные возможности для анализа вопросов фармакогенетики. Медицинская фармакология только подбирается к изучению этнической фармакоспецифики людей, а кинологическая фармакология располагает в этом направлении огромным запасом фактов и возможностей. Прослеживая в линиях и семействах собак особенности протекания болезней и их лечения, можно получить богатую пищу для размышлений о семейной специфике фармакореактивности.

Ускоренный по сравнению с человеком онтогенез собаки с фазами, которые легко сопоставимы с этапами развития человека, — прекрасная возможность для решения принципиальных вопросов онто- и геронтофармакологии. Одорантология физиологически активных веществ, о важном значении которой вжизни человека ученые только начинают догадываться, применительно к собакам приобретает наглядный и актуальный характер.

Можно привести еще ряд аргументов, обосновывающих научно-познавательный интерес тематики книги, в том числе интегративный фармакофизиологический подход, давно разрабатываемый нами, но впервые столь полно представляемый в настоящей книге. Но даже если стимулом для знакомства с проблематикой книги является только прагматический интерес собаковода или кинолога-эксперта, то и в этом случае книга, кроме чисто справочной информации, интересна тем, что взывает к творческому подходу.

Мы настоятельно рекомендуем читателю обдумать все сведения и идеи, приведенные в книге, прежде чем браться за практику на основе чтения одного из разделов. Использование любого, кажущегося самым простым, совета требует творческого подхода. Любой рецепт в любой книге или справочнике дан для «среднего пациента». Никто этих «средних» людей или собак никогда не видел, никогда не лечил. Каждый пациент — биологическая индивидуальность и у каждого из них свой генотип, своя биография и свои возможности. Для этих уникумов рецепты не печатают, в лучшем случае их выписывает в одном экземпляре врач. Но даже если рецепт дан очень хорошим специалистом, разве тот знает своего пациента так, как знаете его вы? Разве без вашей помощи учтет ветврач тысячи обстоятельств, придающих уникальность вашей собаке? Слава Богу, надежность биологических систем столь высока, что в большинстве случаев, если врач не допустит особо крупный «ляп», то Природа справится с огрехами «среднестатистической» фармакотерапии.

Мы зовем вас, читатель, к индивидуализации фармакофизиологических воздействий на организм. Хорошо, если наш читатель в своем лице объединяет интересующегося собаковода и врача, знающего и любящего своего конкретного пациента. Но даже если он «всего лишь» думающий поклонник своей собаки, чтение книги поможет ему справиться с неординарными проблемами.

Сейчас издается множество книг по собаководству. Далеко не все из них могут быть отнесены к кинологической литературе добротного уровня. Эксплуатируя интерес собаководов к знаниям, появляется ряд изданий, не отвечающих современным научным требованиям. Иногда переводной характер книги по собаководству является чуть ли не единственным ее достоинством. Лоск иноземщины порой заслоняет устарелось научной базы, противоречивость предлагаемой информации. Богатые частные собрания книг по собаководству (одна из таких блестящих коллекций собрана национальным экспертом-кинологом С.С. Новальным) стоят их обладателям больших затрат сил и средств. К сожалению, книг по собаководству, действительно добавляющих знания в копилку интересующегося грамотного кинолога, еще недостаточно. Конечно, хорошо, когда литература по собаководству пополняется новым справочником по той или иной породе, но книг, затрагивающих радикально новые аспекты, не так уж много. Мы с увлечением и трепетом обнаружили, что столь актуальная тема, как фармакофизиологическая коррекция индивидуума, практически оставалась неразработанной.

В своей книге мы попытались не препятствовать читателям-кинологам в их творческом подходе к рассматриваемым проблемам. Мы старались избегать жестких рекомендаций, призывая читателя рассуждать вместе с нами о затрагиваемых вопросах, опираясь на наш научный опыт и научные данные. При этом в числе задач авторов было требование, не перегружая изложение специальной терминологией и не греша против научной точности приводимых сведений, сделать доступным заинтересованному читателю понимание того, что происходит в организме его подопечного, какие последствия во всей возможной полноте вызывают те или иные воздействия на собаку. Мы даже не навязываем читателю свое отношение к проблеме допингов в целом применительно к собаководству, оставляя этот сложный научно-этический вопрос на усмотрение читателя, общественности и кинологического официоза.

Будучи профессионалами достаточно высокой квалификации, мы тем не менее подвергали сомнениям каждый абзац. Отдельные главы книги писались теми из соавторов, кто специализировался в соответствующих областях, но вслед за этим главы подвергались коллективной критике, порой существенно уточнявшей монографический вариант главы. Многие идеи и разделы книги испытали влияние обсуждения проблематики с нашими коллегами. Ценные творческие замечания внесены, например, специалистом в области физиологии пищеварения Доктором биологических наук Н.Н. Иезуитовой, специалистом в области химии пищи и запахов доктором технических наук Д.А. Уголевым, фармакологами профессором О.Н. Воскресенским и к.б.н. А.С. Обуховской, биохимиком профессором С.А. Петровым, физиологом профессором В.Д. Тараненко, кинологами с многолетним стажем С.И. Матюниным, Т.Ф. Шаргородской, А.М. Мещеряковым, Б.П. Александровым, С.С. Новальным и др.

Знакомство с проблемой и сведениями, представленными в настоящей книге, важный, но только первый этап развития направления. Второй, очень важный этап, начнется после встречи книги с читателем. Мы уверены в жесткой критике своего труда, но надеемся на взаимопонимание. Личное осмысление читателями-кинологами проблематики книги, ее обсуждение в коллективах собаководов и рецензии специалистов, на которые расчитывают авторы после выхода книги в свет, важны для судьбы книги и для судьбы интересной научно-прикладной проблемы. Мы заведомо занизили первый тираж книги, впервые поднимающей столь важную тему, надеясь дополнить второе издание фактами и идеями, возникшими в ходе такой дискуссии.